Йозеф Геббельс

Материал из Викицитатника
Перейти к: навигация, поиск
Йозеф Геббельс

Па́уль Йо́зеф Ге́ббельс (правильно Гёббельс нем. Paul Joseph Goebbels, 1897—1945) — немецкий государственный и политический деятель, оратор, рейхсминистр народного просвещения и пропаганды Германии (1933—1945).

Цитаты[править]

  •  

Один народ, одна страна, один вождь!

 

Ein Volk, ein Reich, ein Führer

  • «Англичане во всём мире известны отсутствием совести в политике. Они знатоки искусства прятать свои преступления за фасадом приличия. Так они поступали веками, и это настолько стало частью их натуры, что они сами больше не замечают этой черты. Они действуют с таким благонравным выражением и такой абсолютной серьёзностью, что убеждают даже самих себя, что они служат примером политической невинности. Они не признаются себе в своём лицемерии. Никогда один англичанин не подмигнёт другому и не скажет: „но мы понимаем, что имеем в виду“. Они не только ведут себя как образец чистоты и непорочности — они себе верят. Это и смешно, и опасно» (Йозеф Геббельс, «Дети с отрубленными ручками»).
  • Всё гениальное просто, и всё простое гениально. Маленькому человечку нравится скрывать свою ничтожность за сложными вещами.
  • Государство и партия должны перейти одно в другое и образовать нечто третье, на чём будет отпечаток нашей сущности.
  • Дайте мне средства массовой информации и я из любого народа сделаю стадо свиней.
  • Отними у народа историю - и через поколение он превратится в толпу, а еще через поколение им можно управлять, как стадом.
  • Диктатору не нужно следовать за волей большинства. Однако он должен быть в состоянии использовать волю народа.
  • Диктатура социалистической идеи в государстве — вот наше будущее.
  • Еврейский вопрос более сложен, чем это представляется. Но капиталистические и большевистские евреи — это не одно и то же.
  • Имей мужество жить в опасности!
  • Критик должен быть готов и способен в любой момент и по первому требованию занять место критикуемого им и выполнять его дело продуктивно и компетентно; в противном случае критика превращается в наглую самодовлеющую силу и становится тормозом на пути культурного прогресса.
  • Ложь, повторенная тысячу раз, становится правдой.
  • Моя партия — моя церковь.
  • Мы добиваемся не правды, а эффекта.
  • Мы выливаем холодный душ опровержений.
  • Надо так стукнуть, чтобы клочья полетели.
  • Народ без религии — это как человек без дыхания. («Michael. Ein deutsches Schicksal in Tagebuchblättern», 1929)
  • Покой — родитель всех великих мыслей.
  • Приходишь к горькому выводу, что военное руководство Советского Союза состоит из людей классом выше, чем наше собственное. (Запись от 16 марта 1945 г. из дневника Геббельса)
  • Пропаганда утрачивает силу, как только становится явной.
  • Риббентроп — партнёр с отнюдь не джентльменскими манерами. Он путает политику с торговлей шампанским.
  • Русские — это не народ в общепринятом смысле слова, а сброд, обнаруживающий ярко выраженные животные черты. Это можно с полным основанием отнести как к гражданскому населению, так и к армии.
  • Сегодня даже самые радикальные меры нельзя назвать радикальными и самая тотальная война недостаточно тотальна.
  • Собственность обязывает и крепко привязывает.
  • Средние слои создают посредственных политических деятелей, об их политическом калибре говорить не приходится. Все мелкие буржуа остались в пивной «Бюргербройкеллер», где, собственно, всегда и пребывали. Что касается той капельки интеллекта, которая привела их в движение, то они ее полностью пропили за 12 лет сладкой жизни.
  • Страна населена смесью рас, которую не назовёшь народом. (Про США. Запись от 8 октября 1940 г. из дневника Геббельса)
  • Худший враг любой пропаганды — интеллектуализм.
  • Целью национальной революции должно быть тоталитарное государство, проникающее во все сферы общественной жизни
  • Человек был и остаётся животным. С низкими или высокими инстинктами. С любовью и ненавистью. Но животным он остаётся всегда.
  • Юриспруденция — продажная девка политики (17 января 1930 года).
  • Достоевский на несколько дерзких шагов оказался впереди своего времени. Следуешь за ним со страхом, недоверчивостью, потрясением - но всё равно следуешь. Он не отпускает, ты обязан идти за ним… Его следует просто назвать уникумом. Он пришёл из ниоткуда и ни к какому месту не принадлежит. И всё же он всегда остаётся русским. (Michael: ein Deutsches Schicksal in Tagebuchblättern, Zentralverlag der NSDAP, Franz Eher Nachf., Munich, 7th edition, 1935)

См. также[править]