Страх и ненависть в Лас-Вегасе

Материал из Викицитатника
(перенаправлено с «Страх и ненависть в Лас-Вегасе (фильм)»)
Перейти к: навигация, поиск

«Страх и ненависть в Лас-Вегасе» (англ. Fear and Loathing in Las Vegas) — фильм Терри Гиллиама по роману американского журналиста Хантера Томпсона «Страх и отвращение в Лас-Вегасе».

Цитаты[править]

Почти все фразы произносят Рауль Дюк и Гонзо.

  •  — У нас было 2 пакета травы, 75 таблеток мескалина, 5 упаковок кислоты, пол-солонки кокаина и целое множество транквилизаторов всех сортов и расцветок, а также текила, ром, ящик пива, пинта чистого эфира и амилнитрит. Не то что бы это был необходимый запас для поездки. Но если начал собирать дурь, становится трудно остановиться. Единственное что вызывало у меня опасение - это эфир. Нет ничего более беспомощного, безответственного и испорченного, чем эфирные зомби. Я знал, что рано или поздно мы перейдем и на эту дрянь.
  • Мы были уже на краю пустыни, когда нас начало накрывать…
  •  — Что мы делаем посреди этой проклятой пустыни?
  • Как адвокат, советую взять самую быструю машину без верха, кокаин, магнитофон для особой музыки, две рубашки поярче, и свалить из Лос-Анджелеса по крайней мере на два дня. Выходные испорчены.
    Почему?
    Потому что, естественно, придется ехать с тобой, и надо будет вооружиться до зубов.
  • Мы не можем здесь остановиться! Это страна летучих мышей!
  •  — Господи! Я это только что сказал или просто подумал? Я говорю? А они меня слышали?
    — Всё в порядке, просто ему нравится твоя форма черепа (испуганному попутчику).
  •  — В небе огромная машина, похожа на электрического змея. Сейчас нападёт.
     — Пристрели его!
    — Не сразу. Сначала изучу повадки.
  •  — Единственное, что тебе поможет, парень, это арахис.
  • За рулём мой адвокат, а не какой-нибудь козёл с дороги!
  • (Гонзо объясняется за Дюка) Всё в порядке. Просто парень сердечник, но у меня полно лекарств (даёт ему кокаин). Я доктор Гонзо.
  • Как адвокат советую гнать вовсю. Будет чудом, если ты доедешь, не превратившись в скотину.
  • Я обливался потом. Моя кровь была слишком густа для Невады. В этом климате я не смогу ничего объяснить.
  • Как адвокат, советую купить мотоцикл, иначе материал не будет правдивым.
  • (продавец автомашин) — Вы съехали с бордюра на скорости 40 миль в час.
    (Дюк) — Всё в порядке. Я так проверяю трансмиссию. До предела. На фактор стресса. Классная ручка…
    (продавец автомашин)— Молодые люди, а вы не пьяны?
    (Дюк)— Только не мы, мы же ответственные люди.
    (продавец автомашин) — Верните ручку, гребаные хиппи!(кричит в след уезжающей машине)
  • Я был посреди этого проклятого террариума, а кто-то продавал этим гадам выпивку.
  • После бессонной ночи репортёрам требовались пончики и чашка кофе. Нам нужно было что-то посильнее.
  • Мы сидели в вестибюле гостиницы в Беверли Хиллз попивая коктейль с мескалином, пытаясь уйти от гнусной реальности года 1971 от Рождества Христова.
  • Я почувствовал чудовищный протест против всей ситуации.
  • В цирке «Bazooko» самая крутая тусовка. Если бы нацисты победили в войне, он стал бы шестым рейхом.
  • (Дюк)— Ты посмотри!
    (Гонзо)— Что?
    (Дюк)— Две бабы трахают полярного медведя!
    (Гонзо)— Не говори мне такие вещи. Только не сейчас.
  • Тебе платят за то, что ты спишь с медведем? (официантке)
  • Отвали, это серьезно. Ещё один час в этом городе и я убью кого-нибудь!
  • Пошли, чёртов наркуша!
  • Есть одна вещь, которую ты должен знать. Это очень опасное предприятие. Можно вляпаться так, что и костей не соберёшь! На самом деле мы едем в Вегас, чтобы пришить там наркалыжного барона по кличке «Дикарь Генри».
  •  — Ты что, сожрал всю нашу кислоту?!
    — Да, сожрал. Музыку!
    <…>— Ты хочешь, чтобы я бросил эту штуку в ванну, в том месте когда белому кролику отрывают бошку!?! Так? (отрывают голову — слова песни, которую слушал Гонзо)
  • Наркоман привычен ко многому, например к виду своей покойной бабушки, ползущей с ножом в зубах…
  •  — Я не осмелюсь заснуть, пока ты бродишь вокруг с головой, набитой кислотой, и хочешь меня искромсать в лоскуты этим чёртовым ножом.
    — Кто тебе говорил о лоскутах? Я всего лишь хочу вырезать маленькую «Z» у тебя на лбу.
  • Ты можешь повернуться спиной к человеку, но никогда не поворачивайся спиной к наркоману. Особенно, когда он размахивает острым как бритва тесаком прямо перед твоими носом.
  • патрульный — Сынок, зачем тебе два ящика мыла?
    Дюк — Я люблю мыться.
  • Что ж, так устроен мир, потоки энергии зависят от капризов великого магнита. Я был идиотом отрицая это.
  • Как адвокат советую принять дозу из коричневой баночки в моем бритвенном наборе.
  • Что за чушь они прут, не знаю как нужно нажраться кислоты чтобы найти сходство между косяком и тараканом?
  • Это был неподходящий город. Угрожающие вибрации шли со всех сторон.
  • Вот он идёт. Один из прообразов Всевышнего. Высший мутант, не рассчитанный для массового производства. Слишком дикий, чтобы жить, слишком редкий, чтобы сдохнуть.
  •  — Коровы хотят меня убить. Бисексуалы хотят меня убить. Всё, сваливаем отсюда, где лифт?
  • Я профессор журналистики! Чёрт, это важно, мать твою!
  • Проклятый эфир, начинаешь вести себя как деревенский пьяница из старинных ирландских романов, полная потеря основных двигательных функций, размытое зрение, деревянный язык, мозг в ужасе, теряет способность управлять позвоночником. Интересное состояние когда все видишь, но не в силах что либо контролировать. Подходишь к турникету, чётко зная, что надо дать два доллара, чтобы пройти. Но на месте всё происходит не так. Тебя отпихивает злобный обыватель, а ты думаешь: в чём дело, что происходит? ...И слышишь собственный лепет: папу трахнула собака, так и ему и надо.
  • Мадам, сэр, детка, или как вас… сдача есть, вот, держите. Думаю хватит.
  • Взлёт, который никогда не вернешь. Сан-Франциско, конец шестидесятых… особое время и место. Но никакие слова, музыка или воспоминания не вернут ощущения бытия в том времени и пространстве. Что бы ни было, это прошло.
  • Господи, мать твою, Иисусе! Есть в этой таверне священник? Я хочу исповедаться! Грешник я подлый, смертный, плотский, крупный, мелкий — как ни назови, Господи… Я виновен.
  • Мир безумен в любом направлении и в любое время, с ним сталкиваешься постоянно. Но было удивительное, вселенское ощущение правильности всего того, что мы делали.
  • Конечно же, я пал жертвой повального увлечения. Обыкновенный уличный бездельник, который жрал все, что попадало под руку.
  • Немного удачи — и его жизнь испорчена навсегда… Теперь его будет преследовать мысль, что за узкой дверью его любимого бара мужики в красных рубашках ловят кайф, которого он никогда не испытывал…
  • Эти наивные уроды полагали, что можно обрести мир души и понимание, купив за 3 доллара таблетку радости, а результат — поколение пожизненных калек, так и не понявших главную, старую как мир ошибку наркокультуры — убеждение, что Кто-то или Что-то поддерживает свет в конце тоннеля. (финальная мораль книги и фильма)