Дыр бул щыл (2011)

Дыр бул щыл (2011)
Статья в Википедии
Медиафайлы на Викискладе

Дыр бул щыл — книга художника Алексея Парыгина, созданная на основе поэтического текста «Дыр бул щыл» Алексея Кручёных и опубликованная в Санкт-Петербурге (2011 г).

Цитаты

Разворот книги Дыр бул щыл

Портрет Алексея Кручёных. 2011

	Описпние: переплет покрыт тканью: верхние половины переплетных крышек - светлой с красными цветами на коричнево-черных стеблях, нижние половины переплетных крышек - зеленой в вертикальную полоску и серебристой. В нижней правой части верхней переплетной крышки буквы красного цвета: "А.К." На обороте листа, сложенного гармошкой, коричневой тушью: "Экземпляр № 10. А. Парыгин."
	— Госкаталог музейного фонда РФ (2025)

Чёрно-белая рукописная книга Крученых и полная цвета, флоральных мотивов и разноцветных знаков — Парыгина. Почему? Вспомним разноцветные фрагменты стихотворной машинописи в книге Алексея «Моя мансарда», эксперименты начала XX века Скрябина со светомузыкой, яркие коллажные работы супрематистов этого же времени. Звукосочетания, сочиненные Крученых, и свето/цветозвуки Скрябина; запущенные в эволюцию, как капсулы времени, они подхватываются и визуализируются художником XXI века, отстаивающего право культуры возвращаться к истокам, в «неязыковое состояние вещей», по Шкловскому. Буквы, единицы-минимумы слова, превращаются во что-то самоценное, в знак или даже в орнамент. Это сближает их со знаками, орнаментами на ритуальных масках, изучением, собирательством и (вос)созданием которых Парыгин последовательно занимается уже несколько десятилетий.

— Татьяна Данильянц (2023)

Занимаясь этой книгой мне было интересно перевести опыт Кручёных на пластический язык (с которым я в то время активно работал) своего неофутуристического проекта Постурбанизм, с его биоморфной, заимствованной у природных форм линеарностью и цветовой структурой. Провести параллель между фонетическими опытами русских футуристов начала ХХ века и моей концепцией, аппелирующей к маркерам архетипического в протоискусстве.

— Алексей Парыгин (2022)

Тексту стихотворения в книге Алексея Парыгина предшествует портрет Алексея Крученых <...>, выполненный в присущей художнику иконографической манере, тяготеющей к символическому изображению лица поэта, каким оно предстаёт на известных фотографиях 1920-х и 30-х годов. Портрет напечатан на красной бумаге с использованием аппликации и дополнен черными чернилами. Парыгин не только сумел передать в своем портрете сходство с оригинальной фотографией, но и представил поэта, которого до сих пор не до конца понимают, тем самым передав нам послание о фигуре русского авангарда, одновременно известной и неизвестной.

— Елена Григорьянц (2018)

Оригинальный текст (англ.)  

The text of the poem in Alexey Parygin’s book is preceded by a portrait of Aleksei Kruchenykh <...>, executed in an the artist’s inherent iconic manner that gravitates toward a symbolic rendering of the poet’s face as it appears in famous photographs of the 1920s and 30s. The portrait is printed on red paper with the use of appliqué and enhanced with black ink. Parygin not only manages to convey in his portrait a resemblance to the original photo, but also presents a poet who is not well understood to this day, thus conveying to us a message about a figure of the Russian avant-garde who is both well-known and unknown.

Непрерывность времени — от Алексея Крученых до Алексея Парыгина, от футуристов до авангарда наших дней — усиливается самой формой книги-гармошки. Буквы занимают здесь всё пространство страницы, порой словно пытаясь вырваться из линейной последовательности, и свободно переходят со страницы на страницу. В результате буквы не накладывают никаких ограничений на значение слов, наоборот, высвобождают их смысл, иллюстрируя тем самым известную герменевтическую истину: смысл слов полностью раскрывается только тогда, когда буквы исчезают. Для своей обложки Парыгин, в отличие от футуристов, не использует традиционные печатные техники. Применяя ткань, сшитую вручную, он добивается уникальной художественной выразительности, а добавив инициалы «АК» красной краской, он отдает дань уважения футуристу, которым явно восхищается.

— Елена Григорьянц (2018)

Оригинальный текст (англ.)  

The continuity of time – here from Aleksei Kruchenykh to Alexey Parygin, from the Futurists to the avant-garde of our days – is strengthened by the very form of the accordion book. The letters occupy the whole space of the page here, sometimes as if trying to break out of any linear sequence, and freely pass from page to page. As a result, the letters do not impose any limitation on the meaning of the words, but rather release its import, thus illustrating the well-known hermeneutic truth: the meaning of words is only fully revealed when the letters disappear. For his cover, Parygin does not employ, like the Futurists, traditional print materials. By using hand-sewn fabric he achieves unique artistic expressiveness, and by adding the initials "AK" in red paint he pays tribute to the Futurist he clearly admires.

На выставке книги и плакатов в Музее В. Маяковского в Москве, проходившей под названием «Жив Крученых», была представлена новая книга известного петербургского художника Алексея Парыгина по <...> стихотворению «Дыр бул щыл». Книга создана художником полностью вручную. Тираж 11 нумерованных экземпляров. Она в твердой обложке, в один лист, сложенный гармошкой плюс 3 страницы, на одной из которых портрет поэта, другая своего рода предисловие: «Стихотворение, написанное на собственном языке…», принадлежащее также А. Е. Крученых, напечатано черной краской, на третьей выходные данные. Для художника это первый опыт соединения двух книжных форм: кодекса и гармошки, — в одном произведении, до этого он чаще обращался к книге-кодексу.

— Елена Григорьянц (2013)

А. Парыгин интерпретирует стихотворение А. Е. Крученых максимально визуализируя его смысловое звучание. Кстати сказать, самой идее визуализации слова мы обязаны именно футуристам, которые добавляли слову цвет, фактуру, заставляли строки создавать причудливые графические конструкции. У Парыгина книга во многом становится произведением «для глаз». Текст стихотворения написан художником вручную, но здесь нет намерения имитировать почерка А. Е. Крученых <...>. Буквы, разные по размеру и цвету, становятся своеобразной пластической формой. Их перетекание из одной в другую, соединение в слово становится сродни танцу и в этом смысле перекликается с творчеством А. Матисса и одновременно добавляет в книгу элемент движения и некой театральности, к которой тяготели футуристы.

— Елена Григорьянц (2013)

	да, совершенно соответствует духу и букве.
	— Андрей Суздалев (2011)

	Настоящая футуристическая книга!
	— Михаил Погарский (2011)