Записки уцелевшего

«Записки уцелевшего» — биографическая книга С. М. Голицына, издана в 1990 году.

Цитаты

…ненависть, упорно и злобно насаждаемая сверху — от Сталина, которого тогда еще не называли «великим», и от его окружения. Та ненависть подхватывалась нашей подобострастной прессой, газеты пылали злобой к капиталистическому строю, который нигде и никак не думал низвергаться. Еще с большей ненавистью писали газеты о классовых врагах, которые притаились в разных учреждениях, во всех глухих углах нашей многострадальной страны. Почему государственная машина еле двигается и скрипит? Да классовые враги вредят. … Кто враги? Самые первые враги — это кулаки, то есть крестьяне, которые трудятся для себя, для семьи, а не для строительства социализма. Еще: враги — это специалисты — инженеры, ученые, служащие. Они сознательно вредят в промышленности, на транспорте, на стройках, в учебных и научных учреждениях, еще враги — попы, а иначе представителей духовенства в газетах не называли. В церквах проповедуется чуждая и враждебная идеология. Закрывать церкви, сажать попов! Еще непримиримые враги — это бывшие люди; помещики, чиновники, офицеры, царские и белые, фабриканты. У всех у них отняты прежние привилегии, разные блага, и потому все они ненавидят советскую власть… — глава "Беды надвигаются"

В 1928 г., до начала индустриализации, существовала безработица. Тогда и была властями придумана так называемая чистка учреждений. Главным критерием считалась не квалификация служащего, не его усердие, не его честность, а его социальное происхождение. … Да, так что же такое чистки 1928 и 1929 гг.? Называли все того же Емельяна Ярославского, придумавшего три категории чисток. Вычищенный по первой категории вообще лишался права куда-либо поступать на службу. Вычищенный по второй категории изгонялся из столичных учреждений, но мог уехать работать на периферию. Вычищенный по третьей категории оставался в своем учреждении, но на низшей должности. Чистка проводилась публично, на общих собраниях. Судьбу поставленного к позорному столбу решали свои же сослуживцы под особым давлением председателя комиссии по чистке и членов комиссии, кристально чистых партийцев. — глава "Беды надвигаются"

Брат моего отца Голицын Николай Владимирович … служил переводчиком в Институте Маркса и Энгельса. Комиссия взяла его на мушку. Сослуживцы защищали, говорили: он незаменим, переводит с трех языков и на три языка быстро и квалифицированно. Но он был бывшим князем, да еще три года сидевшим по политической статье. Но этого казалось мало. И нашли к чему придраться. Он перевел статью о том, как миллионер Форд дрессирует рабочих. Ага, бывший князь осмелился сравнить пролетариев с животными! Председатель комиссии произнес громовую речь. Дали слово злополучному переводчику. Он оправдывался, что перевел абсолютно точно, в подлиннике напечатано именно «дрессирует». И этим только подлил масла в огонь. — Ага! — загремел председатель. — Вы продолжаете настаивать на мерзком сравнении пролетариата с животными! И был бедный князь вычищен единогласно по первой категории. — глава "Беды надвигаются"