«Зелёные холмы Земли» (англ.The Green Hills of Earth) — один из наиболее известных рассказов Роберта Хайнлайна. Впервые опубликован в 1947 году, дал название сборнику 1951 года. Названием послужила песня из рассказа Генри Каттнера и Кэтрин Мур «Поиски Звёздного камня» (1937), свою версию которой сочинил Хайнлайн.
Перевод прозы: Я. С. Ашмарина, Н. Ю. Ютанов (под псевд. Ян Юа), 1993
… никогда вы не слышали таких песен, как <…> «Мой скафандр для двоих».
… you have never even heard <…> songs, such items as <…> A Space Suit Built for Two.
Космонавты не ведали осторожности; <…> любой из них держал бы пари, что сможет сигануть с двухсотого этажа Харримановской башни [в Луна-Сити] и благополучно приземлиться, если вы, конечно, предложите три к двум и позволите нацепить резиновые каблуки.
Spacemen did not care; <…> any one of them would have bet you that he could jump from the 200th floor of Harriman Tower [in Luna City] and ground safely, if you offered him three to two and allowed him rubber heels for the landing.
Прочие члены экипажа, присутствовавшие мгновением раньше, слились по цвету с переборкой.
The other crew members, present a moment before, had faded into the bulkhead paint.
Райслинг был готов к эху свирепого взгляда, но шкипер лишь отвернулся и выдавился из отсека.
Rhysling could feel the man's glare, but he turned and stomped out of the compartment.
Дай, судьба, мне последнюю посадку
На планете, где жизнь мои предки прошли.
Дай увидеть мне покров кудрявых облаков
И прохладные, зелёные холмы Земли.
I pray for one last landing
On the globe that gave me birth;
Let me rest my eyes on the fleecy skies
And the cool, green hills of Earth.
Пространство и Время — в который раз — пришли «на круги своя».
И звёздный свод горит серебром, горькое счастье тая,
И, охраняя Большой канал, а его воде дрожа,
Здесь Башни Истины стоят, ажурней миража.
Давно истлели строители их, забыта мудрость богов,
Чьи слёзы поныне плещут в грань хрустальных берегов.
И сердце Марса едва стучит под небом ледяным,
И ветер беззвучно шепчет, что смерть придёт ко всем живым…
А башни всё те же, и мадригал Красоте звучит, как встарь звучал,
Их тонкие шпили о прошлом забыли, глядясь в Большой канал! — из сборника «Большой канал»
As Time and Space come bending back to shape this starspecked scene,
The tranquil tears of tragic joy still spread their silver sheen;
Along the Grand Canal still soar the fragile Towers of Truth;
Their fairy grace defends this place of Beauty, calm and couth.
Bone-tired the race that raised the Towers, forgotten are their lores,
Long gone the gods who shed the tears that lap these crystal shores.
Slow heats the time-worn heart of Mars beneath this icy sky;
The thin air whispers voicelessly that all who live must die —
Yet still the lacy Spires of Truth sing Beauty's madrigal
And she herself will ever dwell along the Grand Canal! — from The Grand Canal
Когда люк задраен я рапорт сдан,
И к центральному пульту сел капитан,
И на трассе разгона препятствий нет,
И на всех приборах зелёный свет — Слушай гимн ракет! Слушай вой громовой! В койку вдавлен спиной, Ты не двинешь рукой, Ты приплюснут собой, Как чугунной доской, А корабль твой стальной Весь дрожит, как больной, Словно склеен с Землёй, — Но взвивается он, Как струна напряжён, Под гимн ракет!
When the field is clear, the reports all seen,
When the lock sighs shut, when the lights wink green,
When the check-off's done, when it's time to pray,
When the Captain nods, when she blasts away — Hear the jets! Hear them snarl at your back When you're stretched on the rack; Feel your ribs clamp your chest, Feel your neck grind its rest. Feel the pain in your ship, Feel her strain in their grip. Feel her rise! Feel her drive! Straining steel, come alive, On her jets!
— «Реактивная песня» (Jet Song)
Я хотел бы без нормы, вволю
Надышаться среди долин…
<…>
Чтоб овеял меня добрый ветер,
Чтоб легко мы вздохнуть смогли
На далёкой родной планете,
На зелёных холмах Земли.
<…>
Мы бродили в болотах Венеры,
В зловонье собственных ран,
В мокрых джунглях клубился серый,
Кишащий смертями туман.
<…>
Мы обшарили все шарики в пространстве,
Повидали мы их и вблизи, и вдали…
Дай, судьба, нам опять дом родной увидать
И зелёные холмы Земли!
Затем, будто в каком-то трансе, он повторил переделанный первый куплет:
Но Пространство зовёт беспокойно.
Значит — снова на борт корабля!
Старт-сигнал! К перегрузке по койкам!
И опять провалилась Земля.
И уносит людей ракета
Сквозь холодный звёздный туман, —
До последнего края света
Пусть летят корабли землян!
Let me breathe unrationed air again
Where there's no lack nor dearth…
<…>
Let the sweet fresh breezes heal me
As they rove around the girth
Of our lovely mother planet,
Of the cool green hills of Earth.
<…>
We rot in the molds of Venus,
We retch at her tainted breath.
Foul are her flooded jungles,
Crawling with unclean death.
<…>
We've tried each spinning space mote
And reckoned its true worth:
Take us back again to the homes of men
On the cool, green hills of Earth.
—then, almost absentmindedly remembered to tack on his revised first verse:
The arching sky is calling
Spacemen back to their trade.
All hands! Stand by! Free falling!
And the lights below us fade.
Out ride the sons of Terra,
Far drives the thundering jet,
Up leaps the race of Earthmen,
Out, far, and onward yet—
А под последнюю посадку,
Судьба, мне шарик мой пошли.
Дай приласкать усталым взглядом
Зелёные холмы Земли.
Пока Пространство и Время, крутясь, ставят звёздный балет,
Слёзы преодолённых мук серебряный сеют свет.
И Башни Истины, как всегда, охраняют Большой канал,
Никто отраженья хрупкие их не тронул, не запятнал.
Народа уставшего плоть и мысль сгинули без следа,
Хрустальные слёзы былых богов вдаль унесла вода,
И в сердце Марса не стало сил, и хладен простор небес,
И воздух недвижимый пророчит смерть тем, кто ещё не исчез…
Но Шпили и Башни в честь Красоты слагают свой мадригал,
Придут времена, и вернётся она сюда, на Большой канал!
Когда всё чисто, сдан отчёт, вопросов больше нет,
Когда задраен шлюз, когда нам дан зелёный свет,
Зарплата — в норме, Бог — в душе, дорога — в никуда,
Когда кивает капитан, и грянул взлёт, тогда Верь двигателям! Слушай рёв, Познай крушенье основ. Почуй на твёрдой койке, Что потроха все — в стойке, Познай безумной дрожи власть, Познай ракеты боль и страсть. Познай экстаз её! Отпад! Стальные конусы торчат, В них — двигатели!
Глотнуть бы воздуха без нормы
Там, где родился я на свет…
<…>
Пускай меня излечат ветры,
Те, что обвили, облегли
Грудь милой матери-планеты,
Прохладные холмы Земли.
<…>
Мы на гнилой Венере пухли,
Где тошнотворен каждый вздох,
Где падалью смердели джунгли
И гибелью сочился мох.
<…>
Пылинку в небе мы отыщем,
Глядишь — и в списки занесли.
Вернуться бы к людским жилищам
На ласковых холмах Земли…
<…>
А в небесах полно работы
И ждут, и манят нас они.
Готовность! Старт! И пропасть взлёта!
Внизу — увядшие огни.
В путь, сыновья великой Терры.
Могучий двигатель ревёт.
Отринув страх, не зная меры,
Вперёд и ввысь! И вновь — вперёд!
«Зелёные холмы Земли» вызвали такой поток почты, что он чуть не уничтожил меня как писателя — у меня не осталось времени, чтобы писать! Кажется, ни одного письма не было от психов; примерно половина поступила от технарей. Всё это показывает, что Соединённые Штаты всё ещё состоят из тех, кто верит и надеется, потому что они повторяют отважные слова, которые я услышал прошлым летом, стоя в тени ракеты «Фау-2»: «…всё, что мы хотим сделать, если мы хотим этого достаточно сильно».
„Green Hills of Earth“ has brought me in such a flood of mail that it has almost ruined me as a writer—I don’t have time to write. None of it appears to be from crackpots; about half of it comes from technical men. All of it shows that the United States is still made up of believers and hopers, for they echo the brave words I heard last summer, while standing in the shadow of a V-2 rocket: „—anything we want to do if we want to do it badly enough.“
Этот рассказ, о Райслинге, гомеровски слепом Бёрле Айвзе межзвёздных одиссей — один из сильнейших берущих за душу, когда-либо созданных нф.
The story, about Rhysling, the Homeric blind Burl Ives of interstellar Odysseys, is one of the most powerful emotional grapples stf has yet produced.[1]
