Протесты 1968 года

Протесты 1968 года
Статья в Википедии
Медиафайлы на Викискладе

Протесты 1968 года — различные протестные выступления молодёжи в разных странах мира. Во многом направленные против участия США в войне во Вьетнаме (прежде всего в самих США), но также протестующие боролись за права человека, против расизма, выступали в поддержку феминизма и защиту окружающей среды. Идеологами протестов были новые левые.

О данных событиях

Как предполагалось в тонком и замечательном томе «Антисистемные движения» (Арриги, Хопкинс, Валлерстайн, 1989), историческая особенность движений 1960-х годов заключалась не просто в том, что они обвиняли старых левых — от лидеров промышленного рабочего класса и социал-демократов у власти в центральных штатах до лидеров новых, постколониальных государств на юге — в великих грехах слабости, коррупции, кооптации, пренебрежения и высокомерия. Что ещё важнее, это обвинение было повсеместным отрицанием доминирующей антисистемной стратегии поиска освобождения через захват и последующее осуществление государственной власти… Яркие звёзды движения — такие как Малкольм Икс, Фанон или Кабрал, — бросили нам вызов понять, можно просто сформулировать так: как нам осмыслить мир, где государственная власть и партийно-политическая организация — неотъемлемое наследие 1848 и 1917 годов — стали не путём к свободе и равенству, а скорее усилением неравенства, неразвитости и автократии?

— Уильям Дж. Мартин, 2000

	Практически везде, где вспыхивала революция 1968 года, несмотря на местные особенности, повторялись два мотива. Во-первых, остро чувствовалось неприятие власти США как гегемона и одновременно недовольство Советским Союзом, который, вроде бы будучи антагонистом Соединённых Штатов, на самом деле только поддерживал созданный Штатами миропорядок.
	— Иммануил Валлерстайн

	В мире Стругацких шестидесятые не имели конца, которым в нашей Реальности стала Пражская весна и её зеркальная копия — Парижская весна 1968-го. Вот он, год перелома!
	— Сергей Борисович Переслегин

…Наибольшие трудности ждут нас при объяснении мировой революции 1968 года. Многие комментаторы, особенно ретроспективно, вообще не считали её революцией. Чарльз Тилли опускает любое обсуждение 1968 года в своём подробном аналитическом каталоге революций (1992), поскольку, очевидно, революционеры, которые не патрулировали улицы более пары месяцев, не были революционерами его типа. Иммануил Валлерстайн настаивает, что, напротив, 1968 год ознаменовал вторую по важности революцию в современной миросистеме после 1848 года. Обе революционные волны, хотя и потерпели политические неудачи по своим непосредственным результатам, разрушили ранее господствовавшую миросистемную геокультуру и открыли путь к институционализации новых антисистемных движений.

— Георгий Дерлугьян

Отделив 1968 год от материальной истории и превратив его в плавающий знак, его можно было восстановить мастерами дискурса и связать с альтернативной цепочкой символов, чтобы показать, что он означал нечто радикально иное, чем то, что думали о нём глупые и невежественные участники борьбы. — By detaching '68 from material history and transforming it into a floating signifier, it could be recuperated by the masters of discourse and connected to an alternative chain of signifiers to suggest that it meant something radically different than what the foolish and uncouth participants in the struggles thought it meant.

— Габриэль Рокхилл

	Я не вспоминаю 60-е годы с теплотой. То, что происходило, было грубым и глупым, а зрелище, когда мужчины среднего возраста хвастались тем, как многому они научились у молодых, и льстили самым невоспитанным из своих студентов, представляя их образцами интеллектуальной и моральной чистоты, было бы отвратительным, если бы не было столь нелепым.
	— Джудит Шкляр

	Мы стали свидетелями того, что можно назвать культурной революцией, сравнимой, если не худшей, с китайской, и в то время как китайцам ещё предстоит в некоторой степени преодолеть свою культурную революцию, я вижу множество признаков того, что наша постоянно усугубляется, и нет никаких указаний на то, что она будет преодолена в обозримом будущем.
	— Пауль Оскар Кристеллер, 1990