Девясил

Материал из Викицитатника
(перенаправлено с «Inula»)
Перейти к навигации Перейти к поиску

Девяси́л или жёлтый цвет (лат. Ínula)[комм. 1]травянистые многолетние лекарственные растения из рода девясил семейства астровых (или сложноцветных).[комм. 2]

Девясил высокий относится к древнейшим лекарственным растениям, которые применяли врачи эпохи Гиппократа, Диоскорида, Плиния. Растение также нашло своё место во врачебной практике Авиценны.[комм. 3] В пищевой промышленности девясил высокий используют при изготовлении кондитерских изделий, ароматизации вин, рыбы и других пищевых продуктов. Также девясил — неприхотливое и выносливое культурное растение, часто его садовые сорта используют для насаждений и декорирования влажных мест в парках, вдоль шоссе и железных дорог.

Девясил в прозе[править]

  •  

Это собственность (как её называет мой Афанасий) графини Отакойто. Купцы-гуртоправы снимают часть этой степи, участками, для выкормки бойкого скота, с правом распахивать третью часть участка. Таким образом, поднявши часть степи плугом, они засевают на ней бакчи, потом просо, мак, пшеницу и, снявши несколько хлебов, бросают вспаханную землю и поднимают новь; тучный чернозём, оставленный без обработки, покрывается сорными травами: полыном, чернобыльником, девясилом, репейником и другими; некоторые стебли тянутся в вышину аршина на два и выше и образуют собою сорную заросль вышиною в рост человеческий. Вот отчего издали эти соры кажутся сплошною лесной кущей и так разнообразят вид степи. Тут появляется множество мышей, которым в грунте разрыхлённом легко устраивать для себя норки, и это служит приманкой для лисиц. Они постоянно мышкуют в сорах, а живут и выплаживают по соседству с ними, в сурчинах.[1]

  Егор Дриянский, «Записки мелкотравчатого», 1857
  •  

Нет, не сено одно волу-молотильцу я вокруг себя вижу, ― я вижу вон он в лесу, девясил благовонный, утоляющий боли надсаженной груди; вон огненный жабник, врачующий чёрную немочь; верхоцветный исоп от удушья; ароматная марь против нерв, вон рвотный копытень; сон-трава от прострела; кустистый дрок; крепящая расслабленных омела; и болдырьян от детского родимца; и корень мандрагор, что благотворный сон даёт лишённому покоя несчастливцу.

  Николай Лесков, «Божедомы», 1868
  •  

Сено и спирт! А вот у самых ваших ног растёт здесь благовонный девясил, он утоляет боли груди; подальше два шага от вас, я вижу огневой жабник, который лечит чёрную немочь; вон там на камнях растёт верхоцветный исоп, от удушья; вон ароматная марь, против нервов; рвотный копытень; сонтрава от прострела; кустистый дрок; крепящая расслабленных алиела; вон болдырян, от детского родилища и мадрагары, от которых спят убитые тоской и страданием. Теперь, там, на поле, я вижу траву гулявицу от судорог; на холмике вон Божье деревцо; вон львиноуст от трепетанья сердца; дягиль, лютик, целебная и смрадная трава омег; вон курослеп, от укушения бешеным животным; а там по потовинам луга растёт ручейный гравилат от кровотока; авран и многолетний крин, восстановляющий бессилие; медвежье ухо от перхоты; хрупкая ива, в которой купают золотушных детей; кувшинчик, кукушкин лён, козлобород... Не сено здесь, мой государь, а Божья аптека.

  Николай Лесков, «На ножах», 1870
  •  

Накануне Аграфены Купальницы, за день до Ивана Купалы, с солнечным всходом по домам суета поднимается. Запасливые домовитые хозяйки, старые и молодые, советуются, в каком месте какие целебные травы в купальские ночи брать; где череду от золотухи, где шалфей от горловой скорби, где мать-мачеху, где зверобой, ромашку и девясил… А ведуны да знахарки об иных травах мыслят: им бы сыскать радужный, златоогненный цвет перелёт-травы, что светлым мотыльком порхает по лесу в Иванову ночь; им бы выкопать корень ревеньки, что стонет и ревет на купальской заре, им бы через серебряную гривну сорвать чудный цвет архилина да набрать тирлич-травы, той самой, что ведьмы рвут в Иванову ночь на Лысой горе; им бы добыть спрыг-травы да огненного цвета папоротника...[2]

  Павел Мельников-Печерский, «В лесах» (книга вторая), 1874
  •  

Было время гаданий, святочных забот, момент окуривать курятники смолою с девясилом, что спасает, как известно, кур от домового да курьей чумки, дни смывания лихоманки, отлучения от коровников ведьм, когда в ход шли вернейшие средства: четверговая соль, зола из семи печей, земляной купальский уголь из-под чернобыльника, сальная заговоренная свеча, вощанки, принесённый на север с киевских полей чертополох.[3]

  Наталья Галкина, «Вилла Рено», 2003
  •  

По всей средней Европе сильно распространен Д<евясил> обыкновенный, или высокий, I. Helenium L., который собственно один только и зовётся Д<евясилом> в русском народе (также девятисил, девясильник, дивосил, дикий подсолнечник). У нас он по всей Европейской России до Армении и в западной Сибири. <...> В качестве сорных растений весьма часты у нас ещё низкорослые — Д. британский I. britannica L., Д. шершавый — I. hirta L., a в южной России Д. иволистный — I. salicina L., известные под множеством местных названий (а преимущ. варахия, горькуша, золотарник, лесная желтуха, горицвет лесовой, жёлтый глаз, воловьи очи и многие другие). Все также употребительны в домашней медицине, причём весьма часто принимаются за арнику, подобно немалому числу иных растений, схожих с последней, как и Девясил. Всего в России до 20 видов.

  Словарь Брокгауза и Ефрона, «Девясил», 1907
  •  

Но народный опыт, передающийся из поколения в поколение и уходящий своими истоками в глубь веков, убеждает, что и тут не обошлось без растительных красок, извлеченных из диких растений. С незапамятных времен известно, что отвар из корней конского щавеля, соединенный с винным камнем, окрашивает ткани в жёлтый цвет, а при железной протраве даёт чёрный. Корни девясила, вымачиваемые с азотистым аммонием (а в народной практике ― с мочой), дают синюю окраску. Водная вытяжка из цветков зверобоя красит в жёлтый и зелёный цвета, а тот же подкисленный горячий настой ― в красный и розовый.[4]

  — Короткова З., Фёдоров Р., «Цветно платьице не носится...», 1970
  •  

«Девять сил». В старину это растение считалось одним из наиболее сильнодействующих лекарственных и магических средств. Оно широко использовалось для колдовства: в народе верили, что оно обладает девятью волшебными силами. Недаром ему и дали такое многозначительное название ― девясил. С лечебной целью девясил использовали ещё в древней Греции и Риме. Очень ценит его тибетская медицина, в которой применяется один из местных видов девясила. <...> Растение можно найти по влажным местам у берегов рек, озёр, на лугах, лесных полянах, среди зарослей кустарников. Крупные золотисто-жёлтые соцветия девясила появляются среди лета. Иногда растение называют диким подсолнечником. Идя по сыроватому лугу, вы обязательно обратите на него внимание. Уж очень он заметен: стебель девясила нередко достигает двух метров в высоту! Как декоративное растение девясил охотно выращивают в садах Украины. В земле девясил прячет короткое, толстое, мясистое корневище, от которого отходят толстые корни. Именно они используются с лечебной целью. В них содержатся эфирное масло, сапонины, смолы, незначительное количество алкалоидов, смолистые и другие вещества.[5]

  — А. Быков, «Девять сил», 1970
  •  

На узких, высоко приподнятых над поверхностью грядках вместо моркови и огурцов золотились звездочки зверобоя, качались скромные головки тысячелистника. Среди ошарашивающего разнообразия Люсин распознал валерьяну и донник, душицу и мяту, девясил, шалфей и горец. <...>
Фрол оделся, чтоб комары не заели, и занялся аптечным сбором. Нащипал белого земляничного цвету и кожаных листиков брусники, свежих сосновых побегов нарвал, полынь на лугу отыскал и цветы девясила.[6]

  Еремей Парнов, «Александрийская гемма», 1990

Девясил в поэзии[править]

  •  

Самый первый в мире цвет ― первоцвет,
Самый первый ― это он, первоцвет,
И первей его на этом свете ― нет. <...>
И ещё, что было сил,
Обожаю девясил.[7]

  Михаил Савояров, «Без счёта» (из сборника «Не в растения»), 1913
  •  

Бас, то есть Собакин-младший, пел под Шаляпина, да ещё и о́кал:
Молодило! Хрен! Пупавка!
Клещевина, клопогон!
Девясил, мордовник, шпорник,
Высколка, копытень, лютик,
Коровяк, котовник, лук.
На третьем куплете хор, миманс, танцоры разделились на две группы, славянофилы да западники, каждый выкрикивал своё в пику оппонентам...[3]

  Наталья Галкина, «Вилла Рено», 2003

Комментарии[править]

  1. Другие народные имена девясила: оман, девятисил, дикий подсолнечник, дивосил, горькуха, золотарник, лесная желтуха, горицвет лесовой, чертополох, чертополошник, медвежье ухо... Однако большинство этих названий относятся к девясилу высокому, самому известному и заметному виду.
  2. Род девясил насчитывает более сотни видов, из которых на территории России произрастает примерно треть. Наиболее известный вид, это — девясил высокий, признанное лекарственное и ароматическое растение. Как правило, именно его и имеют в виду, когда говорят: девясил.
  3. Спектр медицинского применения девясила очень широк: от гомеопатии до мазей или настойки на портвейне. Производятся из него также и лекарственные препараты.

Источники[править]

  1. Е.Э.Дриянский. «Записки мелкотравчатого». — М.: «Советская Россия», 1985 г.
  2. П. И. Мельников-Печерский. Собрание сочинений. — М.: «Правда», 1976 г.
  3. 3,0 3,1 Н.В.Галкина, «Вилла Рено». — СПб.: журнал «Нева», №1 за 2004 г.
  4. Короткова З., Федоров Р., «Цветно платьице не носится...». — М., журнал «Химия и жизнь», №2 за 1970 г.
  5. А. Быков, «Девять сил». — М., журнал «Химия и жизнь», №12 за 1970 г.
  6. Е.И. Парнов, «Александрийская гемма». — М.: «Московский рабочий», 1992 г.
  7. Михаил Савояров. «Слова», стихи из сборника «Не в растения»: «Рана»

См. также[править]