В бой идут одни «старики»

Материал из Викицитатника
Перейти к: навигация, поиск

«В бой идут одни „старики“» — советский художественный фильм, снятый актёром и режиссёром Леонидом Быковым в 1973 году. Фильм и Леонид Быков за исполнение главной роли были удостоены первой премии на VII Всесоюзном кинофестивале в Баку.

Цитаты[править]

  • Иван Федорович. Я сбил! Товарищ командир, я сбил!
    Вано. Ай-яй-яй, что ты натворил!
    Алябьев. Придется завтра родителей к директору вызывать.
    Маэстро. Поздравляю с первой победой. Но, между прочим, Иван Федорович, сбивать самолёты противника — это не подвиг, а, так сказать, обязанность истребителя, наши будни. А вот, что ты видел?!
     Собака. Гав!
     Маэстро. Не подсказывай!
  •  — Арфы нет — возьмите бубен! (Маэстро)
  • И в тот же миг влюблённое созданье, включив форсаж, умчалось на свиданье. (Кузнечик)
  •  — Ну, могём!..
     — Не могём, а мо́гем! (пехотный капитан — Маэстро)
  •  — Ромео из Ташкента загрустил — Джульетта в кукурузнике умчалась…
     — Лейтенант, перестань пошлить.
     — Тебя я понял, умолкаю, не то по шее получу и подвиг свой не совершу.
     — Послушай… я не знаю, какой подвиг мы совершим… но то, что эта девочка здесь, на войне… (Кузнечик — Ромео)
  •  — Между прочим, а где мои сто грамм за сбитый?
     — Какой сто грамм, дарагой, тэбе бочка чача надо, чача!
     — Спокойно… Я непьющий. Но дело принципа! (Кузнечик — Вано)
  • (вылезая из «мессершмитта») — Макарыч, принимай аппарат! Во, махнул не глядя. Можешь за хвост подержаться, дракон уже не кусается. (Маэстро)
  •  — Не махни на танк… не глядя.
  •  Маэстро. (слезая с лошади) Макарыч, принимай аппарат! Во, махнул не глядя. Извини, танка не было.
  •  — Хочешь жить — умей вертеться! (Маэстро)
  •  Маэстро. (увидев, как провинившийся Александров ловит кузнечиков) От полётов отстранить. Ста грамм не давать. Назначить дежурным, вечным дежурным по аэродрому! К-кузнечик!
  •  Кузнечик. И четвёртое: нельзя держать боевого лётчика вечным дежурным, куда пошлют. Прошу допустить к полетам.
     — И пятое: нельзя перебивать старших по званию. Вы свободны.
     — Есть!
     — Гав!
     — Вы тоже… (Кузнечик — Маэстро — собака)
  •  — «Хочу жениться, прошу разреш…» Нет, это ты хорошо придумал. Самое главное, вовремя. (Маэстро)
  •  — Ну как у тебя там, Маэстро? Как у тебя там?
     — Всё нормально, падаю! (комполка — Маэстро)
  •  — Будем жить, пехота. (Маэстро)
  •  (рисует звездочки на борту самолета Маэстро) — Э-эх, краски не хватает… А как у вас?
     — …
     — Краску оставь! (Макарыч — техник Скворцова)
  •  («кормит» сеном дракона, нарисованного на «мессершмитте») — Э-эх, сена маловато… Жрёт много. А как у вас?
     — …
     — Сено оставь! (Макарыч — техник Скворцова)
  •  — В ставке Гитлера ходят упорные слухи, что некоторых советских соколов некоторые несознательные механики перед вылетом крестят.
     — В ставке Гитлера все малахольные [украдкой крестит]. (Маэстро — Макарыч)
  •  — Здоров. Лапку подломал?
     — Десять пробоин, бак вырвало, а у самого — ни царапинки. Как говоришь, Маэстро, будем жить!
  •  — А помочь… Знаешь, Серёга, в жизни человека бывают минуты, когда ему никто, никто не может помочь! Рождается сам — и умирает сам. (Маэстро)
  •  — Летать не умеют, стрелять тоже пока не умеют. Но орлы!.. (Маэстро, после того, как Кузнечик отбил у него партнершу на танцах)
  •  — Ну, а ты что скажешь о драке, Ромео?
     — Бой видел, всё видел. Кресты, кресты, кресты, кресты, кресты…
     — Ну а сам-то стрелял?
     — А как же! Всё до последнего патрона. Да вот только всё мимо. (Маэстро — Ромео)
  •  — Все, кто отличает ноту «до» от ноты «фа» — за мной! (Маэстро)
  •  — Ну это — ладно, пацаны, но ты же старик! Какой хоть счёт-то?
     — 18:2 в пользу второй.
     — Это хорошо. (Маэстро — Вано)
  •  — Стой, кто идет?
     — Не идёт, а едет. (часовой — Маэстро)
  •  — А как по-вашему «вишня»?
     — Олча. Только это не вишня, а яблоня. (Маша — Ромео)
  •  — Я мог бы, конечно, и больше, но вы, товарищ командир, своим нижним бельём распугали всех немцев. (Кузнечик)
  •  — Товарищ полковник, может чайку? Чаёк тут…
     — Чаёк… Ты думаешь, пока мы будем тут с тобой чаи гонять, с полосы успеют убрать разбитый самолет?!
  •  — Да представляешь — как в оперетте. Танки… А этот генерал на белом коне…
     — И погоны успел рассмотреть?
     — Да, низковато шел. И главное так — ручкой машет!..
     — Ну, ты и…
     — Ну, я и… разочек махнул… Слушай, ну надо же было наказать, это не сорок первый!
     — Тебе было приказано не раскрывать себя!
     — А х-хрен с ним! Чего он, гад, на белом коне…?
     — Я тебе эту белую лошадь еще вспомню! (Маэстро — комполка)
  •  — Всё преходяще, а музыка — вечна. (Маэстро, после — Кузнечик)
  •  — Ребята! Будем жить!
  •  — Простите, это дело мужчин. Иван, работай. (Кузнечик)
  •  — Скажите, а куда здесь вдеваются нитки? Это ведь летающая швейная машинка? (Кузнечик)
  •  — Дорогой ты наш У-2! Работяга-кукурузник… Когда-нибудь мы тебе памятник поставим. (Ромео)
  •  — Так что сказал Шекспир в 18-м сонете?! И не в 18-м, а… в 19-м? В 19-м сонете Шекспир сказал… Гуляй, Вася! (Зоя)
  •  — …Погоди. Стань-ка в ворота. (бьет по мячу, забивает) С-слабак! (Маэстро)
  •  — …Я вам покажу …п-педагогику!
  •  — Пилотом можешь ты не быть, летать научим всё равно. Но… музыкантом быть обязан! (Маэстро)
  •  — Нас учили, что немец трус, немец боится лобовой, обязательно отвернет. А мой не отвернул. (Скворцов)
  •  — Краску давай!
     — Зачем?
     — Звездочки малевать!
     — Это я мигом достану!
     — «Достану»! Вечно у тебя… свою надо иметь!!!
     — Сколько рисовать, две?
     — Две… тут пока одного завалишь, запаришься. (Скворцов — техник)
  •  — И вот теперь вы услышите… будущего солиста Большого театра…
     — Очень большого… (Маэстро — Скворцов)
  •  Маэстро. Вот в Берлине, где-нибудь на самой высокой уцелевшей стене, я с огромной любовью напишу: «Развалинами рейхстага удовлетворён». И можно хоть домой, сады опрыскивать.
     Комэск-1. Командир, когда вы будете в Берлине автографы оставлять, я вас очень прошу, посмотрите повнимательнее. Там уже будут наши подписи… первой эскадрильи.
     Зоя. Да какая разница, браток: наши, ваши…
     Маэстро. И вообще там первым распишется рядовой пехотный Ваня.
    Скворцов. Да и по праву.
  •  Кузнечик. После напряженного боя… когда перед тобой мелькает перекошенное злобой лицо гитлеровского аса… когда можешь пересчитать заклепки на вражеских самолетах… нам, истребителям… ибо все преходяще, а музыка вечна…
    Маша. Здрасьте, мальчики!
     Кузнечик. (впервые увидев погоны и ордена Зои и Маши) Здрасьте… девочки…
  •  — Вот рапорт о списании.
     — Куда?
     — В пехоту! К чертовой матери! В штрафбат!
     — К чертовой матери? А кто же бубновых сбивать будет?! Я с желторотиками, да?! (Маэстро)
  •  — Товарищ капитан, пока некоторые тут — ля-ля-ля, первая эскадрилья обеспечила ремонт вашего крейсера. Достали все необходимое!
     — Первая у нас — молодцы. Если «фоккер» или «мессер» завалить, так это вторая, а если что-нибудь достать — это первая! (комэск-1 — Маэстро)
  •  — Теперь у нас весь полк поющий будет.
     — А если твоему дивизию дадут, где балалаек наберем? (Макарыч — техник)
  •  — Да, причесали мы «бубновых»!
  • Сочиняют вызов немцам на воздушную дуэль в стиле письма запорожцев турецкому султану:
     — Что, так и писать? «День у нас такой, как у вас, за это поцелуйте…»
     — Может, хоть многоточие поставим? Грубо, дипломатический документ!
     — Готово!
     — Кузнечик, переведи все это на немецкий. Быстро, но постарайся, чтобы это был добротный, литературный язык.
     — Готово.
     — Что, это всё?
     — Ну, остальное переводу не подлежит. «Кемпфе мит мир алляйн, веренд дер штартс верден вир ирс нихт бешиссен. Маэстро».
     — Не тяни, а то получишь по шее.
     — «Выходи драться один на один, на взлете бить не будем. Маэстро»
     — Ну вот, а целый день писали!
     — Стилист. Не смешно, но точно.
  •  Маэстро. Ребята, я же свой!
     Солдаты. Ах, значит, свой? (бьют)
     Маэстро. Да вы хоть форму посмотрите!
     Солдаты. Так он еще и форму нацепил! (бьют)
     Маэстро. Ах ты господа бога душу мать!
     Солдаты. Так он еще и лается по-нашему!
     Маэстро. Ах ты, царица полей! (бьет солдата в челюсть)
     Солдат (потирая челюсть). Кажись, свой…
  •  — Рахмат!
     — Что?
     — «Спасибо» по-узбекски.
     — А, будь ласка.
     — Не понял…
     — «Пожалуйста» по-украински. (Ромео — Маэстро)
  •  — Лейтенант, возле самолета не кури́те!
     — А я не затягиваюсь!
  • Комполка. Ты себе планшет заведешь когда-нибудь? Или тебе подарить?
    Маэстро. Так сапог в бою надежнее.
  • — ...а когда кончится эта война, вернёмся мы сюда, пройдём по этим местам, кто остался в живых...
    — И соберём лучший симфонический оркестр. Во фраках. Выйдет дирижёр. Я подойду и скажу ему...
    — Пусть они нам сыграют!
    — Нет, ты знаешь, я сам. Я скажу: «Извини, маэстро, дай я!..» И как вжарим «Смуглянку», от начала — и до конца!