Джозеф Аддисон

Материал из Викицитатника
Перейти к: навигация, поиск

Джозеф Аддисон (англ. Joseph Addison; 1672 — 1719) — публицист, драматург, эстетик, политик и поэт, который стоял у истоков английского Просвещения.

Цитаты[править]

  •  

Болезнь ревнивца столь злокачественна, что решительно всё превращается ею в пищу для себя.

  •  

Веселье — это манера поведения, тогда как радость — это привычка ума. Веселье краткосрочно, радость же постоянна и неизменна.

  •  

Для счастья нужно что-то делать, что-то любить и во что-то верить.

  •  

Евреи подобны гвоздям и заклепкам в многоэтажном здании: сами по себе большой ценности не представляют, но без них здание не устоит.

  •  

Если верить нашим философам, человек отличается от других живых существ умением смеяться.

  •  

Зачаточным умением каламбурить наделены, в сущности, все, только у обычных людей эти ростки остроумия сдерживаются логикой и здравым смыслом, а у человека талантливого они дают пышные всходы.

  •  

Злословие и насмешка - вот что пользуется у публики неизменным спросом.

  •  

Знание — это то, что наиболее существенным образом возвышает одного человека над другим. — The Guardian (1713), No. 111.

 

Knowledge is, indeed, that which, next to virtue, truly and essentially raises one man above another.

  •  

Имей умершие возможность прочесть хвалебные надписи на своих надгробиях, они бы умерли вторично — от стыда.

  •  

Истинное счастье по природе своей любит уединение; оно — враг шума и роскоши и рождается главным образом из любви к самому себе. — The Spectator, No. 15 (March 17, 1711).

 

True happiness is of a retired nature, and an enemy to pomp and noise; it arises, in the first place, from the enjoyment of one's self, and in the next, from the friendship and conversation of a few select companions.

  •  

Истинный юмор умеет сохранить серьезную мину, тогда как все вокруг покатываются со смеху; фальшивый же, напротив, смешлив — зато серьёзны те, кто ему внимает.

  •  

Книги — это имущество, завещаемое умом человечеству, предназначенное для передачи из поколения в поколение, на пользу тем, которые со временем родятся. — The Spectator, No. 166 (10 September 1711).

 

Books are the legacies that a great genius leaves to mankind, which are delivered down from generation to generation, as presents to the posterity of those who are yet unborn.

  •  

Когда душа видит сны, она — театр, актёры и аудитория.

  •  

Когда на трон садится добрый монарх, самое время издавать законы против беззакония власти.

  •  

Молчание иногда более многозначительно и возвышенно, чем самое благородное и самое выразительное красноречие.

  •  

Мы отмаливаем грехи и пороки, предоставляя решать Всевышнему, что может значить и то, и другое.

  •  

Мужчины, которые относятся к женщинам с наибольшим почтением, редко пользуются у них наибольшим успехом.

  •  

«Наличными у меня всего девять пенсов, но на счету в банке — тысяча фунтов» — примерно так же соотносится искусство беседы с умением выражать свои мысли на бумаге.

  •  

Несложно быть веселым, находясь на службе у порока.

  •  

Нет на свете существа более неприкаянного, чем вышедший из моды кумир.

  •  

Нет иной защиты от критики, кроме безвестности.

  •  

Ничего люди не принимают с таким отвращением, как советы. — The Spectator, No. 512 (17 October 1712).

 

There is nothing which we receive with so much reluctance as advice.

  •  

Павлин в своем блеске не выставляет напоказ столько цветов, сколько можно насчитать в праздничном наряде англичанки.

  •  

Первый стакан — за себя, второй — за друзей, третий — за хорошее настроение, четвертый — за врагов. — The Spectator, No. 195 (13 October 1711).

 

Were I to prescribe a rule for drinking, it should be formed upon a saying quoted by Sir William Temple: the first glass for myself, the second for my friends, the third for good humor, and the fourth for mine enemies.

  •  

По кладбищам, могильным плитам и эпитафиям можно судить о нации, ее невежестве или благородстве.

  •  

При помощи физических упражнений и воздержанности большая часть людей может обойтись без медицины.

  •  

Приличнее не говорить ничего лживого, нежели говорить все, что истинно.

  •  

Раздельный кошелек у супругов — вещь столь же неестественная, как и раздельное ложе.

  •  

Расчетливому и равнодушному хитрецу проще убедить женщину, что он ее любит, и преуспеть, чем страстному влюбленному с его пылкими выражениями чувств.

  •  

Слова, если только они хорошо подобраны, обладают такой силой, что описанное на бумаге нередко производит более яркое впечатление, чем увиденное воочию.

  •  

Спорщики напоминают мне рыбу, которая, попав на крючок, вспенивает вокруг себя воду, пока не становится незаметной.

  •  

Титулы и слава предков придают блеск имени, носимому с достоинством, но делают еще более презренным опозоренное имя.

  •  

То, что не является чепухой, не может быть положено в музыку.

  •  

Трудно себе представить, что сталось бы с человеком, живи он в государстве, населенном литературными героями.

  •  

Умный человек счастлив, лишь когда удостаивается собственной похвалы, дурак же довольствуется аплодисментами окружающих.

  •  

Человек, который наделен даром насмешки, имеет обыкновение придираться ко всему, что дает ему возможность продемонстрировать свой талант.

  •  

Чем лучше человек, тем он мягче и снисходительнее к недостаткам других.

  •  

Читатель прочтет книгу с гораздо большим удовольствием, если будет знать, кто ее автор: негр или белый, холерик или сангвиник, женатый или холостяк.

  •  

Как скульптору необходим кусок мрамора, так душе необходимы знания.