Гардемарины, вперёд!

Материал из Викицитатника
(перенаправлено с «Гардемарины, вперед! (фильм)»)
Перейти к навигации Перейти к поиску

«Гардемари́ны, вперёд!» — первый фильм трилогии о гардемаринах. Фильм снимался в период с 1986 года по 1987 год. Российская империя. 1742 г. В центре сюжета оказываются трое выпускников Навигацкой школы, которые волею случая оказываются вовлечены в круговорот государственного заговора.

Режиссёр: Светлана Дружинина. Сценаристы: Светлана Дружинина, Юрий Нагибин и Нина Соротокина.

Теглайн: «Жизнь — Родине, честь — никому!»

Цитаты[править]

  •  

Авторы фильма не могут поручиться за точность всех исторических подробностей. Но, с присущей им смелой осторожностью, готовы утверждать, что в фильме — всё правда, естественно, кроме вымысла.

  — Заставка фильма

  •  

Маркиз Шетарди: Я оценил по заслугам вице-канцлера Алексея Бестужева. Это подозрительный, мелочный, неприятный и чертовски честолюбивый человек. В жизни он невоздержан и при этом зол и мстителен. У него нет друзей, но уйма врагов.
Кардинал Флёри: И весь набор этих замечательных качеств портит одно: он предан русскому делу и не отделяет своих нужд от нужд России.


  •  

Посланник Дальон: Посмотрите: Бестужев. А Вам не кажется, что он очень сильно болен? Этот землистый цвет лица, воспалённый взгляд… Он очень плохо выглядит последнее время.
Спутник Дальона: Он очень плохо выглядит последние пятьдесят лет. Однако это не мешает ему морочить нам голову.


  •  

А мне кажется, что Бестужев состоит из одних только грехов!..

  — Спутник Дальона

  •  

Честь — это твоё достоинство, как ты его понимаешь. И если ты видишь неуважение достоинства твоей личности, то это надобно пресечь, потому что жизнь наша [с Оленевым и Корсаком] принадлежит Родине, но честь — никому. — Цитата из «Соборного уложения 1649 года»

  — Александр Белов

  •  

Белов! Белов, работай изящнее, это не кочерга!

  — Учитель фехтования в Навигацкой школе

  •  

Ну, не размахивай клинком, это не есть кадило!

  — Учитель фехтования в Навигацкой школе

  •  

Роковая тайна! Вот эта мушка… дорогого стоит. — о деньгах, данных Анной Бестужевой

  — Алексей Корсак

  •  

Я замечаю в Вас некоторую непокобелимость… непоколебимость к авторитетам, господин капитан!

  — Штык-юнкер Котов

  •  

Штык-юнкер Котов: Я уж не фискал, князь! Не фискал! На коленях прошу милости! Пощадите меня! Прошлое забыто, князь! Я сейчас только в Навигацкой школе, я там наставником, при отроках! При отроках!..
Князь Черкасский: [грозно] Вот и отдохнут от тебя молодые души!..


  •  

Гаврила: Зачем деньги нужны?
Никита Оленев: Алёшкин паспорт выкупить. Дай пять рублей.
Гаврила: Пять рублей?! За такие деньги не то что паспорт — саму натуру купить можно!
Никита Оленев: Нельзя. Сама натура в бегах. И к тому же ей угрожает опасность.
Гаврила: Рупь дам!
Никита Оленев: Гаврила!..
Гаврила: Ну, два! И мой бальзам в придачу.


  •  

Александр Белов: Никита, я всё хотел у тебя спросить: ты как попал в Навигацкую школу? Ты же князь!
Никита Оленев: Князь.
Александр Белов: Князь, а у камердинера деньги клянчишь!
Никита Оленев: Князь… С одного боку. Я байстрюк. Ты знаешь, что такое байстрюк?
Александр Белов: Нет.
Никита Оленев: Я незаконноро́жденный. А… Ладно. Мы даже с Гаврилой песню об этом сочинили. Да, Гаврила?
Гаврила: Эх! Это наш самый печальный трактат. Эх-хе-хе-хе-хе, барин-барин, не рвите моё сердце…


  •  

Анастасия Ягужинская: Вы богаты и у Вас много душ?
Шевалье Де Брильи: Я богат, но душа у меня одна. И она принадлежит Вам.


  •  

Анастасия Ягужинская: Скажите хоть, как Вас по имени, сударь?
Шевалье Де Брильи: Шевалье де Брильи к Вашим услугам. Но зовите меня просто: Бенжамен-Луи-Жереми-Симон-Серж.
Анастасия Ягужинская: Ну, так я поеду с Вами, Серёжа.


  •  

Гаврила: Ох, барин! Барин! Никита Григорьич, батюшка! Батюшка, Никита Григорьич! Да… Где шататься изволите?! Разбойников полна Москва, а Вы бродите в одиночестве! Господи Ты Боже мой… Пустырничка вот глотните, как раз свежий настой! А то лица на Вас нет!
Никита Оленев: На спирту?
Гаврила: Что Вы, Никита Григорьич, что Вы?! Как можно! Spiritus! Spiritus vini est tofini! При Вашем телосложении — яд!
Никита Оленев: Хоть мне-то латынь не переводи, эскулап! Латынь при твоём телосложении — яд. Сашка был?
Гаврила: Был! [отдаёт Оленеву записку] Вот. Прискакал, как конь, в мыле! Два слова начертал — и был таков.


  •  

Яковлев: А Ваших гостей Вы тоже будете поить квасом?
Алексей Бестужев: Нет, для них приготовлено бордо. Посланник Дальон — француз, и я решил ему угодить.
Яковлев: [ехидно] Но… Вы же враг Франции!
Алексей Бестужев: Я не враг Франции. Я первый могу поднять бокал во здравие наихристианнейшего короля Людовика XV. Но я враг французской политики. Франция имеет в виду одно — обрезать крылья России.


  •  

Алексей Бестужев: Послушай, Яковлев, тебе не кажется, что вот этот вот [показывая на бюст Вакха] похож на Лестока? За хмельным весельем — чёрная злоба. Медик… С каким наслаждением он вскрыл бы мне вены!.. Но пока я жив…
Яковлев: А разве я должен опасаться за Вашу жизнь?
Алексей Бестужев: [показывая кукиш накрытому столу] …вот вам Россия! [показывая кукиш бюсту Вакха] Вот тебе моя жизнь!


  •  

Поручик Павел Ягупов: За Ивана Лопухина прошу. Ну, какой он заговорщик? Мальчишка, дурак! Это Бергер, сука курляндская, спаивал его, а затем вёл с ним крамольные беседы… Ну, а спьяну чего не ляпнешь?
Алексей Бестужев: Пьяный проспится, дурак — никогда. Ступайте, поручик.


  •  

Алексей Бестужев: Не заведёшь кота, самого заставлю мышей жрать!
Яковлев: [сглотнув] Как прикажете, Ваше сиятельство.


  •  

Игуменья: Девочка моя… Не уезжай! Святая Русь!.. Тяжело тебе будет на чужбине. А здесь эти стены сохранят тебя от навета и тюрьмы.
Анастасия Ягужинская: И от жизни.


  •  

Ни минуты для личного счастья. Всё — отчизне, всё — отчизне! — Целуя служанку

  — Василий Лядащев

  •  

Зря Вы ввязались в драку, юноша! Свои собаки дерутся — чужая, не мешай.

  — Василий Лядащев

  •  

Шевалье Де Брильи: Что ест простой русский крестьянин? Этот ужасный чёрный хлеб, эта ужасная… каша, эта ужасная… капуста!
Анастасия Ягужинская: Вот уж не ожидала, что тебя так заботит судьба русского крестьянина. Что до вас, до французов, то говорят, у вас любимое блюдо — лягушки и луковый суп. Одна луковица на ведро воды!
Шевалье Де Брильи: А бани?!
Анастасия Ягужинская: Что «бани»?
Шевалье Де Брильи: Разве может цивилизованный человек понять, что это такое! Рубленый дом, из которого валит дым! И в этом угаре русские занимаются развратом, вакханалией!
Анастасия Ягужинская: Ой, Серёжа, ты говоришь чушь. В банях моются!
Шевалье Де Брильи: Три раза в неделю?!.. Не смеши меня. И говорят, что тех, кто не соблюдает в банях обычаев, порют розгами. Розги мочат в кипятке, да-да-да.
Анастасия Ягужинская: Да-а? В рассоле, может быть?
Шевалье Де Брильи: Qu'est-ce que c'est «рассол»?


  •  

Это последний русский, шевалье! — об Алексее Корсаке

  — Анастасия Ягужинская

  •  

Василий Лядащев: [пьяно] — Да что Вы всё — «Бергер, Бергер… Бергер, Бергер, Бергер, Бергер!»..
Александр Белов: Так я же еду вместе с ним.
Василий Лядащев: [трезвым голосом] — С кем? С Бергером? Ну, Бергер — это очень плохая компания.


  •  

Гаврила: Весь дом раздарили… Где костюм, цвет бордо гродетуровый, что папенька из Лондона пресендовали? Корсак донашивает!
Никита Оленев: Я — князь, могу дарить…


  •  

Шевалье Де Брильи: Анастасия! [с бумагой в зубах] Шударыня! Пошему вы шелуетесь?
Анастасия Ягужинская: Это последний русский, Серёжа. Он меня понимает и жалеет.
Шевалье Де Брильи: Мне надоел этот последний русский, [кивает в сторону Бергера] и предпоследний тоже! Вот паспорт! Через неделю мы будем в Париже! [Белову] Вы могли бы стать последним русским… мсье!


  •  

Передай этот крест моей матушке. Есть такой старый славянский обычай. Матушка отдаст этот крест палачу, и он станет её крёстным братом. Он пожалеет свою сестру. — Александру Белову

  — Анастасия Ягужинская

  •  

Гаврила, тебя сожгут за жадность!

  — Никита Оленев

  •  

Ай да Корсак, лёгок на помине! И опять к обеду! — о встрече Корсака и Оленева

  — Гаврила

  •  

Я устал от человеческой подлости и глупости!

  — Василий Лядащев

  •  

Всем нужен Бог. Всем. Но не всякий может помолиться — грехи не пускают.

  — Василий Лядащев

  •  

Мы ехали сюда, как на увеселительную прогулку… Ах, какой это был въезд! Шетарди привёз с собой пятьдесят пажей, камердинеров, ливрейных слуг! Мы привезли с собой всё: мебель, одежду, посуду, сто тысяч бутылок тонкого французского вина… Половина из них разбилась в дороге. Мебель растащили. Одежда вышла из моды! [швыряет камзол] А здесь… Дождь! Потом снег! Потом ветер! Потом морозы! Ёлки эти проклятые!.. Нет! Никуда ты отсюда не уйдёшь «на все четыре стороны». Для тебя здесь открыта только одна сторона — на восток, в Сибирь. — Анастасии Ягужинской

  — Шевалье Де Брильи

  •  

Валерьянку надо пить, манэ эт ноктэ! — сбив Жака с забора

  — Гаврила

  •  

Это Вам не Париж! Не Вена, не Лондон! Это — Россия! И чтобы затевать свою игру, надо узнать этих русских! Мы можем разорвать этого гардемарина, но он ни черта не скажет! — про Белова

  — Иоганн Лесток

  •  

«Голос Бестужева слаб теперь!» Мы ещё поговорим в полный голос, господа… — цитируя Лестока

  — Алексей Бестужев

  •  

Всё приходит на круги своя! По-видимому, Россия по-прежнему держится на честных… дураках.

  — Василий Лядащев

  •  

Какой молодец — врёт и не краснеет. Люблю таких.

  — Алексей Бестужев

  •  

Ах, молодость, молодость — пора нехитрых желаний.

  — Алексей Бестужев

  •  

Я хочу чтобы меня судили не современники, а потомки. Пусть знают мои чёрные и белые дела. И вынесут свой, может быть нелицеприятный, приговор. — Отказываясь уничтожить свой архив

  — Алексей Бестужев

  •  

Тот враг безопасен, который уверен, что держит тебя в руках.

  — Алексей Бестужев

Ссылки[править]

Цитаты из фильма на imdb.com (англ.)

См. также[править]