Сергей Георгиевич Кара-Мурза

Сергей Георгиевич Кара-Мурза
Статья в Википедии
Медиафайлы на Викискладе

Серге́й Гео́ргиевич Кара́-Мурза́ (23 января 1939 — 18 октября 2025) — советский и российский учёный, доктор химических наук, автор работ по истории СССР, теоретик науки, социолог, политолог и публицист.

Из книг

• Манипуляция сознанием (2000)
• Аномия в России: причины и проявления (2013)

Советская цивилизация (2001)

• Скорее всего, ряд важнейших принципов жизнеустройства, при котором только и может сохраниться русский народ и его культура, будут в главных своих чертах воспроизводить принципы советского строя — неважно даже, под какой идеологической шапкой. Уже в первой своей, ранней реализации в виде СССР, в ходе трудных проб и ошибок советский проект показал, что жизнь общества без разделения на избранных и отверженных возможна. Возможно и человечество, устроенное как семья, "симфония" народов — а не как мировой апартеид...
• Советское государство было в существенной мере идеократическим… Сила этого государства, его здоровье и само существование в огромной степени определялись жизненностью идеологии, её восприятием в массовом сознании.
• Те сценарии, которые пишутся всерьёз, предусматривают, как самый лучший вариант, превращение России в периферию мировой капиталистической системы — в площадку, на которой "экономические операторы" будут в небольших очагах современного производства изготовлять то, что необходимо "глобальному рынку". И очаги эти будут окружены морем обнищавшего населения, выброшенного из цивилизации и самым примитивным образом добывающего скудное пропитание. Это население уже не будет ни русскими, ни татарами, ни якутами — это будет утратившая национальную культуру человеческая пыль… Поэтому, как большинство ни оттягивает этот момент, каждому придётся взглянуть правде в глаза и признать, что или русские восстановят то жизнеустройство, которое совместимо с нашей природой, наличными ресурсами и культурой, — или исчезнут как народ и как страна. Исчезнут, как американские индейцы. [1]

Потерянный разум (2005)

• Говорят даже, что одним из главных противоречий человеческого общества является столкновение иррационального с рациональным. История XX века показала это самым драматическим образом. [2]
• Стоит вспомнить и ключевое слово перестройки — дефицит. Оно означает нехватку — и все его вроде бы так и понимают. И в то же время интеллигенция уверовала, что во времена Брежнева «мы задыхались от дефицита», а сегодня никакого дефицита нет, изобилие. Но пусть бы интеллектуал объяснил «тупому совку», как может образоваться изобилие при спаде производства. Много производили молока — это был дефицит; снизили производство вдвое — это изобилие. Ведь это мышление шизофреника.

• Вот что означает понятие дефицит в его жестком, ограниченном значении: в 1985 г. в РСФСР в среднем на душу населения потреблено 23,2 кг рыбы и рыбопродуктов, а в 1997 г. в РФ — 9,3 кг. Дефицит рыбы как продукта питания — при ее изобилии на прилавках как знака ложного изобилия. Люди, которые приветствуют такое положение, впадают в глубокое гипостазирование.

• Что мы получили через три года реформы хотя бы в питании, говорит «Государственный доклад о состоянии здоровья населения Российской Федерации в 1992 году»: «Существенное ухудшение качества питания в 1992 г. произошло в основном за счет снижения потребления продуктов животного происхождения. Отмечается вынужденная ломка сложившегося в прежние годы рациона питания, уменьшается потребление белковых продуктов и ценных углеводов, что неизбежно сказывается на здоровье населения России и в первую очередь беременных, кормящих матерей и детей. В 1992 г. более половины обследованных женщин потребляли белка менее 0,75 г на кг массы тела — ниже безопасного уровня потребления для взрослого населения, принятого ВОЗ» [выделено мною — С.К-М ].

• Это — официальное признание в том, что реформа сломала сложившийся при советском укладе благополучный рацион питания и что возник, как сказано в Докладе, «всеобщий дефицит» питания, ранее немыслимый.

Жизнь в СССР (2009)

• В старших классах и потом, в студенческие годы, было сильное ощущение, что ты – хозяин страны. Не у меня одного, многие потом это отмечали… В отличие от школы, в университете было уже довольно много ребят, которые думали иначе и ощущали себя не хозяевами, а жертвами и противниками советского строя.

Кто такие русские (2011)

• В трудные моменты у одной части народа возникает желание изгнать из него дру­гую часть своих соплеменников (это именно рецидив племен­ного сознания, отзвук тех времен, когда такое изгнание было равносильно смертной казни). Мол, такие-то и такие-то — не настоящие русские, а только притворяются. Если партия нацио­налистов такого толка приобретает влияние (духовное, эконо­мическое или политическое), то в народе возникают трещины и расколы, а в пределе — гражданские войны.

• С основной массой нашего народа проблем нет. Это люди, как говорится, славянской внешности, родившиеся от русских родителей и воспитанные ими. У них русские имена и фамилии, они говорят на родном для них русском языке и сами считают себя русскими. Это для них так привычно, что вопросу удиви­лись бы и они сами, и окружающие. Сомнения возникают относительно небольших групп. Надо ли о них говорить — или можно просто не обращать внима­ния? Говорить о них надо, потому что некоторые из них очень влиятельны.

• На Земле же сегодня идет гло­бальный спор о путях человечества, о вариантах выхода из об­щего кризиса, в который загоняет нас «золотой миллиард» с его безудержным потреблением. Вот самый главный, самый грубый выбор: есть общества, построенные по типу семьи, и общества, построенные по типу рынка.

• В чем же надежда разума? Прежде всего в том, что удар по устоям нашей культуры, нанесенный идеологической маши­ной Горбачева и его преемников, не проник слишком глубоко в душу русского человека. Травмы тяжелы, но не настолько, как рассчитывали губители. Реформации не произошло, фундамент устоял. Русский человек не спустился с уровня homo sapiens на уровень homo economicus, не стал волком другому челове­ку.

Другие цитаты

• Пока у нас была надежная держава, я, как и почти все, не заботился об осмыслении нашей жизни, обходился философским суррогатом, который наше общество объяснял неправильно. Пока была подпорка советского государства, наши настоящие культурные устои держали нас и под шелухой идеологии. Но это нам и дорого обошлось - мы ничего не поняли, когда "друзья" подпиливали эту подпорку. Мы дали разрушить советский строй ― наше жизнеустройство. Сейчас мы выбираемся из-под обломков, в ранах. И прежде всего должны "восстановить голову". [3]
• Мне советский строй напоминает семью, в которой родители прошли через суровое детство и тяжело работали всю жизнь. И они хотят, чтобы сыночек насладился радостями жизни. Но не хватает культуры и силы духа воспитать сыночка без помощи такого стихийного воспитателя, каким служили беда и нужда - он вырастает свиньей и в конце концов выгоняет стариков из дома. Ведь те, кто пережил войну, именно так воспитали послевоенное молодое поколение. Оно ведь не просто легко сдало советский строй и страну, но и безучастно наблюдало, как новая «элита» измывалась над стариками и топтала дорогие для них символы... [4]
• ...Иной раз даже кажется, что из нашего общества выделилась какая-то его часть, которая физиологически устроена в чем-то иначе. Как если бы объединились в политическое движение, скажем, гомосексуалисты. Может быть, у них и есть основания обижаться на остальную часть общества, но было бы страшно, если бы они захватили тотальную власть и пытались всех заставить жить по их принципам. [5]
• В период застоя общественные процессы были заморожены, мы сползали к кризису медленно и плавно. [6]
• Разумный человек сначала исследует картину мира, абстрагируясь от своей нравственной оценки объекта. Реальный объект изучается в контексте, позволяющем представить его с разных аспектов. Более того, надо видеть и понять общую картину, ее историю и движение. Так врач ставит достоверный диагноз болезни пациента независимо от того, симпатичен ему тот или противен. Так и фронтовая разведка добывает достоверное знание о противнике — делая акцент на реальности, а не на ярости. Они действуют беспристрастно, объективно, рационально, даже если объекты неопределенны. [7]
• ...Русская история завещала еще один вид покаяния. Когда безжалостный, обманом одолевший враг припрет к последней черте, люди обязаны до глубины души покаяться – за то, что они сделают с этим врагом. Так каялось три дня войско Минина и Пожарского перед тем, как идти на Москву. Не напрашивайтесь на такое покаяние. Оно ведь тоже потаенное, и вы его можете не заметить. [8]
• Почему многие люди, работающие в интеллектуальном плане, не могут прийти, как Вадим Валерианович [Кожинов], к прозрениям? Потому что эти их личные приятия и неприятия так сильно довлеют, что они теряют интеллектуальную честность. По-моему, это общее свойство наших так называемых антисоветских патриотов.
• Я всю жизнь трудился как научный работник, и меня всю жизнь травмировало, что в нашем обществоведении и в среде художественной интеллигенции гуманитарного профиля не просто нет научного мышления, но во многом господствует антинаучное.

• Сейчас встречаются разбогатевшие люди, глубоко страдающие от крушения советского строя. Что отличает таких людей? Что отличает ту немалую часть русской буржуазии, что искренне приняла советский строй? Я бы сказал, одно - доброта, обычная биологическая любовь к человеку своего племени, боль при виде старухи, которая копается в мусоре. А что отличает людей, убежденно ненавидящих советский строй? Эгоцентризм и сомнения. Это злые люди. (Кн. "Антисоветский проект")

• Нам говорили об "ускорении", о свободе и социальной справедливости, о расцвете культуры и науки, о богатых советских фермерах на тракторах с кондиционированным воздухом… Я предложил назвать эти цели-постулаты — а потом честно оглянуться вокруг и сказать вслух, что же произошло с каждым постулатом в действительности. Ведь если произошло нечто противоположное, то, значит, ты или трагически ошибся — или тебя обманули самым ужасным образом. Ты должен предупреждать людей. Остановитесь, тут или ошибка, или обман! [9]

• При Брежневе верхушка была не на высоте задачи, да и уже блокирована интеллектуалами с «новым мышлением». Они еще оставались коммунистами, но уже «евро». Главные вещи мы начали изучать и понимать в ходе катастрофы – глядя на те точки, по которым бьют. [10]

Об СГКМе

• Та точка зрения, которую высказывает Сергей Кара-Мурза, что русский человек искренний и по сути своей православный, это, можно сказать, консенсусная точка зрения (далее по тексту также: общепринятая, - прим.).
  • w:Фурман, Дмитрий Ефимович, 2006

• Глава Центра изучения кризисного общества Сергей Кара-Мурза на протяжении всех последних десятилетий доказывал, что феномен "советского человека" отвечает глубинному культурному коду россиян, а потому "советский" и "русский" фактически являются синонимами. Еще 6 ноября 2003 года в эфире "Эха Москвы" Кара-Мурза заявил, что советский человек – это продукт цивилизации. "Возьмите антисоветизм – сознательный, глубинный. Ведь под ним всегда русофобия лежит", – убеждал он. При этом Кара-Мурза постоянно проводил мысль о том, что советское время было идеальным воплощением ценностей взаимопомощи, солидарности и братства (видимо, подзабыв о массовом доносительстве, идеологии ненависти к "врагам и предателям", "проработках" на партсобраниях и других советских реалиях).
  • Ксения Кириллова, 2015

Посмертно

• Один из ведущих идеологов и публицистов левопатриотической оппозиции 1990–2010-х. <…> Угас светильник разума, каковых так мало в наше время торжества темных страстей. Безусловно, имя Сергея Георгиевича останется в ряду выдающихся публицистов и идеологов России — величины Белинского или Устрялова.
• Как-то он мне сказал, что, когда он преподавал в Испании одна учительница в школе спросила его: «почему Вы так защищаете СССР? Почему Вам не нравится Запад?». Он ответил ей: «у нас качество жизни было выше». Она удивилась: «Как? В Советском Союзе был дефицит! А у нас полки завалены продуктами!». Он сказал: «понимаете, вот здесь дети на улице ко мне обращаются: «господин», а в СССР называли «дядей». У вас общество, где есть господа и слуги, общество конкуренции, общество-рынок, а у нас было общество-семья.
• Под идеологической бомбардировкой всего советского либералами, многим из нашего лагеря казалось, что самое правильное – защищать идеологический официоз СССР, «истмат». Кара-Мурза показал убогость этого официоза, генетическую связь с ним антисоветчины и неолиберализма (у него есть замечательная книга «Истмат и проблема “Восток-Запад”»).
  • Рустем Вахитов

• Сергей Георгиевич был человеком своего поколения и то, что он сумел увидеть хотя бы антисоветский марксизм, говорит о нем как о незаурядном мыслителе.
  • Александр Решидеович Дюков

• Один из самых умнейших и честнейших людей эпохи. Социальный философ, провидец и то, что называется совесть народная.
  • Захар Прилепин

• Великое счастье для нашего народа, что у нас был такой человек, который сумел выразить витавшие в обществе мысли.
  • Андрей Паршев

• Сергей Георгиевич был одним из воинов русской культуры, сражавшимся за интересы не только своей страны, но и через них — за интересы человечества в целом. В армейских рядах существует такая традиция: солдаты, совершившие особые ратные подвиги, навечно зачисляются в списки своей части. Сергей Георгиевич Кара-Мурза достоин быть навечно зачисленным в списки героев русской цивилизации.
  • Редакция "Завтра", 2025

• Он принадлежал к той редкой породе русских интеллектуалов, которые не боятся быть непонятыми. Потому что истина — не в признании, а в точности.
  • Денис Кирис, главный редактор Ревизор.ru

• Кара-Мурза видел в Октябре 1917 года не «переворот», а ответ на катастрофу Февраля — революции западников, разрушившей государственность и моральную легитимность власти. Октябрь, напротив, восстановил целостность страны, сохранил империю в новой форме. Большевики, по его словам, не уничтожали Россию — они её спасали. В книге «Маркс против русской революции» Кара-Мурза доказывал, что идеи Маркса и Энгельса были чужды русскому опыту: для них Россия — «варварская страна», а её революция — преждевременный бунт.
• Сергей Георгиевич Кара-Мурза стал для многих голосом внутренней России — не имперской и не либеральной, а глубинной, народной. Он сумел вернуть советскому опыту достоинство, а России — историческую непрерывность. Его книги — не просто исследования, а акты национального самопознания, попытка сохранить память о великой стране, которая ещё не сказала своего последнего слова.
  • Владимир Букарский