Враг мой (повесть)

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску

«Враг мой» (англ. Enemy Mine) — фантастическая повесть 1979 года Барри Лонгиера, завоевавшая три наиболее престижные премии в области англоязычной научной фантастики («Небьюла», 1979; «Хьюго», 1980; «Локус», 1980). Положила начало циклу произведений автора. В 1985 году была экранизирована.

Цитаты[править]

  •  

Где-то высоко над нами, в космосе, дракошкины соплеменники ещё вовсю сражались с моими, убивая друг друга ради того, чтобы завладеть необитаемым захолустьем в мало кому ведомом секторе пространства. Дракошка по-прежнему топтался на месте, вот я и пустил в ход фразу, которой нас обучили на боевой подготовке, — от этой фразы любой дракошка впадает в бешенство: «Кизз да йуомиин Шизумаат!» Она означает: «Шизумаат (наиболее почитаемый у дракошек философ) питается экскрементами киззов». А это всё равно что выступить с утверждением, будто мусульманин питается свининой.
От подобного кощунства дракошка в ужасе разинул пасть, потом захлопнул её, буквально побурев от злости: только что был желтокожий и вдруг стал буровато-коричневый.
Иркмаан, глупый твой Микки-Маус есть!
Вообще-то я в своё время давал присягу не щадя жизни сражаться за множество предметов и отвлечённых понятий, однако сей достопочтенный грызун в их числе не фигурировал. На меня напал безудержный хохот, я буквально всхлипывал от смеха до тех пор, пока, совершенно обессиленный, не повалился на колени.

  •  

Разумная жизнь оказывает стойкое сопротивление Вселенной. — Шизумаат

  •  

На полпути к подножию пригорка я свернул на тропинку, отмеченную камешками, и подошел к небольшому водоему; он являл собой нечто среднее между садком и бассейном и был наречён Ранчо Слизнячок. Вокруг громоздилось множество изъеденных водою скал, а под ними, в воде садка, обитали самые жирные оранжевые слизни из всех нами обоими виденных.

  •  

... море тянулось до самого горизонта. В промежутках между белыми гребнями пены вода была столь же пасмурна и безотрадна, как душа офицера, ведающего ссудной кассой.

  •  

Не имея ни дерева, ни огня, ни листьев, ни шкур, мы с Джерри находились в отчаянно бедственном положении даже по сравнению со среднестатистическим пещерным человеком, хотя он тоже, как известно, в роскоши не купался.

  •  

Хоть бы какие-нибудь слова высечь. Нельзя же просто предать прах земле и тут же как ни в чем не бывало сесть за обед. Нужны хоть какие-нибудь слова.

  •  

Талман — книга о жизни. Слово «талма» означает «жизнь», ею-то и занимается философия дракониан. До смерти у этой философии не доходят руки. Смерть есть непреложный факт, конец жизни.

  •  

Заммис кивнул и — на мое счастье — умолк, поскольку глубоко задумался. Главное-то я от драконьего детеныша познал: существует уйма вопросов, ответ на которые мне неизвестен.

  •  

Я посмотрел на Заммиса. Жёлтая кожа, желтые глаза, безносая жабья рожица. Одно расстройство.

  •  

Поразительно, какое пламя способна раздуть искорка надежды: огонь разгорается и в конце концов сжигает отчаяние.

  •  

Вновь среди людей — и более одинок, чем когда-либо. <…> Одиночество — это мысль, его причиняет не кто-то кому-то, а причиняет некто сам себе. — Мистан, драконианский философ

  •  

О вы, те, кто одиноки наедине с собой: вовеки пребудете вы одинокими средь себе подобных. — Мистан

  •  

Ладит с чужими мыслями лишь тот разум, что мирно уживается сам с собой. — Мистан

Перевод[править]

Нелли Евдокимова, 1986