Живи и помни

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску
Логотип Википедии
В Википедии есть статья

«Живи́ и по́мни» — повесть русского советского писателя Валентина Распутина, опубликованная в 1974 году.

В центре повести — трагическая судьба женщины из сибирской деревни, которая узнаёт, что её муж оказался дезертиром во время Великой Отечественной войны (1941—1945).

Цитаты[править]

  •  

Обычно Настёна звала с собой в баню кого-нибудь из соседок; смотреть на свое голое закисающее тело было больно и горько, на глаза наворачивались слезы.

  •  

Настёна кинулась в замужество, как в воду, — без лишних раздумий: всё равно придется выходить, без этого мало кто обходится — чего ж тянуть?

  •  

Мало что понимая, она вдруг спохватилась: а муж ли? Не оборотень ли это с ней был? В темноте разве разберешь? А они, говорят, могут так прикинуться, что и среди бела дня не отличишь от настоящего. Не умея правильно класть крест, она как попало перекрестилась и зашептала подвернувшиеся на память, оставшиеся с детства слова давно забытой молитвы. И замерла от предательской мысли: а разве не лучше, если бы это и вправду был только оборотень?

  •  

Вернется, и заживут они, – знал бы кто, как они заживут! После войны наступит другой свет и другой мир для всех, для всех, а для них – особенно. Ничего они до войны не понимали, жили, не ценя, не любя друг друга, – разве так можно?!

  •  

Ну, баба! Вот что значит: давно никто не колошматил.

  •  

Всё, что можно было припомнить из какой-то иной жизни, смутно виделось позади беспорядочными обрывками растерянных снов. Неужели где-то там есть ещё люди, война, смерть и беды? Когда это было, и было ли это когда-нибудь вообще? Воздух в зимовейке горчил, густая, неземная тишина убаюкивала, укрывала от всяких забот и хлопот, пьянила свободным и одиноким существованием.

  •  

Он не добил её, как следовало бы, а стоял и смотрел, стараясь не пропустить ни одного движения, как мучается подыхающее животное, как затихают и снова возникают судороги, как возится на снегу голова. — о Гуськове

  •  

— Я бы, может, хотела себе другую судьбу, но другая у других, а эта моя. И я о ней не пожалею. Она моя. — Настёна

  •  

После похорон собрались бабы у Надьки на немудреные поминки и всплакнули: жалко было Настёну. — последние строки произведения