Икс (роман)

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску

«Икс» — роман Дмитрия Быкова 2012 года.

Цитаты[править]

  •  

Без документа в наше время никакая проза не может соответствовать….

  •  

Блок мог быть любым — и вовсе не красавцем, а маленьким, щуплым еврейчонком либо роскошным полнотелым русопятом, басовитым, окающим: а стихи все равно были бы Блока, то есть Божьи.

  •  

В ком нет главного — нет знания традиции, почитания старших, нет чувства долга нашего перед ними, — он не наш.

  •  

В этой книжной, с долгими периодами речи, юношеской застенчивости и внезапной смене настроений, пожалуй, только и видна была болезнь.

  •  

Слова «консьержка» он не узнал до старости.

  •  

Во всяком филологе первичен вкус, не верьте тому, кто скажет, будто вкус антинаучен.

  •  

Воздух был битком набит запахами.

  •  

Вот мы все пишем — показания не соответствуют, уборочная не соответствует… — а чему? Ведь этот глагол требует после себя конкретного слова. Мы все как-то хотим соответствовать, а чему — не понимаем.

  •  

Все время говорились ужасные глупые грубости, и это считалось по-казачески храбро, стойко.

  •  

Все лицо как бы вдавлено, словно на эту кнопку нажимали и говорили: «тихо сиди»!

  •  

Все приготовились к долгой, злобной защитительной речи, в которой он замарал бы всех.

  •  

Всех собрал повестками — указав целью экспертизу, чтоб не обделались.

  •  

Вылепливать гения, захваливать всесторонне — я оснований не вижу.

  •  

Где сократить, где, напротив, дописать для развития.

  •  

Давно уже он не интересовался ни одной из предложенных задач.

  •  

Дела половые у него выходили так сахарно и скучно, что чувствовалось желание скорей вернуться к еде.

  •  

Для праздного любопытства у меня насекомые есть.

  •  

Для таких вещей хорошо держать лаборанта.

  •  

До него это было черт-те что и сбоку бантик, девичья фантазия.

  •  

Его вечно использовали в писательских третейских спорах — именно потому, что он старый.

  •  

Ему писали почему-то главным образом сумасшедшие, словно чуяли тайное родство.

  •  

Если больному при виде врача не делается легче, к чертям свинячьим такого врача!

  •  

Есть вещи, которых вслух не говорят.

  •  

Жили последние десять лет всему поперек.

  •  

За её бодростью, впрочем, он разглядел истерику, неослабное напряжение всех сил.

  •  

За Толстым и то жена переписывала, сам себя не разбирал.

  •  

Запах казался коричневым.

  •  

И всем стало нехорошо при виде этой некрасивой старости, потому что от такой не застрахован никто из нас: все мы будем ненавидеть молодых и по возможности им гадить.

  •  

Из формальной школы вынес привычку «тривиализировать».

  •  

Использовал почти дословно французские записки Марии Волконской, тогда большинству читателей не доступные. Что же, осудим мы Некрасова?

  •  

Как на Дону говорится, надо, чтоб стоял до звона!

  •  

Как на крючке, повисала на конце каждой главы единственно точная фраза.

  •  

Кинул бы рукопись в корзину, как много раз уже кидал.

  •  

Климов весь девятнадцатый год проработал в аппарате Дзержинского и такого навидался, что половины не помнил, а другой половине не верил.

  •  

Книга у него ни за, ни против, куда вывернет — понять нельзя.

  •  

Лампа, яблоко, слои сизого дыма, сырые крыши в окне.

  •  

Литература будущего, возможно, вся будет состоять из обработанных документов.

  •  

Любимый час, любимый вид: ночь, половина первого, высшая точка его интеллектуальных возможностей.

  •  

Лютая бредомуть!

  •  

Мерзейшие их черты — вот эта кичливость, драка по всякому поводу, культ грубости, хэканье, гэкань.

  •  

Местнический этот патриотизм был невыносим.

  •  

Можем ли мы сегодня считать грехом использование чужих записок или хотя бы даже художественного произведения? Нет….

  •  

Муразову можно было представить за каким угодно занятием, но с мужчиной — никогда.

  •  

Мы все пишем по чужой рукописи, и все, что мы печатаем, — палимпсест.

  •  

Мы не можем знать, чего хотят.

  •  

Мы прошли излучение вроде лучей рентгена, оно на нас застыло, и от наших страниц сто лет спустя будет исходить оно.

  •  

Мы хотим подладиться или сказать как думаем?

  •  

На самом верху за него, потому что нужен, нужен наш гений.

  •  

Надо б сперва обзнакомиться.

  •  

Надо было кровавеетолько и не хватало верного взгляда.

  •  

Нас всех немножко перерезало пополам, и все мы не совсем мы.

  •  

Наша биография — это сколько книг мы прочли и сколько человек убили.

  •  

Не для того же его посылали, чтобы вызнать истинную картину.

  •  

Не поехала бы вот так, со второй встречи, с мужчиной на острова!

  •  

Некритично, и слишком обильно использует чужой материал, но это не есть ещё преступление.

  •  

Нельзя как есть, а когда перепишешь — это уж будет и не плагиат.

  •  

Нужных слов он не знал.

  •  

Он, может, младше был, так его и сильней поломало.

  •  

Он был на той стороне, а на той стороне где ж видеть всю картину?

  •  

Он был худой, высокорослый. А теперь этот рост скрался толщиной, и он сидел такой уютный, такой точный!

  •  

Он влил им горячую кровь.

  •  

Он всегда в седьмом часу дремотно смаривался.

  •  

Он говорил: «избягаю» — и это было ещё трогательней.

  •  

Он легко, как в разношенный любимый сапог, поместился в чужую повесть.

  •  

Он умел похвалить с неожиданной стороны.

  •  

Она умиляла, сказал бы он, молочно-восковой спелостью.

  •  

Опять эта улыбка ребенка при виде котенка, или даже котенка при виде ребенка….

  •  

От студенческих штанов «пахнет молодостью и здоровьем».

  •  

Ответ о двойном авторе разрешал все противоречия.

  •  

Память людская милосердна и стирает лишнее.

  •  

Писал, как человек с бесконечным запасом времени — вяло, многоречиво, мутно.

  •  

Писатели умели завидовать лучше всех. Они, собственно, ничего другого не делали. Даже рабкоры завидовали не так, у них ума не хватало на такую гадость.

  •  

Повести его получались иногда так плохи, что почти уже хороши.

  •  

Подземной правды за ним не стояло.

  •  

Попал он в точку, в какую лучше не попадать.

  •  

Посовещавшись ещё для виду.

  •  

Правильный взгляд диктует нам забирать шире, с учетом всей исторической правоты.

  •  

При своей нечистоте она заботится об чужой чистоте….

  •  

Принадлежала она молодому, горячему и не испорченному опытом.

  •  

Про него уж никто не подумал бы, что — украл.

  •  

Проза его была красивая, но с трещинкой.

  •  

Разве в запятых, в строе речи что-нибудь прорывалось….

  •  

Результат десятой проверки вопил: не он, не он! Фрагменты а и б писали не разные, но взаимоисключающие люди.

  •  

Роман, да, явно писали две руки, но как бы левая и правая, принадлежащие одному человеку.

  •  

Сам человек вообще неправильное, уродливое, никакими условиями не исправишь порока в изначальной формуле.

  •  

Самих боевых действий почти нет, — …все больше перемещения. В бою не поговоришь, а у него все только и делают, что гутарят.

  •  

Словно шел по канату, и каждый шажок грозил оборваться в пропасть.

  •  

Солдаты наполеоновских войн, кто не умирал, жили потом очень долго, исключительно даже долго по тем временам. Я полагаю, они были обожжены славой.

  •  

Такие кулаки хорошо подносить к носу и спрашивать: «Чем пахнет? Смертью пахнет».

  •  

Там много у него, конечно, откровенного, на грани даже приличия…

  •  

Текст вообще не о понятиях и написан не словами, а шифрует именно соотношения, т. е. при подстановке любых слов получается осмысленно.

  •  

Тесть зажигал керосиновую лампу, об которую бились страшные, несчастные, беспомощные мохнатые существа; «не на свет летят, а на тот свет», — шутила теща, большая затейница.

  •  

То ли в ритме было дело….

  •  

То полный будет поворот взгляда…ты ж там не просто менять белое на красное, а с проработкой?

  •  

То, чего переписать они не успели и что нужно было для третьего тома, он прикопал.

  •  

Товарищ Сталин был почетный казак станицы Горячеводской с 1925 года, за что публично и торжественно благодарил, клянусь, мол. Конечно, посвящение в почетные казаки прошло без должной формальности, шашку не дарили, нагайку не вручали, но ходока отправили прямо в Сочи.

  •  

Тяжело быть единственным гением.

  •  

У донцов полная история отечественной войны всасывается с молоком матери.

  •  

У него же природа неживая, и говорят, как в оперетте.

  •  

Успел полюбить всей своей сухой и, в общем, недоброй душой.

  •  

Учебутычить — было словцо сапожника, у которого он учился.

  •  

Хорошо понимал иерархии, что получше, что похуже, кто великий, кто так себе.

  •  

Цифры не впечатляли; а ты поди посмотри в глаза тем цифрам, когда они в ещё живом виде тут ползали, до последнего надеялись, пытались даже угрожать…

  •  

Чем больше ругали — тем больше уважали.

  •  

Чем случайней, тем вернее.

  •  

Шанс был — дважды не предложат.

  •  

Я не слишком хорошо говорю («ты и пишешь не слишком», — подумали все).

О романе[править]

  •  

Книга одновременно смешная и страшная. Она небольшая — всего 200 страниц, но пишется трудно, потому что я впервые в жизни решил написать роман, который будет интересно читать. Это мучительный процесс, в книге нет ни одной лишней строчки..[1]

  Дмитрий Быков

Примечания[править]

Ссылки[править]