Лезгины

Лезгины
Статья в Википедии
Медиафайлы на Викискладе

Лезгины — кавказский народ, проживающий в Южном Дагестане и Северном Азербайджане. В XIX веке, наряду с другими кавказскими народами, лезгины активно участвовали в Кавказской войне, в XX веке пережили интеграцию в социалистическое общество СССР и в 1930-е годы после Штульского восстания депортацию в Среднюю Азию. По вероисповеданию мусульмане-сунниты.

Цитаты в прозе

	Лезгинцы, народ бойкий, имеющий порядочные каменные дома и все хозяйство в лучшем порядке
	— Граф Иван Гудович, «Записки о службе генерал-фельдмаршала графа Гудовича И. В., составленные им самим», 1806

Лезгинцы, может быть Леги (Legae) древних, страшны непрестанным своим грабительством; похищают людей, скот и все, чтo находится в областях окрестных; на быстрых конях своих увлекают они добычу, разрушая за собою льдистые и снежные переходы, покрывающие пропасти Кавказа. Обвыкшие переносить голод и жажду, они в козьих меха имеют при себе малое количество запасной пищи во время набегов…Образ жизни и свежий воздух на горах способствуют их долголетию необыкновенному.

— Конрад Мальт-Брюн, «О нынешнем состоянии земель Кавказских», 1826

	...Пленных, хотя и взяли мы, но лезгины дабы не оставаться живыми в наших руках кинжалами рубились до последней капли крови.
	— Генерал Фези, «О военных действиях против вольных обществ Самура» 1838

	Начиная с 1837 года Самурские и Кубинские Лезгины с присущим им беспокойным и твёрдым характером нарушили договор о подчинении нам. Несколько раз они поднимали бунты, а также они призывали к бунтам и другие народы, все дагестанские народы
	— Генерал Головин, 1839

	Лезгины, вы – мужественный народ. Сколько времени вы проливаете кровь русским захватчикам, сражаетесь против них ради родной земли. До сих пор вы в одиночестве, без какой-либо помощи со стороны вели сражения в такой большой войне. Теперь же знайте, что я и весь Дагестан – ваши помощники.
	— Имам Шамиль, 13 сентября, 1848 года.

У лезгин нет ни ханов ни беков, народ вольной, доходов и податей никому не платят, но и впредь платить не будут, и, надеясь на крепкую ситуацию их места, не опасаются, чтоб кто их в подданство привлечь и принуждать не может. Сии пять уездов крепко заедино стоят, и что одному учинится, то и другие так, как себе учинено почитают. Никогда ни под персидскою, ни под какою другою властию не стояли, и хотя прежде сего султаны дербенские их яко подданными к Персии почесть хотели и к тому принуждать трудились и для того часто великая команда из Дербента посылалась, чтоб их силою под владение привесть, однакож дагистанцы всегда противились и высланных дербенцов кровотекущими головами назад отсылали. От них прибыли никакой нет, оставлены оные были потому в покое. Чего ради и та малая часть земли от Алти-пара, которая по разграничению к российской доле подлежит, так оставлена, ибо невозможно будет без непрестанных ссор оное содержать, а прибыли от того никакой нету. Также оные и с турецкой стороны в покое оставлены могут быть, понеже силою их в подданство привесть труд не заплатится, не почитая убытку, что в таком диком народе постоянства никогда не будет

— Иоганн Густав Гербер, «о лезгинских союзах сельских общин Самурской долины», 1958

	...Спросите у лезгина, почему он так сильно любит свою Родину? Он ответит: здесь я могу жить так, как хочу, здесь я никому не склоняю голову. Эти снега, эти горы охраняют мою гордость
	— Александр Бестужев-Марлинский

Лезгин серьезен, положителен, постоянно занят возможно лучшим — конечно, по своему — устройством своего быта; во всех своих делах, Лезгин как будто бы сознает, что он должен трудиться не только для себя, но и для своего потомства. Взгляните на дома Лезгин, на их сады: везде видно, что они заботятся о том, чтобы все это было прочно и долговечно. Эта поразительная черта их характера как-то не ладится с известною их воинственностью и с рассказами о постоянных их набегах на Закавказье. Из всех рассказов обыкновенно выводят то заключение, что Лезгины народ дикий, хищнический, живущий разбоем и грабежом. Но подобный вывод нам кажется несколько преувеличенным. Лезгины воинственны, это правда, что и вполне понятно, вследствие сурового характера природы их родины; но о них нельзя сказать, чтобы они были войнолюбивы.

— Николай Глиноецкий , «Поездка в Дагестан», 1860

Если в характере лезгин есть хорошие черты, то в нем же имеется и достаточное количество плохих. Лезгины храбры, ловки и упорны, они могут за короткое время преодолеть без отдыха огромные расстояния, но они в высшей степени мстительны. Страсть к мести поддерживается в них религией и нравами Дагестана, где они живут. Кровная месть постигает не только отдельных людей, но и целиком семьи, целые аулы, и продолжается многие годы

— Густав-Теодор Паули, «Этнографическое описание народов России», 1862.

...Лезгины были грозою всех равнин, окружающих их горы, то преимущественно потому, что они действовали или по воле разных правителей, успевавших подчинять себе даже многие вольные общества, или же по внушению религиозного фанатизма, возбуждаемого в них разными честолюбцами. Вообще Лезгины, сколько нам кажется, имеют много сходства с Швейцарцами и Тирольцами средних веков, которые всегда были воинственны, потому что закаливались в борьбе с окружающею их природою, нанимались, подобно Лезгинам, на службу в войсках иностранных держав, потому что находили на родине недостаток в средствах продовольствия, но вовсе не отличались хищничеством и завоевательными стремлениями. Лезгин, как вообще всякий горный житель, более всего привязан к своей родине.

— Николай Глиноецкий , «Поездка в Дагестан», 1860

	Лезгин разбойничает, но он однако не разбойник, — он рыцарь разбоя, подчиняющийся строгим правилам и строгим нравственным обязанностям. То, что мы называем разбоем, — для него идеал истинно-человеческой жизни, который волнует его мечту, который его преследует собою везде и всегда.
	— Евгений Марков, «Очерки Кавказа», 1887

	Когда смотришь в одно время на лезгина и на нашего брата вахлака-русского, то русский производит впечатление неуклюжего травоядного животного рядом со статным и смелым хишником. У лезгина пестрота наряда какой-нибудь пантеры или барса, грация и гибкость ее движений, ее страшная сила, воплощенная в изящные стальные формы.
	— Евгений Марков, «Очерки Кавказа», 1887

	Что может сделать лезгин в битве, в походе,— представить себе трудно. Бесконечные кавказские войны доказали это лучше всего.
	— Евгений Марков, «Очерки Кавказа», 1887

	Храбрость лезгин не знает пределов. Это львы по природе.
	— Евгений Марков, «Очерки Кавказа», 1887

Здешние правящие люди не нахвалятся лезгинами. Это народ удивительно стойкий, удивительно точный, удивительно честный. «Эти дикари чем хороши, — говорили мне о них. Сегодня возмущенье, пушками их не возьмешь, а завтра смирятся — безопаснее Саратовской губернии станет. Если враг — то враг, а уже друг — то друг; убийца никогда не скрывает, что он убил; на суде откровенно и прямо рассказывает, за что и как убил: из ревности ли, за обиду ли...»

— Евгений Марков, «Очерки Кавказа», 1887

Отношения родства и дружбы здесь так крепки, что лезгин, из-за дружбы, на каждом шагу готов жертвовать жизнью. Кунаки должны оказывать друг другу всякую услугу и помощь; они делаются даже кровниками друг друга, и если у убитого нет ближайших родных, — получают за него алым и дият. Кто раз ночевал в доме лезгина, уже всегда обязан заезжать к нему; хозяин жестоко обиделся бы и был бы осрамлен перед всем селением, если бы его гость избрал на следующий раз иного хозяина. Это значило бы, что он остался недоволен гостеприимством. Лезгин проедет насквозь весь Дагестан, не вынимая ни одного абаза. Везде он найдет приют и радушное угощенье.

— Евгений Марков, «Очерки Кавказа», 1887

Нигде нет такой настойчивой, всеми исполняемой дисциплины, как среди лезгин. Аульное общество, не рассчитывающее ни на какие приказы общественного призрения, ни на каких благодетельных председателей, членов, заседателей и секретарей, свято выполняет обязанности свои к бедным жителям, хотя этого не написано у них ни в каком уставе благоустройства и благочиния. Известная часть хлеба и вина обязательно отделяется каждым жителем на содержание бедных, мечети и школы. Дети, желающие изучать Коран и получить вообще образование по понятиям лезгин, исполняют это без малейшего труда.

— Евгений Марков, «Очерки Кавказа», 1887

Наш неутомимый исследователь горских языков Кавказа, покойный генерал Услар, составил было азбуку для лезгинского языка, и горские дети начали было с восхищением писать и читать по-лезгински; но это доброе начало не было поддержано с достаточной настойчивостью и не пошло дальше. Английские миссионеры успели распространить в Дагестане несколько экземпляров Евангелия на арабском языке, и оно читается охотно некоторыми учеными лезгинами; горцы также нарасхват разбирали нумера «Тифлисской Газеты» на татарском языке, которую пробовали распространить среди них. Все это показывает одно глубокое уважение лезгин в письменности, полную возможность повлиять на них путем образования. Лезгины, как племя, очень умны и способны. В Ставропольской гимназии, где брат мой был прежде директором, лезгины, по его словам, были лучшими учениками даже по сочинениям на русском языке.

— Евгений Марков, «Очерки Кавказа», 1887

	Не все горцы одинаковой храбрости, как и наши европейцы, самые воинственные из них – лезгины, аварцы и акушинцы, которых Ермолов проучил порядком.
	— Василий Норов

	"Лезгинам отдать его. Они решат, что с ним делать. — в отношении Белковского.
	— Владимир Путин, 2011

Цитаты в стихах

Не уезжай, лезгинец молодой; Зачем спешить на родину свою? Твой конь устал, в горах туман сырой; А здесь тебе и кровля и покой (Лермонтов, Прощание, 1832)

См. также

• Лезгинские пословицы