Перейти к содержанию

Стефан Цвейг

Материал из Викицитатника
Стефан Цвейг
Статья в Википедии
Произведения в Викитеке
Медиафайлы на Викискладе

Стефан Цвейг (нем. Stefan Zweig; 28 ноября 1881 — 22 февраля 1942) — австрийский писатель, драматург и журналист. Был мастером новеллы.

Цитаты[править]

  •  

Порою <…> рассказы Гофмана — чистые, гармоничные грёзы; порою, однако, среди этих грёз он вспоминает о себе самом, о своей исковерканной жизни: тогда он становится злым и едким, обезображивает людей до карикатур и чудовищ, издевательски прибивает к стене своей ненависти портреты начальников, которые терзают и мучают его, — призраки действительности в призрачном вихре. Как всякому своему рисунку, как собственной подписи, так и каждому своему образу Гофман непременно приделывает какой-нибудь шлейф или хвостик, какую-нибудь завитушку, делающую его для неподготовленного восприятия странным и причудливым. <…> своеобразным и неповторимым осталось навеки одно качество Гофмана — его удивительное пристрастие к диссонансу, к резким, царапающим полутонам. И кто ощущает литературу как музыку, никогда не забудет этого особого, ему одному присущего звучания. Есть в нём что-то болезненное, какой-то срыв голоса в глумливый и страдальческий крик <…>. Ибо Э. Т. А. Гофман всегда был разбитым инструментом, чудесным инструментом с маленькой трещиной. По натуре своей человек плещущей через край дионисийской весёлости, сверкающей, опьяняющей остроты ума, образцовый художник, он раньше времени разбил себе сердце о твердыню обыденности. Никогда, ни одного-единого раза не смог он свободно и равномерно излиться в пронизанное светом, сверкающее радостью произведение.[1]

  — «Э. Т. А. Гофман», 1929
  •  

Каждая тень, в конечном счёте, тоже дитя света, и лишь тот, кто познал светлое и тёмное, войну и мир, подъём и падение, лишь тот действительно жил. — вариант трюизмов

  — «Вчерашний мир. Воспоминания европейца» (Die Welt von gestern»), 1943
  • Всегда, прежде чем может быть возведено что-то новое, должен быть поколеблен авторитет уже существующего.
  • Гений человека всегда одновременно и его рок.
  • Как в политике одно меткое слово, одна острота часто воздействует решительнее целой демосфеновской речи, так и в литературе миниатюры зачастую живут дольше толстых романов.
  • Книга есть альфа и омега всякого знания, начало начал каждой науки.
  • Когда между собакой и кошкой вдруг возникает дружба, то это ни что иное, как союз против повара.
  • Нет более безнадёжного занятия, чем рисовать пустоту, нет ничего труднее, чем живописать однообразие.
  • Нет вражды страшнее, чем та, которая возникает, когда сходное борется со сходным, побуждаемое одинаковыми стремлениями и одинаковой силой.
  • Пафос позы не служит признаком величия; тот, кто нуждается в позах, обманчив… Будьте осторожны с живописными людьми.
  • Самая высокая, самая чистая идея становится низкой и ничтожной, как только она дает мелкой личности власть совершать ее именем бесчеловечное.
  • Сомнение — это злейший враг человеческого знания.
  • Состариться — значит избавиться от страха перед прошлым.
  • Хочешь мира — готовь его, готовь, не щадя своих сил, каждый день твоей жизни, каждый час твоих дней.
  • К основным тайнам стыда надо отнести свойство человека охотнее обнажать самое ужасное и самое отвратительное, чем ничтожнейшую черточку характера, выставляющую его в смешном виде. Спрятаться за раскаянием, умалчивать, признаваясь, - это самый ловкий, самый лживый трюк самообмана в самоизображении.

Статьи о произведениях[править]

Примечания[править]

  1. Перевод С. Е. Шлапоберской // Стефан Цвейг. Собрание сочинений в семи томах. Т. 7. — М.: Правда, 1963. — С. 441-2.