Теодор Адорно
| Теодор Адорно | |
|---|---|
| |
 Статья в Википедии
| |
 Медиафайлы на Викискладе
|
Теодор Адорно (1903—1969) — немецкий философ еврейского происхождения, социолог и теоретик музыки. Представитель Франкфуртской критической школы.
Цитаты
[править]В психоанализе нет ничего истинного, кроме преувеличений. |
Не мы слушаем музыку, а музыка слушает нас. |
Писать стихи после Освенцима — это варварство. — Adorno Th.W. Kulturkritik und Gesellschaft // Adorno Th.W. Gesammelte Schriften. Frankfurt; Darmstadt, 1997. Bd. 10/1: Kulturkritik und Gesellschaft I. S. 30. |
Как отмечает про Адорно М. Джей: "В одном из своих последних эссе он даже признал, что его знаменитое утверждение о невозможности писать стихи после Освенцима «не является абсолютно верным», хотя затем добавил: «несомненно, что после Освенцима, поскольку Освенцим был возможен и остается возможным в обозримом будущем, легкомысленное искусство больше немыслимо».
- Величие произведений искусства … состоит исключительно в том, что они дают голос тому, что скрывает идеология.
- Философия не должна позволять себя отговаривать от того, чего она не достигла, просто потому, что человечество ещё не достигло этого[1].
Статьи о произведениях
[править]Об Адорно
[править]- Для Адорно это было так: «Мышление — это то, что обладает наибольшей властью». Он называет это открытым мышлением, и это не мышление, ориентированное на инструментальные цели. Он очень критически относился к радикалам 60-х годов, потому что говорил: «Они просто используют ситуацию в своих целях, как и все остальные, ставя действие выше мысли».
- Адорно однажды назвал свои сочинения «Флашенпост» — посланиями в бутылках, брошенными в «поток варварства, обрушившийся на Европу», на благо будущих, неизвестных читателей.
- Адорно никогда полностью не поддается отчаянию и не отказывается от слабой надежды на утопический поворот в ходе истории, на достижение подлинного прогресса, который, как говорил Кафка, «еще не начался».
- Один из самых отрезвляющих уроков Холокоста, замечает он, заключается в том, что один лишь дух совершенно бессилен облегчить страдания перед лицом безжалостной власти.
- Мартин Джей[3]
- Адорно был сомнительным союзником, когда еще существовали мощные и оппозиционные течения, от которых его темпераментный и сварливый квиетизм мог отвлечь нерешительного читателя. Теперь, когда эти течения сами по себе утихли, его желчь — это радостный противоядие и разъедающее средство, которое можно нанести на поверхность «того, что есть».
- Фредрик Джеймисон[4]