Холод Вселенной (Франке)

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску

«Холод Вселенной» (нем. Die Kälte des Weltraums) — постапокалиптический роман Герберта В. Франке 1984 года.

Цитаты[править]

  •  

Валленброк: … насколько я мог понять, речь шла о ракетах, каждая из которых могла вывести в тропосферу несколько сотен тонн окиси алюминия и распылить там. <…>
Эллиот: Подробностей мы не знаем, мы только видели телевизионную передачу, слышали сообщения… Это было страшно: за один день землю обволокло чёрно-серым покрывалом, более густым, чем сейчас. Потом начались бури, грозы, посыпался град, который шел часами, — градины величиной с теннисный мяч.

  •  

Валленброк: Это сообщение продиктовал я сам. Мне удалось передать его перед самым уходом. Нельзя было допустить, чтобы руководство оставалось в руках врагов. Они сделали бы с нами всё что угодно, мало ли существует способов сломать человека. Видали вы когда-нибудь этих несчастных пленных, которых мы захватили? Лучше уж смерть, чем бесчестье!

  •  

Хотя имевшегося оружия было достаточно, чтобы миллион раз уничтожить всю Землю, его продолжали выпускать, тем более что умельцы-изобретатели придумывали все новые и новые системы в надежде создать наконец что-нибудь такое ужасное, такое устрашающее, что сам факт существования этого оружия удержит врага от дальнейшей агрессии. В этом был главный смысл производства оружия.

  •  

Никто из высококвалифицированных специалистов, находившихся возле кнопок и рычагов, даже на миг не допускал мысли, что вся эта система может вдруг выйти из строя, что механизмы замрут, а боевые действия, координировавшиеся из Центра управления, станут неуправляемыми и вплотную приблизятся к уютным, тёплым, оснащенным кондиционерами помещениям главного штаба и теоретики войны мгновенно превратятся в практиков самообороны.
Тем не менее это случилось.

  •  

Валленброк: Война охватила все континенты, нейтральных не оставалось, каждый должен был примкнуть к тому или другому блоку. События достигли кульминации, решалась судьба планеты. И тогда противник пустил в ход последнее средство — мне доложили об этом. Результатом стало обледенение Земли, но ничего другого чёрным не оставалось. Вы сами видите, наступил новый ледниковый период, вся жизнь на планете замерла — враг торжествует. Да, это так, и пусть людей в живых осталось совсем немного — это будет запечатлено на страницах истории: последний удар нанесён Чёрным блоком. Последний удар! А ведь и мы оказались не безоружны. Оружие наше было уже наготове. У нас имелось средство против обледенения! Это было бы поистине титаническое зрелище, достойный финал величайшей битвы в истории человечества: жар против холода, огонь против льда — последняя молекула воды испарилась бы и унеслась в пространство. Свет против тьмы, добро против зла… Вот каков должен бы быть финал, наше последнее свершение: пусть погибло бы всё, но мы спасли бы свою честь! Ибо честь солдата превыше жизни и смерти. — Франке демонстрирует абсурдность такой позиции[1]

  •  

Как много противоречивого уживалось в этом человеке: с одной стороны, природа наградила его незаурядным интеллектом, он отличался не только фундаментальными техническими знаниями, но и способностью критически мыслить. И вместе с тем он умел ценить прекрасное, неплохо разбирался в искусстве; не скажу, что мне нравилось, как он обставил своё жилище, но надо признать, это был солидный стиль. В конце концов, именно Валленброк в предвоенные годы возглавлял крупнейшие строительные проекты, где сочетались холодный расчёт и размах, отвечавший тогдашней политике правительства. И вместе с тем кругозор его был ограничен, побудительные мотивы его деятельности — крайне примитивны, особенно эта безнадёжно устаревшая философия власти и чести — столь же плоская, как и те призывы, которые мы по его приказанию передавали в эфир. Как я ни старался, я не мог уловить у него даже намёка на простые и естественные человеческие чувства; <…>. Единственным, к кому он испытывал привязанность, был его пёс. Только сейчас я наконец-то понял, что Валленброк психически ненормален. Как бы он трезво ни рассуждал, ему были недоступны те человеческие побуждения, что делают нас людьми. Валленброку не хватало главного качества, которым должен обладать человек, взявший на себя ответственность за других: способности сострадать. Это было явное отклонение от нормы.

Перевод[править]

М. Харитонов под ред. М. Финогеновой, 1991

Примечания[править]

  1. См. также мысль Станислава Лема в «Фантастике и футурологии» (книга 2: Метафантастическое окончание, 1970) со слов «нашему времени присуще падение».