Йозеф Гайдн

Материал из Викицитатника
Перейти к: навигация, поиск
Иоганн Карл Рёслер
Портрет Гайдна (1799)
Логотип Википедии
В Википедии есть статья

Франц Йозеф Гайдн (нем. Franz Joseph Haydn; 1732 — 1809) — австрийский композитор эпохи классицизма.

Цитаты[править]

  • Вся прелесть музыки — в мелодии.
  • Вот чего недостаёт многим нашим молодым композиторам: они сочиняют один опус за другим, едва успев начать, они обрывают музыку; но когда их послушаешь, в сердце ничего не остаётся[1].
  • Квартет — это беседа четырех неглупых людей.
  • Мастер должен утверждать право.
  • Найти хорошую мелодию и ваша композиция, какова бы она ни была, будет прекрасной и непременно понравится. Это душа музыки, это жизнь, это смысл, сущность композиции.
  • Я был отключён от мира. Не было никого, чтобы смутить или досаждать мне, и я был вынужден стать оригинальным.
  • Я никогда не был быстрым автором, но композировал с большой заботой и усилиями.
  • Я обращался к Богу, не как отвергнутый грешник, в отчаянии, а спокойно, тихо.
  • Я слушал больше, чем я учился. Были разработаны, следовательно, мало-помалу мои знания и способности.

Цитаты о Гайдне[править]

  •  

Никто не в состоянии делать всё: балагурить и потрясать, вызывать смех и глубоко трогать, и всё одинаково хорошо, как это умеет Гайдн.

  Вольфганг Амадей Моцарт
  •  

Гайдн и Моцарт, творцы новой инструментальной музыки, первыми продемонстрировали нам искусство в его небывалом блеске, но вглядывался в него с великой любовью и проникал в его суть один Бетховен.[1]

  Эрнст Теодор Амадей Гофман
  •  

Магическая сила Гайдна заключается в том, что в его творчестве господствуют свобода и радость. Его радость импульсивна, естественна, чиста, непобедима и постоянна

  Стендаль[1]
  •  

Симфония после Гайдна уже не шутка, а дело жизни и смерти.[1]

  Иоганнес Брамс
  •  

В качестве ученика, да к тому же полуслуги Порпоры, Гайдн, жаждавший слушать музыку и изучать самую технику композиции опер, получил позволение бывать за кулисами, когда пела Консуэло. Уже два дня он замечал, что Порпора, сначала недоброжелательно относившийся к его присутствию в театре, теперь разрешал ему с добродушным видом находиться там, даже прежде, чем он успевал раскрыть рот и попросить об этом. Дело в том, что в голове профессора возникла новая идея. Мария-Терезия, разговаривая о музыке с венецианским посланником, снова вернулась к своей матримониальной мании, как выражалась Консуэло. Её величество сказала, что ей было бы очень приятно, если бы талантливая артистка обосновалась в Вене, выйдя замуж за молодого музыканта, ученика Порпоры. Сведения о Гайдне она почерпнула от того же посланника; и так как Корнер очень хвалил юношу, говоря, что у него громадные музыкальные способности, а главное — что он усердный католик, её величество поручила своему собеседнику устроить этот брак, обещая прилично обеспечить юную пару. Мысль эта улыбалась г-ну Корнеру: он нежно любил Иосифа и уже давал ему ежемесячно семьдесят два франка, чтобы юный музыкант мог спокойно продолжать занятия. Корнер горячо ратовал за него перед Порпорой, и старик, боясь, как бы Консуэло не настояла на своём — не оставила бы сцену, выйдя замуж за дворянина, — наконец после долгих колебаний и упорного сопротивления дал себя убедить (ибо, конечно, маэстро предпочёл бы, чтобы его ученица жила, не зная ни брака, ни любви). Желая во что бы то ни стало добиться своей цели, посланник решил показать Порпоре произведения Гайдна и открыл ему, что серенада для трио, понравившаяся маэстро, сочинена Беппо. Порпора признал, что это произведение говорит о большом таланте, что он мог бы дать юному композитору хорошее направление, а также помочь ему писать для голоса и что, наконец, будущность певицы, вышедшей замуж за композитора, имеет все основания сложиться весьма удачно.

  Жорж Санд, «Консуэло»
  •  

Вкусы кружка тяготели к Глинке, Шуману и последним квартетам Бетховена. <...> Моцарт и Гайдн считались устаревшими и наивными...

  Николай Римский-Корсаков, «Летопись моей музыкальной жизни»
  •  

Читали ли вы «Консуэло»? Восхищённая преданность Гайдна, которую он испытывал к Порпоре, внушала мне подобную же преданность по отношению к моему великому товарищу... Теперь я сомневаюсь, что это было правильно...

  Эрик Сати, «Клод Дебюсси»
  •  

Жена композитора Гайдна, например, делала из рукописей своего знаменитого супруга папильотки (по-русски это будет называться «бигуди») и затем накручивала на них свои толстые немецкие волосы. А у Бетховена поэтому вовсе не было никакой жены. «Зачем это?» — задумчиво говорил он время от времени. «У меня и так денег мало».[2]

  Юрий Ханон, «Тусклые беседы»

Источники[править]

  1. 1,0 1,1 1,2 1,3 Дэниел Хоуп «Когда можно аплодировать?» = Wann Darf Ich Klatschen? / В. Седельник. — М., Владимир: АСТ; Астрель; ВКТ, 2010. — С. 58. — 320 с. — ISBN 978-5-17-068478-6
  2. Юрий Ханон, «Тусклые беседы» (цикл статей, еженедельная страница музыкальной критики), газета «Сегодня», СПб, апрель-октябрь 1993 г.