Филип Киндред Дик

Материал из Викицитатника
Перейти к: навигация, поиск

Филип Киндред Дик (Philip Kindred Dick, 16.12.1928, Чикаго — 2.03.1982, Санта-Ана, Калифорния) — американский писатель-фантаст. Один из ярчайших представителей так называемой американской «Новой волны» научной фантастики. Не в малой степени известен ещё и экранизациями.

Цитаты[править]

Из произведений[править]

  • см. Категория:Произведения Филипа Дика
  • Я больной человек. И чем больше я разбираюсь в этой жизни, тем сильнее болезнь. Я болен хотя бы потому, что считаю больными всех, а здоровым признаю только себя. Незавидное у меня положение, правда? («Солнечная Лотерея»)
  • Для меня философия — нечто имеющее отношение к сверхчувствивтельной реальности и смыслу жизни. («Свихнувшееся время»)
  • Мне нравятся глюки; в них есть что-то притягательное. («Три стигмата Палмера Элдрича»)
  • Я жив, это вы умерли! («Убик»)
  • Предательство здесь ежедневная норма… Наше государство построено на предательстве, подумал Джейсон. («Лейтесь слёзы, сказал полицейский»)
  • На самом деле весь мир полон придурков. Этого достаточно, чтобы свести вас с ума. («Исповедь недоумка»)
  • Если впавший в детство пациент, проснувшись утром, зовёт свою мать, напомните ему, что она давно скончалась, что ему самому уже за восемьдесят и он живет в доме для престарелых, что год сейчас не 1913-й, а 1992-й, и что следует смотреть фактам в глаза и не… («Помутнение»)
  • Если бы я знала, что оно безобидное, я бы убила его сама. («Помутнение»)
  • Это было всего лишь обещание — того, что будет, чего-то хорошего, что придёт когда-нибудь. Когда-нибудь потом… после смерти. («Помутнение»)
  • Я понял, что величайшая боль приходит не с далёкой планеты, а из глубины сердца. («Помутнение»)
  • Тогда он ещё не знал, что стремление сойти с ума — порой вполне адекватная реакция на реальность. («Валис»)
  • Такое вот печальное открытие. 1) Те, кто согласен с тобой, безумны. 2) Те, кто не согласен с тобой, обладают властью. («Валис»)
  • Люди и мир — друг для друга яд. («Валис»)
  • Не мы помогаем другим людям, и не по своей воле; это делает вселенная. («Валис»)

О других людях[править]

  •  

Лем, вероятно, является целым комитетом, а не лицом (поскольку пишет разным стилем, и иногда демонстрирует знание иностранных языков, а иногда — нет), созданным Партией за Железным занавесом для захвата монопольной властной позиции для манипуляции общественным мнением посредством критических и педагогических публикаций, что является угрозой всей сфере нашей научной фантастики и свободному обмену мнениями и идеями в ней. <…> Сейчас, как мне кажется, кампания, направленная на утверждение Лема в качестве крупного писателя и критика, теряет почву. Она начинает встречать серьёзный отпор: сегодня считается, что творческие способности Лема были переоценены, а грубая, оскорбительная и глубоко невежественная критика им американской научной фантастики зашла слишком далеко и оттолкнула от него всех, кроме приверженцев Партии (и я — один из тех, кого она оттолкнула в наибольшей степени).[1]во многом Дик отзывается на эссе Лема «Science fiction: безнадёжный случай с исключениями»[2]

 

Lem is probably a composite committee rather than an individual, since he writes in several styles and sometimes reads foreign, to him, languages and sometimes does not — to gain monopoly positions of power from which they can control opinion through criticism and pedagogic essays is a threat to our whole field of science fiction and its free exchange of views and ideas. <…> I think, though, at this time, that their campaign to establish Lem himself as a major novelist and critic is losing ground; it has begun to encounter serious opposition: Lem's creative abilities now appear to have been overrated and Lem's crude, insulting and downright ignorant attacks on American science fiction and American science fiction writers went too far too fast and alienated everyone but the Party faithful (I am one of those highly alienated).[3][4]

  — письмо в ФБР, 2 сентября 1974

О Филипе Дике[править]

Станислав Лем[править]

  •  

Сфера интересов Дика — это распад, а его повести начинаются с исходной гармонии и заканчиваются состоянием полной деструкции. Но это разрушение не сопровождается громами и молниями и вызвано не войнами и стихийными бедствиями, хотя Дик их тоже описывает. Здания, города, цивилизации, планеты превращала в развалины целая армия фантастов. Дик идет дальше: он разрушает реальность. Его произведения можно назвать объективизированными проектами внутренних конфликтов, это доказывает тот факт, что среди героев Дика множество наркоманов, истериков, манекенов, управляемых на расстоянии человеческим разумом, фанатиков, однако среди них нет ни одного сумасшедшего. Это и понятно, так как он поменял правила игры на противоположные: его персонажи остаются внутренне нормальными вопреки окружающему их миру, ибо этот мир поражен безумием, он разлагается, распадается на отдельные куски, подобно мозгу шизофреника, но они, обитатели мира, летя в пропасть на последнем осколке реальности, сохраняют здравый рассудок. Дик разрушает миры своих героев, но они выходят из этой катастрофы целыми и невредимыми.
Спектакли, во время которых мир подвергается четвертованию и колесованию, а его остатки собирают намеренно неправильно, зрелище не из приятных. Поэтому легко можно понять, почему между Диком и его читателями существует непонимание: они считают его книги прежде всего выражением отчаяния, а он находит в них поводы для, правда, умеренного, стоического оптимизма. Он уничтожает мир и доказывает, что этого мало для уничтожения людей. Задействованные средства заимствованы из научной фантастики и фэнтези, но цель трансформации совершенно иная. Это литература экзистенциальных трагедий, обставленных рухлядью кича и старьем научной фантастики. Это стремление к трансфигурации, к чуду перемен (о которых столько раз говорится в произведениях Дика), которые, правда, почти никогда не совершаются в полной мере. То есть Дик терпит поражение, но это нетипичное для научной фантастики поражение.

  — «Фантастика и футурология», книга 1[5], 1970, 1972
  •  

Дик в НФ словно пришелец с совершенно другой стороны, который свои мысли, желания, дилеммы воплотил в том, чем располагал этот вид литературы, используя костюмерию китча так же, как мим использует тряпьё старьёвщика, разыгрывая драму экзистенциальной загадки.

  — «Фантастика и футурология», книга 1[5]
  •  

Я из-за <писем Дика в ФБР> совсем не переживал, потому что я знал, что он был немного сумасшедшим и что он писал под сильнейшим воздействием разных наркотических и других препаратов. <…> Я потом получил целую огромную коробку писем Дика обо мне, но я не собирался читать этого. <…> он писал разные выдумки. Мне казалось, что нельзя терять времени на это.

  — интервью «Надо привыкать к тому, что всё переменяется», 2004
  •  

... творчество Филипа Дика я безмерно ценю, несмотря на то, что он писал параноидальные письма в ФБР, в которых доказывал, что Лема в действительности не существует.

  интернет-конференция с поклонниками, январь 2006

См. также[править]

Примечания[править]

  1. М. Отставнов. Другой Лем // Компьютерра. — 2001. — № 15 (17 апреля).
  2. Станислав Лем: "Сложно удивляться тому, что мы страдаем от своего рода российского комплекса" (интернет-конференция) // РИА Новости, ИноСМИ.ru, 17-27 января 2006.
  3. Kucukalic L. Philip K. Dick: Canonical Writer of the Digital Age. — New York—London: Routledge; Taylor & Francis, 2009. — P. 43
  4. Оригинал в Тупичке Гоблина
  5. 5,0 5,1 Станислав Лем. Фантастика и футурология. Книга 1 (8. Филип К. Дик, или Фантоматика поневоле // Эпистемология фантастики // II. Мир литературного произведения). 2-е изд. / пер. С. Макарцева, В. Борисова, 2004.