Возвращение в Брайдсхед

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску

«Возвращение в Брайдсхед» (англ. Brideshead Revisited) — один из наиболее известных романов английского писателя Ивлина Во, написан в 1944 году.

Цитаты[править]

  •  

Я дошел до расположения третьей роты на вершине холма, остановился и посмотрел вниз, на наш лагерь, только теперь открывавшийся взгляду сквозь быстро поредевший утренний туман. — Пролог. Брайдсхед обретённый.

 

When I reached C Company lines, which were at the top of the hill, I paused and looked back at the camp, just coming into full view below me through the grey mist of early morning.

  — Чарльз Райдер

Книга первая[править]

  •  

«Я бывал здесь раньше», сказал я; и я действительно уже бывал здесь; первый раз — с Себастьяном, больше двадцати лет назад, в безоблачный июньский день, когда канавы пенились цветущей таволгой и медуницей, а воздух был густо напоен ароматами лета; то был один из редких у нас роскошных летних дней, и, хотя после этого я приезжал сюда ещё множество раз при самых различных обстоятельствах, о том, первом дне вспомнил я теперь, в мой последний приезд. — глава первая

 

"I have been here before," I said; I had been there before; first with Sebastian more than twenty years ago on a cloudless day in June, when the ditches were creamy with meadowsweet and the air heavy with all the scents of summer; it was a day of peculiar splendour, and though I had been there so often, in so many moods, it was to that first visit that my heart returned on this, my latest.

  — Чарльз Райдер
  •  

Но я в ту пору искал любви, и я пошел, охваченный любопытством и смутным, неосознанным предчувствием, что здесь наконец я найду ту низенькую дверь в стене, которую, как я знал, и до меня уже находили другие и которая вела в таинственный, очарованный сад, куда не выходят ничьи окна, хоть он и расположен в самом сердце этого серого города. — глава первая

 

But I was in search of love in those days, and I went full of curiousity and the faint, unrecognized apprehension that here, at last, I should find that low door in the wall, which others, I knew, had found before me, which opened on an enclosed and enchanted garden, which was somewhere, not overlooked by any window, in the heart of that grey city

  — Чарльз Райдер
  •  

Хорошо бы всюду, где был счастлив, зарывать в землю что-нибудь ценное, а потом, в старости, когда станешь безобразным и жалким, возвращаться, откапывать и вспоминать. — глава первая

 

'I should like to bury something precious in every place where I've been happy and then when I was old and ugly and miserable, — I could come back and dig it up and remember.'

  — Себастьян Флайт
  •  

Знать и любить другого человека — в этом и есть корень всякой мудрости. — глава вторая

 

To know and love one other human being is the root of all wisdom.

  — Чарльз Райдер
  •  

Разговор, как я его понимаю, подобен жонглированию. Взлетают шары, мячики, тарелки — вверх и вниз, туда и назад, колесом, кувырком, — обыкновенные, весомые вещи, которые искрятся в огнях рампы и падают с громким стуком, если их не подхватить. Но когда разговаривает наш дорогой Себастьян, кажется, будто это маленькие мыльные пузыри отрываются от старой глиняной трубки, летят куда попало, переливаясь радугой, и через секунду — пшик! — исчезают, и не остается ничего, ровным счетом ничего. — глава вторая

 

'...Conversation should be like juggling; up go the balls and the plates, up and over, in and out, good solid objects that glitter in the footlights and fall with a bang if you miss them. But when dear Sebastian speaks it is like a little sphere of soapsud drifting off the end of an old clay pipe, anywhere, full of rainbow light for a second and then - phut! vanished, with nothing left at all, nothing.'

  — Энтони Бланш
  •  

Как несправедливо редко в зрелые годы вспоминаем мы добродетельные часы нашей юности; её дни видятся на расстоянии непрерывной чередой легкомысленных солнечных беспутств. История молодой жизни не будет правдивой, если в ней не найдут отражения тоска по детским понятиям о добре и зле, угрызения совести и решимость исправиться, черные часы, которые, как зеро на рулетке, выпадают с грубо предсказуемой регулярностью. — глава третья

 

How ungenerously in later life we disclaim the virtuous moods of our youth, living in retrospect long, summer days of unreflecting dissipation. There is no candour in a story of early manhood which leaves out of account the home-sickness for nursery morality, the regrets and resolutions of amendment, the black hours which, like zero on the roulette table, turn up with roughly calculable regularity.

  — Чарльз Райдер
  •  

— Кто так молится: «Боже, сделай меня добродетельным, но не сегодня»? Не помните?
— Нет. Вы, наверное.
— Я-то конечно. Каждый вечер. <…>
— Вас, наверно, заставляют верить во всякую чепуху.
— А точно ли это все чепуха? Мне иногда она кажется до жути разумной.
— Но дорогой Себастьян, не можете же вы всерьёз верить во всё это?
— Во что?
— Ну, вот в Рождество, и звезду, и волхвов, и быка с ослом.
— Нет, отчего же, я верю. По-моему это красиво.
— Но нельзя же верить во что-то просто потому, что это красиво.
— Но я именно так и верю. — глава пятая

 

'Who was it used to pray, "O God, make me good, but not yet"?'
'I don't know. You, I should think.'
'Why, yes, I do, every day.' <…>
'I suppose they try and make you believe an awful lot of nonsense?'
'Is it nonsense? I wish it were. It sometimes sounds terribly sensible to me.'
'But my dear Sebastian, you can't seriously believe it all.'
'Can't I?'
'I mean about Christmas and the star and the three kings and the ox and the ass.'
'Oh yes, I believe that. It's a lovely idea.'
'But you can't believe things because they're a lovely idea.'
'But I do. That's how I believe.'

  — диалог между Чарльзом Райдером и Себастьяном Флайтом

Комментарий=|Оригинал=}}

  •  

Как это по-оксфордски, — сказал я, — начинать новый год с осени. — глава пятая

 

"It is typical of Oxford," I said, "to start the new year in autumn."

  — Чарльз Райдер

Книга вторая[править]

  •  

Почему быть несчастливым в Кении не так важно, как быть несчастливым где-то ещё? — глава первая

 

'Why does it matter less being unhappy in Kenya than anywhere else?'

  — Чарльз
  •  

Беда современного образования в том, что оно маскирует истинные размеры человеческого невежества. — глава вторая

 

The trouble with modern education is you never know how ignorant they are.

  — Эдвард Райдер

Книга третья[править]

  •  

Моя тема — память, этот крылатый призрак, взлетевший надо мною однажды пасмурным военным утром. — глава первая

 

My theme is memory, that winged host that soared about me one grey morning of war-time.

  — Чарльз Райдер
  •  

Ничто в сущности, не принадлежит нам, кроме прошлого. — глава первая

 

We possess nothing certainly except the past.

  — Чарльз Райдер
  •  

Может быть, всякая наша любовь — это лишь знак, лишь символ, лишь случайные слова, начертанные мимоходом на заборах и тротуарах вдоль длинного, утомительного пути, уже пройденного до нас многими; может быть, ты и я — лишь некие образы, и грусть, посещающая нас порою, рождается разочарованием, которое мы испытываем в своих поисках, тщась уловить в другом то, что мелькает тенью впереди и скрывается за поворотом, так и не подпустив к себе. — глава четвертая

 

"perhaps all our loves are merely hints and symbols; vagabond-language scrawled on gate-posts and paving-stones along the weary road that others have tramped before us; perhaps you and I are types and this sadness which sometimes falls between us springs from disappointment in our search, each straining through and beyond the other, snatching a glimpse now and then of the shadow whcih turns the corner always a pace or two ahead of us."

  — Чарльз Райдер
  •  

Невозможно быть святым, не страдая. — глава четвертая

 

'No one is ever holy without suffering.'

  — Корделия Флайт
  •  

Я жил осмотрительно, закрывался от холодного ветра, ел умеренно пищу по сезону, пил тонкие вина, спал в собственной постели, я проживу долго. — глава пятая

 

I have lived carefully, sheltered myself from the cold winds, eaten moderately of what was in season, drunk fine claret, slept in my own sheets; I shall live long

  — монолог умирающего лорда Марчмейна.
  •  

Боже, если Бог есть, прости ему его грехи, если такая вещь как грех существует. — конец пятой главы

 

O God, if there is a God, forgive him his sins, if there is such a thing as sin.

  — Чарльз Райдер

Перевод[править]

И. М. Бернштейн