Гильотина (Тэффи)

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску

«Гильотина» — рассказ-памфлет Тэффи 1918 года. Вошёл в авторский сборник «Вчера».

Цитаты[править]

  •  

Мемуары эти с чувством живейшей признательности посвящаю Троцкому.
Так как после гильотинирования я бы уже не смогла написать эти воспоминания, то приходится написать их сейчас.

  •  

— Да куда ты? Посиди.
— Не могу, тороплюсь. Забежала только попрощаться: мне на завтра назначено гильотинироваться.
— Милая! — обрадовались мы. — Как всё хорошо устроилось! Ведь нам всем тоже на завтра. <…>
Я ужасно была рада — вместе будет весело, а то стой там в хвосте часа три, пока до тебя дойдёт очередь.
Вчера, говорят, рубильщики забастовали на экономической почве и проморозили публику до пяти часов.
Делегация от рубильщиков обратилась к осуждённым с просьбой поддержать их требования. Ну, те отнеслись с чувством и обещали в крайнем случае объявить забастовку и до тех пор не казниться, пока правительство не пойдёт на уступки. И к пяти часам инцидент был ликвидирован.
Но эти хвосты прямо возмутительны! С одной стороны тянутся чуть не до Невского, а с другой — к Дворцовому мосту, с третьей — заворачивают далеко за Эрмитаж. Гильотина, несмотря на новейшую технику и электрический привод, работает медленно. Что толку, что оттяпывают сразу по пятьсот голов, надо же сначала уложить этих пятьсот человек. Толкотня, беспорядок. Ждать на морозе приходиться по два часа. В публике ропот и возмущение.
— Налоги дерут, а ничего толком устроить не могут. Туда же, подумаешь, — сильная власть. Дураку сила — самому на погибель.
Отчасти они правы. Неужели же нельзя придумать какую-нибудь карточную систему? Или поставить районные гильотины.

  •  

Другое дело во времена Французской революции. <…>
В народе гильотиной интересовались, она и пугала, и привлекала.
К изобретателю её относились как к существу загадочному и замечательному. <…>
Теперь не то. Теперь гильотина поставлена как фабричное дело. Работают на ней рабочие, и всё ясно и просто.
А все эти буржуазные претензии придать делу торжественность и красивость — смешны и глупы.
Ах, когда же мы наконец дорастём до правильного отношения к повседневным мелочам современной жизни.
Русский народ так быстро свыкся и сроднился с гильотиной, что даже странно думать, что её когда-то не было.
Относится к ней с добродушием, только ему одному свойственным, и называет «Галотина Ивановна».
Коль не станешь к именинам
Пироги мне стряпать
Я пойду на галотину
Голову оттяпать, —
поётся в народных частушках.

  •  

Наконец собрались. Выходим. Извозчика, конечно, ни одного. В трамвай не влезть. Пошли пешком по Садовой.
— Какая досада! — ворчала Вера Валерьяновна. — Сразу неудача. Это не предвещает ничего хорошего.
Она вообще суеверна.
Наконец около Сенной набрели на извозчика.
— Три красненьких?
— Да ты с ума сошёл! Мы ведь не веселиться едем, а по делу. Гильотинироваться.
— А по мне всё равно, — гнусит в ответ борода из-под нахлобученной шапки. — Всё едино, куда вас несёт. Другие б наоборот, прибавили, коли последний раз на извозчике едут. <…> Не очень нам выгодно вас, смертников, возить. Вон намедни вёз одного, тоже всё форсил: «Прибавлю да прибавлю», — подвёз его к гильотине, а он говорит: «Обожди минутку, я только деньги разменяю, а то у меня миллион в одной бумажке». Да и сиг в толпу. Ну, я ждал, ждал, слез с козёл, и пошёл его искать. Не видали ли, говорю, товарищи, чернявого, в бурой кепке? А они хохочут, говорят: «Уж не этот ли?» Смотрю — а он, подлец, уж казнился, и голова на снегу валяется!
Весёлый рассказ извозчика привёл нас в благодушное настроение.

  •  

Особой толкотни нет, вероятно, потому, что на домах и заборах расклеены воззвания Троцкого о том, что наблюдение за порядком поручается самим гильотинируюмщимся.

  •  

В одном из хвостов вышел скандал. Какой-то юркий молодой брюнет пролез не в очередь, и не успели соседи оглянуться, как он уже казнился.
Поднялся скандал. Стали кричать, что кто-то кому-то дал взятку, что евреи всегда умеют первыми пролезть.
Холодно, скучно.

  •  

Совершенно несознательные элементы. Следовало бы всем нам, смертникам, самоопределиться, составить союз и вообще взять гильотинное довольствие в свои руки.