Имяславие

Имяславие
Статья в Википедии
Медиафайлы на Викискладе

Имясла́вие — религиозное мистическое движение, в начале XX века получившее распространение среди русских монахов на святой горе Афон.

Главное богословское положение имяславия: «Имя Божие есть Его энергия и Сам Он».

Цитаты

	Имя Божие есть Бог; но Бог не есть имя. Существо Божие выше энергии Его, хотя эта энергия выражает существо Имени Бога. — «Об Имени Божием»
	— Павел Флоренский

	Бог — везде; и, конечно, Он находится и в Своём имени. — из воспоминаний митрополита Вениамина (Федченкова)
	— Феофан Полтавский

Может ли быть что-либо без имени? Имя выражает самую сущность предмета и неотделимо от него… Имя, выражая сущность предмета, не может быть отнятым от него… С отнятием имени предмет теряет своё значение. Это можно видеть… в простых вещах. Например, стакан… Назовите его другим именем, он уже не будет стаканом. Видите ли, как имя лежит в самой сущности предмета и сливается во едино с ним, и отделить его невозможно без того, чтобы не изменилось понятие о предмете? Отделите плоть от Сына Божия, Он уже не будет Богочеловеком, отделите имя Иисус от Него, и изменится наше понятие, какое мы соединяем с Ним, с сим Его именем. Если плоть Христова, бывшая до воскресения, как бы то ни было видимою, осязаемою, разделяет славу Божественного естества и приемлется едино с Богом, ради проникновения естества, то уже не остаётся никакого сомнения, что имя Его Иисус, как духовное невидимое, но познаваемое только умопредставлением, и по своей невещественности ближе к Бог у, должно в нашем понятии, как бы ещё более, чем плоть, почитаться за едино с Богом. — «На горах Кавказа», 1907

— Иларион (Домрачев)

Считаю ли я, что имя Божие есть четвёртое Божество? Отвечаю — отнюдь нет. Никогда это богохульное учение не только теперь, но и во всю мою жизнь не находило места в моём внутреннем мире, даже и на одно мгновение… Обожаю ли я звуки и буквы имени Божия и что я разумею под Именем Божиим? — Выражаясь „Имя Божие Сам Бог“, я разумел не звуки и буквы, а идею Божию, свойства и действа Божии, качества природы Божией… Это понятие для молитвенника весьма важно, именно: призывая имя Божие, чтобы он не думал, что призывает кого другого или бьёт словами напрасно по воздуху, но именно призывает Его Самого… А звуками мы только произносим, называем или призываем имя Божие… буквами же начертываем его, то есть изображаем, пишем; но это есть только внешняя сторона имени Божия, а внутренняя — свойства или действа, которые мы облекли в эту форму произношения или письма. Но и перед этой формой истинные последователи Христа Иисуса всегда благоговели и почитали её наравне со святым крестом и святыми иконами… [Имя Божие] само по себе всегда свято, славно и спасительно; до нас же производит действие, смотря по нашему отношению к нему. — из переписки

— Иларион (Домрачев)

Должен сказать и то, что я сильно обижен действиями в отношении меня духовной власти. Почему же она, когда она разбирала мою книгу и осудила её, не отнеслась ко мне ни единым словом или вопросом о всех тех местах в моей книге, кои были причиною возникшего недоумения?<…> Мнится нам, что эта ужасная „пря“ с Богом по преимуществу высших членов России Иерархов есть верное предзнаменование близости времён, в кои имеет прийти последний враг истины, всепагубный антихрист. — из переписки

— Иларион (Домрачев)

Ради чего создал Бог человека? — Ради того, чтобы осчастливить созданное существо приобщением ему Божества Своего. …чтобы соединить его с Собою союзом Божественной любви и сделать человека причастником Божественного Естества. …чтобы обожить его, обожение же человека заключается в том, что в человека вселяется Энергия Божества. Сущность Божества Божия неприобщима твари, но Деятельность — приобщима.

— Антоний (Булатович)

Иоанн Кронштадтский

Когда ты про себя в сердце говоришь или произносишь имя Божие, Господа, или Пресвятой Троицы, или Господа Саваофа, или Господа Иисуса Христа, то в этом имени ты имеешь всё существо Господа: в нём Его благость бесконечная, премудрость беспредельная, свет неприступный, всемогущество, неизменяемость. Со страхом Божиим, с верою и любовию прикасайся мыслями и сердцем к этому всезиждущему, всесодержащему, всеуправляющему Имени. Вот почему строго запрещает заповедь Божия употреблять имя Божие всуе, потому, то есть, что имя Его есть Он Сам — единый Бог в трёх Лицах, простое существо, в едином слове изображающееся и заключающееся, и в то же время не заключаемое, то есть не ограничиваемое им и ничем сущим. — «Моя жизнь во Христе». Т. 2. — СПб, 1893. — С. 129

— Иоанн Кронштадтский

Молящийся! Имя Господа, или Богоматери, или Ангела и святаго, да будет тебе вместо Самого Господа, Богоматери, Ангела или святаго; близость слова к твоему сердцу да будет залогом и показанием близости к твоему сердцу Самого Господа, Пречистой Девы, Ангела или святаго. Имя Господа есть Сам Господь — Дух везде сый и всё наполняющий; имя Богоматери есть Сама Богоматерь, имя Ангела — Ангел, святаго — святый. — «Моя жизнь во Христе». Т. 2. — СПб, 1893. — С. 237–238

— Иоанн Кронштадтский

	Слово потому надо ещё уважать крепко, что и во едином слове бывает вездесущий и всё наполняющий единый и нераздельный Господь. Потому и говорится: „не приемли имени Господа Бога твоего всуе“ (Исх. 20,7), что в одном имени — Сам Сый Господь, простое Существо, Единица приснопоклоняемая. — «Моя жизнь во Христе»
	— Иоанн Кронштадтский

Когда запрещаешь диаволу именем Господа нашего Иисуса Христа, то это самое имя, сладчайшее для нас и грозное и горькое для бесов, само творит силы, как меч обоюдоострый. Равно, если просишь чего у Отца небесного или совершаешь что-либо от имени Господа нашего Иисуса Христа, то Отец небесный, от имени Своего возлюбленного Сына, всё подаст тебе в Духе Святом, если ты творишь заповеди Его; а в таинствах, и вовсе не взирая на твоё недостоинство. Где употребляется с верою имя Божие, там оно созидает силы: самое имя Божие есть сила. — «Моя жизнь во Христе»

— Иоанн Кронштадтский

	Великие имена: Пресвятая Троица, — или: Отец, Сын и Святой Дух, — или: Отец, Слово и Святой Дух, призванные с живою, сердечною верою и благоговением или воображенные в душе — суть Сам Бог; и низводят в нашу душу Самого Бога в Трёх Лицах. — «Моя жизнь во Христе»
	— Иоанн Кронштадтский

	Слово Бога — всё равно, что Сам Бог. Потому несомненно веруй всякому слову Господа; слово Бога — дело… Потому и на молитве слова наши должны быть делом и истиною. — «Моя жизнь во Христе»
	— Иоанн Кронштадтский

	Бог во святых почивает и в самом имени их, в самом изображении их; только с верою надо употреблять их изображения, и они будут творить чудеса. — «Моя жизнь во Христе»
	— Иоанн Кронштадтский

Имя Божие есть Сам Бог. Потому говорится: «Не приемли Имени Господа Бога твоего всуе» (Исх. 20,7; ср.: Втор. 5,11). Или: «Защитит тя Имя Бога Иаковля» (Пс. 19,2), или «Изведи душу мою исповедатися имени Твоему» (Пс. 141,8). Как Господь есть препростое Существо, препростый Дух, то Он в одном слове, в одной мысли — весь всецело, и — в то же время везде — во всей твари. Потому призови только Имя Господне: ты призовёшь Господа, Спасителя верующих, и спасешься. «Всяк, иже призовет Имя Господне, спасется» (Деян. 2,21). «Призови Мя» — Имя Мое — «в день скорби твоея, и изму тя, и прославиши Мя» (Пс. 49,15). — «Моя жизнь во Христе»

— Иоанн Кронштадтский

Святые Отцы об именах

	Иное — предмет, по своей природе подлежащий названию, и иное — название, обозначающее предмет. Бытие — не одно и то же с наименованием. Бог… имеет одно имя, служащее к познанию Его собственного существа, именно, что Он один паче всякого имене.
	— Григорий Нисский

	Имена означают только сущности, а сами не есть сущности. Нет ни одного имени, которое, объяв всё естество Божие, достаточно было бы его выразить.
	— Василий Великий

	Не Бог ещё то, что мы представляем себе под понятием Бога, или что мы представляем себе под понятием Бога, или чем мы Его изобразили, или чем описало Его слово. —
	— Григорий Богослов

	Божество, будучи непостижимым, непременно будет и безымянно. Итак, не зная существа Его, да не станем отыскивать имени Его существа. —
	— Иоанн Дамаскин

	Бога нельзя назвать никаким собственным именем. Ибо имена существуют для обозначения и различения предметов при их множестве и многообразии, но никого прежде не было, кто дал бы Богу имя, и Он не имел нужды давать Самому Себе имя, будучи только один. —
	— Иустин Философ

	Имя же Божие называется святым, конечно, не потому, что в самих слогах имеет некую освящающую силу, но потому, что свято и чисто всякое свойство Божие (по которому Бог именуется). — Толкование псалма 32, 21
	— Василий Великий

Имя Божие Само по Себе, как свято, так славно и препрославлено есть, того ради от нас не требует прославления нашего: равно всегда славно, свято и страшно пребывает и лучи славы Своей издаёт в созданиях… Слава бо Имени Божия вечна, бесконечна и непременяема есть, как и Сам Бог, того ради ни умножитися, ни умалитися в Себе не может… Великое Имя Божие заключает в Себе Божественные Его свойства, никакой твари не сообщаемые, но Ему Единому собственные, как-то: единосущие, присносущие, всемогущество, благость, премудрость, вездесущие, всеведение, правду, святость, истину, духовное существо и пр. … Сии собственные свойства открывает нам Дух Святый в слове Своем. — Творения. М. 1889. Т. З. Кн. 2. стр. 64-65

— Тихон Задонский

Наречение имени на образе много значит для верующего. Это имя как бы вместо души служит ему. Призови от всей души имя святого, он услышит тебя и в образе явит чудодейственную силу свою. Имя Спасителя, с верою призываемое, делает чудеса, изгоняет бесов, погашает страсти, исцеляет болезни по благодати Господа, и святые, с верою призываемые по имени, делают также чудеса. И что удивительного? Все они — в Духе Божием; а Дух Божий Животворящий — везде и всё наполняет; и Духом Святым святые всё делают чудеса, потому что един Дух Божий есть Дух чудес. — «Моя жизнь во Христе»

— Иоанн Кронштадтский

В чем заключается сила молитвы Иисусовой? В Божественном имени Богочеловека, Господа и Бога нашего, Иисуса Христа. Имя Господа нашего Иисуса Христа — Божественно; сила и действие этого имени — Божественны; они — всемогущи и спасительны; они — превыше нашего понятия, недоступны для него. С верою, упованием, усердием, соединенными с великим благоговением и страхом, будем совершать великое дело Божие, преподанное Богом: будем упражняться в молитве именем Господа нашего Иисуса Христа. «Непрестанное призывание имени Божия, — говорит Великий Варсанофий, — есть врачевание, убивающее не только страсти, но и самое действие их. Как врач прилагает лекарственные средства или пластыри на рану страждущего, и они действуют, причем больной и не знает, как это делается, так точно и имя Божие, будучи призываемо, убивает все страсти, хотя мы и не знаем, как это совершается». — «Аскетические опыты. Том I», О молитве Иисусовой

— Игнатий (Брянчанинов)