Многие люди готовы подолгу работать в две, три или даже четыре смены. Ко мне это не относится. Ни Transmeta, ни Linux никогда не могли помешать мне хорошенько выспаться ночью. По правде сказать, я вообще большой фанат сна. Некоторые думают, что это просто лень, но я готов забросать их подушками.
— Линус Торвальдс
В этом и была моя жизнь: я ел, спал, иногда ходил в университет, программировал, читал прорву мейлов. Я был в курсе, что некоторые мои друзья чаще занимаются сексом, но это меня не трогало. Честно говоря, большинство моих друзей тоже не преуспевали в этой сфере.
— Линус Торвальдс
В жизни важны всего три вещи. Они движут и тобой, и любой живой тварью: первая — выживание, вторая — общественный уклад, третья — удовольствие. Все в жизни проходит через эти три этапа. Причём после удовольствия уже ничего нет. Отсюда вывод: смысл жизни — достичь третьего этапа. Достиг его — и дело в шляпе. Но сперва — пройди два предыдущих... Самый очевидный пример — секс. Исходно он служил выживанию, потом стал частью общественного уклада: отсюда брак. А потом он переходит в разряд развлечений.
— Линус Торвальдс
Семейным гнёздышком нам служила комната в квартире бабушки с дедушкой. Моей первой колыбелью стала корзинка для белья. К счастью, тот период мне плохо запомнился.
— Линус Торвальдс
Мне же помогал скоротать зиму особый вид спорта для закрытых помещений: программирование.
— Линус Торвальдс
Я чудом избежал семейной журналистской стези.
— Линус Торвальдс
Поскольку почти все мои родственники — журналисты, я считаю себя вправе шутить с репортёрами о том, что знаю, какие они козлы.
— Линус Торвальдс
Я понимаю, что выгляжу при этом законченным хамом, но в нашем доме в Финляндии постоянно толклась куча репортёров, которые ни перед чем не останавливались, чтобы заполучить историю, или выдумывали историю от начала до конца, или просто всегда были слегка навеселе. Точнее: весьма навеселе.
— Линус Торвальдс
Мама говорила своим друзьям-журналистам, что я настолько неприхотливый ребёнок, что мне для счастья достаточно чулана с компьютером, куда время от времени закидывают пачку макарон. Она была недалека от истины. Никто не боялся, что этого ребёнка похитят. (А интересно, кто-нибудь бы это заметил?)
— Линус Торвальдс
Кроме того, верьте — не верьте, я был в то время тощим.
— Линус Торвальдс
{{{Цитата}}}
— Линус Торвальдс
Для меня самым трудным в армии было ходить по лесам Лапландии с тоннами (как мне казалось) кабеля. Да что казалось — так оно и было!
— Линус Торвальдс
Конечно, такие марафоны проводились не часто, но они были. Я подсчитал, что за одиннадцать месяцев службы в армии провёл в лесу больше ста дней. Финляндия полна лесов: ими покрыто 70 процентов территории страны. У меня было ощущение, что я побывал возле каждого дерева... Кроме того, теперь мне до конца жизни есть о чём поговорить с любым финном. Некоторые даже считают, что это главная причина всеобщей воинской обязанности в стране: надо дать финнам неисчерпаемую тему для разговоров за пивом. Общее несчастье их объединяет. Служат они с отвращением, но потом с удовольствием об этом вспоминают.
— Линус Торвальдс
...я хочу рассказать ещё немного о Финляндии. У нас, наверное, больше северных оленей, чем в любом другом месте на Земле. Существенная доля алкоголиков и поклонников танго тоже наша. Каждый, кто провёл в Финляндии зиму, поймёт истоки повсеместного пьянства. Для любителей танго оправдания нет, но они, к счастью, сосредоточены в основном в маленьких городках, куда можно и не соваться.
— Линус Торвальдс
В этой стране саун больше, чем автомобилей. Никто не знает, как зародился этот культ, но по традиции во многих местах сауну строят прежде, чем дом. В многоквартирных домах сауна часто располагается на первом или последнем этаже, и каждой семье выделяется своё персональное время — например, в четверг с 7 до 8 вечера (четверг и пятница часто бывают банными днями). Так можно избежать риска встретить своих соседей в голом виде.
— Линус Торвальдс
Молчаливое страдание и непреклонная твердость — вот что помогло нам выжить, несмотря на российское господство, череду кровавых войн и поганую погоду.
— Линус Торвальдс
Поскольку мои-то программы — ясное дело — всегда идеальны, я понял, что тут дело в другом. Пришлось пойти дальше и дизассемблировать операционную систему.
— Линус Торвальдс
Уродство, когда для любого действия у системы есть специальный интерфейс. В Unix — всё наоборот. Она предоставляет строительные блоки, из которых можно создать что угодно. Вот что такое стройная архитектура. То же самое с языками. В английском 26 букв, и с их помощью можно написать всё. А в китайском для каждой мыслимой вещи — своя буква. В китайском вы сразу же получаете в своё распоряжение сложные вещи, которые можно комбинировать ограниченным образом. Это больше напоминает подход VMS: есть множество сложных вещей с интересным смыслом, которые можно использовать только одним способом. И в Windows то же самое.
— Линус Торвальдс
Свободная любовь (с этим я пролетел — да и что бы я с ней делал?).
— Линус Торвальдс
Ему [Торвальдсу] было лет шесть-семь, когда он очень серьёзно сказал мне: «Знаешь, я никогда не думаю новые мысли. Я думаю те мысли, которые люди уже думали до меня. Я их просто переставляю. А Сара думает такие мысли, которых раньше не было».
— Линус Торвальдс
Без этих вечеринок я был бы в ту весну полным отшельником, а так — был почти отшельником.
— Линус Торвальдс
Исходно я хотел написать такую операционку, которую мог бы использовать вместо Minix. Мне не нужно было, чтобы она могла делать больше, чем Minix, но она должна была выполнять те функции Minix, которыми я пользовался, а также кое-что ещё. Например, в Minix не только была плохая эмуляция терминала, но и не было возможности перевести в фоновый режим программу, которой временно не пользуешься. И управление памятью было очень упрощённым — в Mac OS оно и сейчас такое, кстати.
— Линус Торвальдс
Я тогда подумал, а что — хорошее название, и всегда можно будет на кого-нибудь свалить. Что я и делаю.
— Линус Торвальдс
Линус говорит, что его социальная жизнь в то время была «ничтожной». Потом, понимая, что это звучит чересчур жалобно, поправляется: «Ну, скажем, почти ничтожной».
— Линус Торвальдс
Я женился на первой же женщине, которая обратилась ко мне по мейлу.
— Линус Торвальдс
Она выросла в нормальной семье, хотя так я называю любую семью, которая не похожа на нашу чокнутую семейку.
— Линус Торвальдс
Зависть к успеху считается характерной чертой финнов.
— Линус Торвальдс
Расклад тут такой: с одной стороны, огромная коварная корпорация Microsoft и злобный, жадный, отвратно богатый Билл Гейтс, а с другой — любовь и бесплатный софт для всех плюс скромный (с виду) народный герой Линус Б. Торвальдс. Эти ребята заканчивают учёбу и приходят на работу в корпорации, принося с собой любовь к Linux. Поэтому те, кто проникал в недра Microsoft, рассказывают, что видели моё лицо на мишенях для игры в дартс. У меня вопрос: разве можно не попасть в мой нос?
— Линус Торвальдс
Журналистам нравилось, что в отличие от Билла Гейтса, живущего в нашпигованном электроникой дворце на берегу озера, я спотыкался об игрушки своих дочерей в нашем новом жилище — доме на две семьи в заурядной Санта-Кларе, где нам принадлежало три комнаты с плохим водопроводом. И что я ездил на заурядном «Понтиаке». И сам подходил к телефону. Разве меня можно было не полюбить?
— Линус Торвальдс
Кто-то пустил в обиход клише «великодушный диктатор», чтобы описать мой стиль работы. Когда я услышал его впервые, то представил себе черноусого генерала какой-то солнечной страны, протягивающего бананы своему умирающему от голода народу.
— Линус Торвальдс
Однако звонили не только журналисты и организаторы конференций. Однажды вечером мы с Туве сидели дома и читали девочкам книжки. Зазвонил телефон. Я поднял трубку: «Торвальдс». «А-а. Тот самый, автор Linux?» «Да». Секундная пауза, и трубку повесили.
— Линус Торвальдс
Здесь я хочу рассказать о своих золотых правилах. Первое: обращайся с другими так, как ты хочешь, чтобы они обращались с тобой. Следуя этому правилу, в любой ситуации будешь знать, что делать. Второе: гордись тем, что делаешь. Третье: делай всё с удовольствием.
— Линус Торвальдс
Каждый прочитавший эту колонку подумает, что растущие тяготы моей роли главного хакера превратили меня в сволочь. Но это неверно. Я всегда был сволочью.
— Линус Торвальдс
Люди мне доверяют, но только потому, что до сих пор я заслуживал доверия.
— Линус Торвальдс
И вообще, мне нравятся люди с твёрдыми моральными принципами, как Ричард Столлман. Но почему они не могут держать эти принципы при себе?
— Линус Торвальдс
Это общественная мораль суёт свою морду туда, где ей совершенно нечего делать.
— Линус Торвальдс
Бурный протест вызывает у меня ещё только одна вещь: любители нравоучений. Никто не должен считать себя вправо выступать с проповедями.
— Линус Торвальдс
Любой здравомыслящий человек был бы совершенно потрясён и подавлен при виде отвесной скалы, которую предстояло штурмовать. Чего стоит одна задача поддержки PC во всём их редкостном разнообразии!
— Линус Торвальдс
Одним словом, патентное бюро часто оказывается совершенно импотентным.
— Линус Торвальдс
В наше время даже коммерческие тайны — по необъяснимым причинам — имеют юридическую защиту. Каждый здравомыслящий человек понимает, что если секрет раскрыли, то это больше не секрет. И только в странных и запутанных лабиринтах закона об интеллектуальной собственности секреты могут продолжать считаться секретами, даже если все знают, в чём они заключаются.
— Линус Торвальдс
Причём интеллектуальная собственность подвергается атакам с совершенно неожиданных сторон. Кто мог вообразить, что бабушки Среднего Запада будут по Интернету обмениваться пиратскими копиями инструкций для вязания?
— Линус Торвальдс
Меня иногда спрашивают, как я справляюсь с бременем славы? Честно говоря, нет тут никакого «бремени».
— Линус Торвальдс
Быть известным очень здорово, хотя некоторые известные люди из вежливости это отрицают, чтобы неизвестные люди чувствовали своё превосходство. Принято стесняться славы и делать вид, что она тебе портит жизнь.
— Линус Торвальдс
Если кто-то жалуется вам на славу и богатство — не слушайте его. Так просто принято говорить.
— Линус Торвальдс
Люди потеряют ко мне всякое уважение, если узнают, что я часами мучился, выбирая цвет своего нового автомобиля — гораздо менее практичного «BMW Z3». Помните — «всё ради удовольствия»! Этот автомобиль не годится ни на что, кроме удовольствия. Именно за это я его и люблю.
— Линус Торвальдс
Во многих отношениях стал лучше, но при этом утратил часть своей естественности. — о себе
— Линус Торвальдс
Моя теория [выживание — общественный уклад — удовольствие] возникла не во время изучения звездного неба в ясную ночь и гадания о смысле бытия. Она родилась при подготовке к выступлению. Когда какая-нибудь вещь приносит вам известность, люди почему-то начинают ждать от вас небывалых откровений о совершенно посторонних вопросах, которые волновали человечество миллионы лет. И хотят, чтобы вы поделились этими откровениями с толпой абсолютно незнакомых вам людей.
— Линус Торвальдс
На самом деле речь идёт не столько о смысле, сколько о законе жизни, который отныне следует называть Законом Линуса.
— Линус Торвальдс
А я, как специалист по технологиям, знал, что технологии сами никуда не ведут. Это общество изменяет технологии, а вовсе не наоборот. Технология просто очерчивает границы того, что и насколько дёшево мы можем сделать.
— Линус Торвальдс
Удовольствие не обязательно должно быть примитивным. Это может быть игра в шахматы или интеллектуальное развлечение — выяснение того, как устроен мир. Это может быть любознательность исследователя нового мира. То, что заставляет человека залезать в тесную, набитую взрывчаткой ракету, просто чтобы взглянуть на Землю из космоса, можно назвать серьёзным стимулом.
— Линус Торвальдс
Ну и что всё это значит? Да, может, ничего особенного. В конце концов, моя теория смысла жизни не даёт никаких рекомендаций, что нужно делать. Она от силы утверждает: «Хотите — верьте, хотите — нет, но цель всего — удовольствие».
— Линус Торвальдс
До некоторой степени она объясняет, почему люди с радостью готовы участвовать в проектах вроде Linux по Интернету. Мне и многим другим Linux подарила сразу два стимула. Оставив выживание за скобками, Linux позволяет людям соединить удовольствие от интеллектуальных усилий и социальные отношения в единой команде её создателей. Мы не так уж часто встречались лицом к лицу, но мейлы несут не одну лишь сухую информацию. С помощью почты вполне могут завязываться дружеские и иные социальные связи.
— Линус Торвальдс
И если нам когда-нибудь встретятся во Вселенной другие разумные существа, то их первые слова вряд ли будут: «Отведите меня к вашему главному». Скорее они скажут: «Сыграем, парень?» Хотя я могу и ошибаться.
Я пишу (бесплатную) операционную систему (это просто хобби, она не будет такой же большой и профессиональной, как GNU) для 386(486) AT и их клонов. — письмо в группу comp.os.minix, 25 августа 1991 (так было положено начало Linux)
— Линус Торвальдс
Дейкстра наверное ненавидит меня. — комментарий в коде Linux версии 1.1.42 kernel/sched.c[1]
— Линус Торвальдс
Вы скорбите по тем временам, когда мужчины были настоящими мужчинами и сами писали драйверы устройств? — из анонса одной из первых версий Linux («Just for Fun: The Story of an Accidental Revolutionary», авторы Torvalds, Linus and David Diamond)
— Линус Торвальдс
Только зануды делают резервные копии: настоящие мужчины просто закачивают всё важное на ftp, позволяя остальным отзеркалировать это. — письмо в группу linux.dev.kernel
— Линус Торвальдс
Философия Linux — «смейся в лицо опасностям». Упс. Не то. «Делай это сам». Да, именно так. — письмо в группу linux.dev.kernel
— Линус Торвальдс
Знаешь, нужно быть не просто хорошим программистом, чтобы написать систему, подобную Linux. Нужно быть ещё и хитрой сволочью. — письмо в группу comp.os.linux.development.system
— Линус Торвальдс
Переносимость нужна людям, не умеющим писать новые программы. — письмо в группу comp.os.minix, 29 января 1992
— Линус Торвальдс
Скажи НЕТ НАРКОТИКАМ, и, может быть, ты не закончишь так же, как разработчики Hurd. — письмо в группу mlist.linux.kernel
«Регрессионное тестирование»? Что это? Если система компилируется, то это хорошо, если загружается, то это просто здорово! — [3]
— Линус Торвальдс
Я всегда прав. А на этот раз я прав как никогда. — [4]
— Линус Торвальдс
Похоже, GNOME разрабатывается интерфейс-фашистами, для которых постоянным оправданием не-делания чего бы то ни было является не «это слишком сложно сделать», а «это может привести пользователя в замешательство». — [5]
— Линус Торвальдс
Лично я поддерживаю людей в желании перейти на KDE. Ваша позиция «пользователи — идиоты, которых смущает лишняя функциональность» — это болезнь GNOME. Если вы считаете пользователей идиотами, то только идиоты будут использовать его. Я не использую GNOME, поскольку он, стремясь быть простым, уже давно достиг точки, где он просто не в состоянии делать то, что мне от него нужно. — [6]
— Линус Торвальдс
Речь о «юзабельности» можно вести только в случае, если ты вообще что-то можешь делать. Но если у тебя нет как таковой возможности, разговор о юзабельности беспредметен: вещь по определению «неюзабельна», если её нельзя использовать для определённой задачи. — [7]
— Линус Торвальдс
Такой вещи, как «большинство пользователей», нет вообще. — там же[8]
— Линус Торвальдс
И технический термин для обозначения того, кто берётся разрабатывать дизайн пользовательского интерфейса, не понимая вышеозначенного факта, — «Е... ИДИОТ». — там же[9]
— Линус Торвальдс
Я заявляю, что разработчики Mach (и, несомненно, FreeBSD) — некомпетентные идиоты. — [10]
— Линус Торвальдс
Я действительно не хочу уничтожать Microsoft — это будет побочный эффект. — «The Way We Live Now: Questions for Linus Torvalds», New York Times, 28 сентября 2003
— Линус Торвальдс
Никто не должен браться за большой проект. Начинайте с маленького тривиального проекта, и никогда не ждите, что он станет большим. Если вы будете этого ждать, вы переусложните проект и будете считать его более значимым, чем он есть на этом уровне. Или, хуже, вас может отпугнуть объем работы, которую вы себе вообразили. Поэтому начинайте с малого и думайте о деталях. Не думайте о картине в целом и крутой конструкции. Если проект не решает текущую потребность, он почти наверняка переусложнён. И не ждите, что придут другие люди и помогут вам. Так не бывает. Вы должны сначала сделать что-то наполовину пригодное, и тогда другие скажут «эй, это мне почти подходит» и подключатся к проекту. — Linux Times, 25 октября 2004[11]
— Линус Торвальдс
Я очень признателен разработчикам gcc, которые создали высококачественный компилятор, которым любой может воспользоваться. Но это вовсе не значит, что они теперь имеют право выбирать своё собственное имя для системы. Ведь акушерка же не выбирает имя вашему ребенку? — ABCNews Chat with Linus, 5 мая 2005[12]
Программное обеспечение словно секс: лучше, когда это бесплатно! — конференция FSF, 1996
— Линус Торвальдс
Мы все знаем, что Linux — это круто… он выполняет бесконечные циклы за 5 секунд. — Amsterdam Linux Symposium
— Линус Торвальдс
Меня зовут Линус и я ваш бог. — Linux Expo in Durham, Северная Каролина, 1998
— Линус Торвальдс
Управлением памятью в PowerPC можно пугать маленьких детей.
— Линус Торвальдс
Сегодня практически все популярные программы работают в среде Linux, и администраторы Linux-систем всё реже сталкиваются с необходимостью прибегать к компромиссам. После того как лидеры компьютерной индустрии, в частности IBM, Oracle и Silicon Graphics, начали осваивать мир Linux, эта операционная система стала стремительно превращаться в универсальный стандарт, на который равняются остальные версии UNIX. — апрель 2002
_(cropped).jpeg)
Статья в Википедии
Медиафайлы на Викискладе