Изморозь (Асеев)

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску

«Изморозь» — стихотворный сборник Николая Асеева, опубликованный в 1927 году.

Цитаты[править]

Ворочая 
  тяжёлыми белками 
кровавых глаз, 
свирепствуя, 
  ревя 
  не умолкая, 
идёт рассказ. 
Он землю рвёт, 
  он бьёт песок, 
  которым 
затушит жар, 
бросаясь 
  за вертлявым пикадором 
на блеск ножа. 
Все ждут, всё ждут: 
  когда ж начнёт он падать, 
скользя в грязи, 
и первая 
  Испании эспада 
его сразит. 
Она блеснёт 
  язвительным укусом 
сквозь трепет лет, 
и ноги, 
  ослабев, 
  уволокутся 
в тугой петле! 
— «Бык», <1924>

Ты, холод, 
  сильней семилетьем 
  шурши нам: 
поднявшиеся на локтях, 
сегодня 
  мы снова 
  увидим вершину, 
названье которой — 
  Октябрь
— «Поэма», 1924

На жизнь болоночью 
  плюнувши, 
завёрнутую в кружева, 
ещё 
  Маяковский 
  юношей, 
шумел, 
  басил, 
  бушевал. 
Ещё не умерший 
  Хлебников
как тополи, 
  лепетал; 
теперь 
  над глиняным склепом его 
лишь ветер 
  да лебеда. 
— «В те дни, как были мы молоды…», 1925

В нагайки зажатый, 
  в пули обшарканный,  
славься, пятый 
  тревожный год!  
Дыши баррикад 
  воззваньями жаркими 
взятых впервые 
  с бою свобод. 
— «Пятый», 1925

Дурацкое званье поэта 
я не уступлю 
  никому — 
ни грохоту 
  Нового Света, 
ни славе 
  грядущих коммун. <…> 
А я 
  наструню 
  свою рифму, 
поставлю на вызов — 
  весну, 
и в ухо далёкое 
  крикну, 
и по сердцу 
  полосану. 
И в свежие годы 
  вольются, 
и бодрых поднимут 
  ребят — 
родных сыновей 
  революций, — 
что всех Травиат 
  истребят. 
И это уж будут — 
  не стансы, 
здесь места не станет 
  игре: 
с широковещательных 
  станций 
ударит 
  громовый декрет!.. 
— «Дурацкое званье поэта...», 1926

Нет для товара 
  более вредных, 
более 
  отягчающих рук, 
чем коротышки, 
  какими посредник 
переплавляет 
  на рынок продукт. 
В литературе 
  им полный почёт, 
их не проймет ни насмешка, 
  ни жалоба, 
ихним стараньем 
  на рынок течёт 
уйма товара 
  позалежалого. 
Если ж продукт 
  не совсем заплеснел, 
если не вовсе 
  он узок и куц, — 
цедит посредник: 
  «Такие песни 
не потребляет 
  рабочий вкус». 
Откуда знает 
  чернильная тля, 
вымазавшая 
  о поэзию лапки, 
что пролетарию 
  потреблять, 
а что навсегда 
  оставлять на прилавке?! <…> 
Положи мне 
  на сердце ладонь, 
чтобы пело оно, 
  а не ныло, 
чтобы билось 
  на сотни ладов  
и ни разу 
  не изменило! 
— «Через головы критиков», 1926

  •  

Давайте перемолвим
безмолвье синих молний,
давайте снова новое
любить начнём.
Чтоб жизнь опять сначала,
как море, закачала.

  — «Эстафета», 1927

  •  

Оглянись на страну большую —
полоснет пестротой по глазу.
Люди в ней не живут — бушуют,
только шума не слышно сразу, —
от её голубого вала
и меня кипеть подмывало.

  — «Русская сказка», 1927