Алекса́ндр Я́ковлевич Розенба́ум (род. 13 сентября 1951) — советский и российский автор-исполнитель, певец, композитор, поэт, актёр, писатель, заслуженный артист РФ, народный артист РФ.
Возраст — это состояние души, конфликтующее с телом иногда. — «Возраст»[1]
— Александр Розенбаум
Гей-парады — это разврат, всё от пресыщенности и безделья. — [2]
— Александр Розенбаум
Для того чтобы добиться чего-то в жизни, прежде всего нужен труд. — [3]
— Александр Розенбаум
Каждому обществу чего-то не хватает — и мусульманскому, и российскому, и еврейскому. Любое общество может найти свои недочёты и недостатки. Что касается национальной идеи, то не мне об этом рассуждать, я очень не люблю таких высоких вопросов о национальных идеях. Национальная идея России для меня — это прежде всего перестать быть коррумпированной страной. Салтыков-Щедрин говорил: «Что будут делать люди у нас в будущем? Пить и воровать». Это было сказано 100 лет тому назад. Сегодня национальная идея для России — это перестать пить и воровать, а точнее — воровать и пить. Вот для меня это национальная идея — когда позвоночное право перестанет работать в этой стране, когда в этой стране заработают законы, когда законы начнут уважать, при этом исполняя этот закон сами, тогда появятся какие-то перспективы. — интервью журналу «Мужская работа», № 3 (апрель-май 2003)[4]
— Александр Розенбаум
Не считаю свободой, когда люди не могут высказывать своё мнение в угоду меньшинству, которое оккупировало своей идеологией Украину. Оккупанты на самом деле — это Западная Украина, прокачанная деньгами коллективного Запада. — [5]
— Александр Розенбаум
Тот, кто беды не знал, тот счастья ни капельки не нашёл. … Боли кто не узнал, тот радости искренней не нашёл. — «Мотл, Мотэле, Матвей»[6]
Многие песни Розенбаума уже могут называться народными, как песни Окуджавы и Высоцкого. У них своё, неожиданное видение мира, свои слова, свои интонации, но вот, читая его стихи, я узнаю, что его осень — это, оказывается, и моя осень, его Питер — это мой Питер, его Одесса — это и моя Одесса, его двор — это и мой двор, его шантрапа — это и моя шантрапа, его «чёрный тюльпан» — это и мой «чёрный тюльпан». Это всё наше, общее. Это наше время. Это всё мы. — там же[4]
Талантливый исполнитель, поэт и композитор, Вы внесли большой, плодотворный вклад в развитие лучших традиций отечественного эстрадного искусства. Ваши авторские песни любят за искренность и глубину, за особую, доверительную интонацию. — [9]
От него исходит ощущение надёжности. Мне знаком такой, правда, редкий, сорт людей, в присутствии которых слабый может чувствовать себя спокойно и уверенно. Взглянешь на такого — и тебе сразу ясно: это прочный человек, он не предаёт друга, не обидит ребёнка, не ударит собаку, не станет защищать ложь. — там же[4]