Гюстав Флобер

Гюстав Флобер
Гюстав Флобер
Статья в Википедии
Произведения в Викитеке
Медиафайлы на Викискладе

Гюста́в Флобе́р (фр. Gustave Flaubert; 12 декабря 1821 — 8 мая 1880) — французский романист, один из первых писателей-модернистов, «отец» реализма.

Цитаты

Подтверждённые источниками

	Человек — ничто, произведение — всё. — L'homme n'est rien, l'oeuvre tout!
	— письмо к Жорж Санд, декабрь 1875

Без источников

Весь прогресс, на который можно надеяться, — это сделать людей несколько менее злыми.

Весь талант писателя, в конце концов, состоит лишь в выборе слов.

Всё, что прекрасно, — нравственно.

Драматическое искусство — это геометрия, переходящая в музыку.

Если женщина любит хама, то он непременно непризнанный гений, избранная душа и т. п., так что из-за этой своей природной склонности к косоглазию они не видят ни истинного, когда его встречают, ни прекрасного там, где оно есть. Общая их болезнь — требовать от яблони апельсинов.

Есть два врага у того, кто хорошо пишет: во-первых, публика, потому что стиль заставляет её думать, побуждает к работе мысли, а во-вторых — правительство, ибо оно чувствует, что мы — сила, а власть не терпит рядом с собой никакой другой власти.

Есть две разновидности тщеславия: тщеславие общественное и тщеславие частное, зовущееся спокойной совестью, человеческим достоинством, самоуважением, — настолько справедлива истина, что в каждом из нас живут два человека, тот, кто действует, и тот, кто судит.

Есть фразы, остающиеся в голове, неотступно преследующие, подобно мелодиям, которые всё время звучат в ушах и настолько сладостны, что причиняют боль.

Женщины вдохновляют мужчин на великие подвиги, но не оставляют времени для их исполнения.

Женщины слишком не доверяют мужчинам вообще и слишком доверяют им в частности.

Книга — организм сложный. И любая ампутация, любое изменение, сделанное чужими руками, калечит её. Она может стать лучше, не важно, это будет уже не та книга!

Когда план слишком долго и тщательно выстраивают, он в результате исчезает.

Когда уважаешь свой талант, не станешь прибегать к средствам, которыми завоёвывают толпу.

Кто хочет греть свои ноги у солнца, упадёт на землю.

Люди со вкусом — престранная каста: у них есть свои собственные маленькие святые, которых никто не знает.

Нет такого осла, который, созерцая себя в реке, не смотрел бы на себя с удовольствием и не находил бы у себя черт коня.

Нет такой глупости, которой бы не рукоплескали, и такого глупца, что не прослыл бы великим человеком, или великого человека, которого не обзывали бы кретином.

Ничто не внушает мне такого презрения к успеху, как мысль о том, какой ценой он достигается.

Нужно всегда надеяться, когда отчаиваешься, и сомневаться, когда надеешься.

Почести обесчещивают, высокое звание унижает, должность оглупляет.

Публика бюсты чтит, но не очень-то им поклоняется. Ими восхищаются для приличия.

Путешествие должно быть серьёзным трудом, иначе оно, если только не пьянствовать целыми днями, становится одним из самых горьких и в то же время самых глупых занятий.

Смеяться над жизнью полезно, а порой и прекрасно — только бы жить.

Статистика — самая точная из всех неточных наук.

Страсть к познанию — вот источник высоких радостей, уготованных для благородных душ.

Талант признают только тогда, когда он шагает по трупам, и нужны тысячи снарядов, чтобы пробить себе брешь в Фортуне.

Художник должен всё поднимать на поверхность, он подобен насосу, в нём есть большущая трубка, спускающаяся в самые недра предметов, в глубинные слои. Он втягивает в себя и выпускает на солнечный свет гигантскими снопами то, что было придавлено землёю и никому не видно.

Человек отрицает природу, сокрушает её, подавляет даже в своём теле, которого он стыдится и прячет словно преступление.

Чтобы сохранить совесть чистой, надо поднять её выше совести всех прочих людей.

Язык похож на надтреснутый котёл, по которому мы выстукиваем мелодии, звучащие так, как будто они предназначены для танцев медведя, между тем как мы бы хотели тронуть ими звёзды.

О Флобере

Бетховен французской прозы.