Перейти к содержанию

Роберт Иванович Рождественский

Материал из Викицитатника
Роберт Иванович Рождественский
Статья в Википедии
Медиафайлы на Викискладе

Ро́берт Ива́нович Рожде́ственский (имя при рождении — Ро́берт Станисла́вович Петке́вич; 20 июня 1932, село Косиха, Западно-Сибирский край, ныне — Алтайский край — 19 августа 1994, Москва) — советский поэт и переводчик, автор текстов песен.

Цитаты

[править]
  •  

Не бейте брошенных собак…
И вечный голод, вечный страх стоит в глазах собак упрёком,
Заледенел, замёрз в глазах, замерз в глазах…
Так одиноко…

  •  

Я научусь думать, много и без истерик,
Гордость запру в трюмы - и научусь ВЕРИТЬ!

  •  

Человеку мало надо. Лишь бы кто-то дома - ждал.

  •  

Я шагал по земле, было зябко в душе и окрест.
Я тащил на усталой спине свой единственный крест.

Было холодно так, что во рту замерзали слова.
И тогда я решил этот крест расколоть на дрова.

И разжёг я костёр на снегу. И стоял. И смотрел,
Как мой крест одинокий удивлённо и тихо горел…

А потом зашагал я опять среди чёрных полей.
Нет креста за спиной… Без него мне ещё тяжелей.

  •  

…Чтобы стало нам горячо, а потом еще горячей…
И уткнуться в твоё плечо, и проснуться на этом плече…

  •  

Позвони мне, позвони, позвони мне, ради Бога,
Через время протяни голос тихий и глубокий.
Звёзды тают над Москвой. Может, я забыл всю гордость,
Как хочу я слышать голос, как хочу я слышать голос,
Долгожданный голос твой...

  •  

Красивая женщина — это профессия. И, если она до сих пор не устроена, —
Её осуждают. И каждая версия имеет своих безусловных сторонников.

…Идёт она молча по улице трепетной, сидит, как на троне, с друзьями заклятыми.
Приходится быть ежедневно расстрелянной - намёками, слухами, сплетнями, взглядами…

  •  

…А степная трава пахнет горечью, молодые ветра зелены.
Просыпаемся мы — и грохочет над полночью то ли гроза, то ли эхо прошедшей войны.

  •  

Здесь похоронены сны и молитвы. Слезы и доблесть. «Прощай»! и «Ура!».
Штабс-капитаны и гардемарины. Хваты-полковники и юнкера…

  •  

Я прошу, хоть ненадолго, боль моя, ты покинь меня.
Облаком, сизым облаком, ты полети к родному дому,

Отсюда к родному дому.
     
Берег мой, покажись вдали - краешком, тонкой линией.
Берег мой, берег ласковый, ах, до тебя, родной, доплыть бы,

Доплыть бы хотя б когда-нибудь.

Где-то далеко, где-то далеко идут грибные дожди.
Прямо у реки, в маленьком саду созрели вишни, склонясь до земли.

Где-то далеко, в памяти моей, сейчас, как в детстве, тепло,
Хоть память укрыта такими большими снегами.

Ты, гроза, напои меня, до пьяна, да не до смерти.
Вот опять, как в последний раз, я всё гляжу куда-то в небо,

Как будто ищу ответа...

  •  

Вёл доро́гой тебя неуклонной
Сквозь опасности, бури и мрак
Вдохновлённый мечтою учёный,
Зоркий штурман, поэт и чудак.

  — «Над книгой»
  •  

Встречайте трепетную весну,
люди Земли.
Убейте войну, прокляните войну,
люди Земли!
Мечту пронесите через года
и жизнью наполните!…
Но о тех, кто уже не придёт никогда,-
заклинаю,-
помните!

  — «Реквием», 1962 г.
  •  

Покроется небо пылинками звёзд, и выгнутся ветки упруго.
Тебя я услышу за тысячу вёрст.
Мы — эхо, мы — эхо, мы — долгое эхо друг друга.

  — 1970 г.
  •  

Мы — дети Галактики,
Но самое главное —
Мы дети твои, дорогая Земля![1]

  — «Мы — дети Галактики», 1978 г.

Примечания

[править]