Елена Юрьевна Михайлик

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску

Елена Юрьевна Михайлик (род. 22 апреля 1970) — русская и австралийская поэтесса, филолог, переводчица, одна из ведущих исследователей прозы Варлама Шаламова. Дочь поэта Юрия Михайлика. С 1993 года живёт в Сиднее.

Статьи[править]

  •  

Как жанр и образный ряд поэмы Багрицкого <«Смерть пионерки»> являются выдвижением на территорию христианства, конфискацией «новой земли» и «нового неба» в пользу революции, так её метр и лексика — и, возможно, сюжет — вторгаются в частный мир обэриутов, заменяя беззащитное и вполне буржуазное (при часах!) создание, «маленькую рыбку», буквально поглощённую жестоким миром, «молодостью», осмысленно и радостно жертвующей собой ради великой цели — и собственного продолжения в веках.
В определённом смысле Багрицкий тоже пытается проглотить и переварить «Карася»[1], не оставив частной жизни, частным устремлениям и частной трагедии собственного поэтического пространства — как уже не оставил его «старой» вере.[2]

  — «„Карась“ глазами рыбовода»

О Варламе Шаламове и Александре Солженицыне[править]

  • см. статьи, указанные в «Ссылки сюда» панели «Инструменты» в левой части интерфейса Викицитатника

Стихи[править]

  •  

Молодой человек со своей трубой
Не желает лежать в гробу.
Он сварил овцу и ел из котла,
Он умеет добро отличить от зла.
У него моргенштерн во лбу. <…>

Козодой козу утопил в пруду,
Он сидит на возу и дует в дуду,
Он застыл в янтаре, впечатанный в ноту «ре» <…>.

Мандрагора кричит над разрыв-травой,
Письмена ползут по стене.[3]

  — «Всюду — вечный покой или вечный бой…»

«Порожняк до Луны»[4][править]

  •  

Взгляд Горгоны направлен внутрь,
туда, где кальций, кремний и углерод.

  — «Взгляд Горгоны…»
  •  

А по кронам города от ночи до ночи
бронза стимфалийская свистит и клекочет.

  — «Звонкие деревья…»
  •  

Мимо острова Буяна,
мимо жареных емель
вышел месяц из тумана,
вышел в люди коростель.

  — «Мимо острова Буяна…»
  •  

Осторожный, творожный
туман на ветле,
препираться с таможней,
чирикать в тепле,
порожняк до Луны
будет лязгать на стыках —
и зависнет над Тихо
среди тишины.

Ледяные иголки,
тройное окно,
Допплер ходит в ермолке
и крутит кино.
По перронам снуёт
персонал полусонный
и волну патефона
привычно клюёт.

  — «Осторожный, творожный…»
  •  

Полководец Блюхер обходит бельгийский лес.
У него за ухом торчит слуховой протез.
Он последние двести лет темноту баюкал —
лаял, выл, мяукал — и только вчера воскрес.

  — «Полководец Блюхер…»
  •  

… у Дюрера на кухне Немига ловит Мгу,
забегает Марфа, требует молока,
у детёныша три крыла, четыре зрачка,..

  — «Триптих»

«Шарлемань перешел Гиндукуш…»[5][править]

  •  

Паника по всей акватории торгует адреналином.
Свежим адреналином и новостями.

  — «Время бронзы и сланца…»
  •  

Ганнибал давно не идёт никуда,
У него солончак, песок,
Отпечаток волны, пучки соленой травы.
Где его города?
Летают над сферой льда,
Подставляют солнцу каменный бок,
У ворот слоны с побережья и берберские львы.

А с земли за ними в большую трубу следит
Выживший алфавит.

Всё слипается — снежный ком, винноцветный понт,
Остаётся в осадке прорванный горизонт,
Перейденный хребет, нарушенные законы,
И картограф, который через тысячу лет
Написал поперек девяти планет:
Здесь водились драконы.

  — «Шарлемань перешел Гиндукуш…»
  •  

Гесиод увидел историю всех земель,
Потому и не пишет пьес.
Что ни имя — тягучая карамель,
Ярмарка невест,
Потяни одно, за каждым бусинками родня,
Дети, чума, медный костер войны,
Каждое хочет-клекочет — возьми меня, —
Пачкает пальцы, калечит сны.

  — «Гесиод увидел историю…»
  •  

Генри Морган встретил гигантских кальмаров в количестве равном Пи,
Что при его профессии не должно вызывать вопросов,
Но дело было на перешейке, практически в голой степи,
А ещё у них внизу крутились такие большие колёса…
Генри Морган сказал «Какого Уэллса?» и ушел из сюжета прочь,..

  — «Генри Морган встретил…»
  •  

По бархату равнин, где полная луна,
Стремительно ползет Тамара Лямзина,
Московский акробат, исчадие арены,
На выдохе — легка, навыворот — черна,
В неровности земли вплетается она,
Её не держат стены,..

  — «По бархату равнин…»
  •  

Лети, куда хочешь, лепесток,
Всё равно по-нашему не бывать —
И ветер слаб, и расклад жесток,
И немного осталось воевать
До южного моря, где край всему,
И время вываливается вперёд
В гостеприимную тьму.

  — «Лети, куда хочешь, лепесток…»
  •  

стану теплокровной, мутирую в панголина, сделаюсь героиней романа, это Адама творили из красной глины, а нас из планктона и океана, из густого питательного бульона, вот мы до сих пор по краям не вполне реальны, и большей частью — электронной, бессонной, сводимы к второй сигнальной. — приведено полностью

«В новом сладостном вкусе…»[6][править]

  •  

полиция ловит эфемерид…

  — «В коридорах пусто…»
  •  

… у Маруси гуси
чудо на гусеничном ходу,

пушечные сферы,
чуткие края смотровых щелей,..

  — «В новом сладостном вкусе…»
  •  

Вы представляете, эта лиса
ходит с таким выраженьем лица,
словно танцует,
мимо сусека, печи и крыльца, <…>
вот её хвост обвивает завод,
вот её зуб твою тень достаёт,
пробует имя: <…>
ты пожалеешь ещё, колобок,
что уберегся…

  — «Вы представляете, эта лиса…»
  •  
  — «Красные губы на жёлтом лице…»
  •  

Ты им про город, ты им про дом — а они тебе строят Рим,
И радужный мост, и башню до звезд, и станцию над звездой,

С прозрачным парусом-плавником и надписями на нём,
А внутри течет все та же река, края её словно нож,
И под радужной плёнкой любой язык по-прежнему глух и нем,
Ходи осторожней, промочишь ноги — до смерти не доживёшь.

  — «Ты хочешь сказать…»
  •  

Небо горчит, в стёкла стучит фикус глухонемой,
Хищный рояль бродит в ночи, подменяет гармонь,..

  — «Ходит закат наперерез…»

Статьи о произведениях[править]

Примечания[править]

Ссылки[править]