«Кин-дза-дза́!» — двухсерийная сатирическая трагикомедия Георгия Данелии по совместному сценарию с Резо Габриадзе. Вышел на экран 1 декабря 1986 года. В 2013 году вышел авторский мультипликационный ремейк — «Ку! Кин-дза-дза».
— Как «отличник»? — Гуляет «отличник». Вовка, за хлебом сбегай, я забыла, а? Да, и макароны захвати.
— диалог
—[с кавказским акцентом] Товарищ, там человек говорит, что он — инопланетянин. Надо что-то делать. — Звони в «ноль-три». — Я-то позвоню, только он — почти босой — простудится.
— диалог
Слушайте, друзья, не надо булочной, не надо справочной.
— Значит, такое предложение: сейчас мы нажимаем на контакты и перемещаемся к Вам, но если эта машинка не сработает, тогда уж Вы с нами переместитесь, куда мы Вас переместим, идёт? — Нет, нельзя. Надо знать. — Да можно, родной.
— диалог
— А ты что видишь, а? — Песок. —[с досадой] Значит, сработала эта хреновина. А этот козёл-то… с дырочками — там, что ль, остался?
— диалог
— Солнце есть. Песок есть. Притяжение есть. Где мы? Мы на Земле. Или… — Или?.. — Нет, давай будем считать, что мы на Земле в какой-то пустыне. Так? Каракумы! А?.. Какие у нас ещё пустыни? —Гоби, Сахара… — Ну я же сказал, что у нас. — Ну, у нас ещё Кызылкумы. — Нет! Давай будем считать, что это — Каракумы. А? Значит, так. Солнце на западе, значит, Ашхабад — там. Понял? Пошли.
— диалог
Gentlemen, sorry! We haven't money, now!
— Который час? — Четыре. — Ночи? — Ночи.
— диалог
— Банкет? — Не… Обед…
— диалог
Капстрана…
Скажи им, что денег нет. Ну скажи, им платить же надо.
Здравствуйте! Мы — наши туристы, отстали от группы. Подбросьте нас до города, а там мы как-нибудь уже сами! Переводи.
Нет денег… И деньги, и документы, и валюта — всё осталось у экскурсовода. Ну, так получилось… Отошли на секундочку и затерялись в песках.
— Он хочет, чтобы я колокольчик надел. — Перебьётся.
— диалог
— Я надену, Владимир Николаевич: неудобно. — Валяй.
— диалог
— Цак!.. Цак!.. Цак!.. Цак!.. — Ладно, уговорил.
— диалог
— Владимир Николаевич, а может быть, мы всё-таки на… — Да… Типичные марсиане.
— диалог
[читает мысли Владимира] «Люсенька, родная, зараза, сдались тебе эти… макароны!».
Та-а-к. Значит, русский язык знаем. Зачем потребовалось скрывать?
А этот паца́к всё время говорит на языках, продолжения которых не знает! [Гедевану] Чё уставился? Маймуно виришвило! (груз. მაიმუნო, ვირიშვილო! — «Обезьяна, сын осла!»)
Мы из Советского Союза, прибыли по культурному обмену. Наши знают, где мы. Ищут.
Ну, гравица́ппа — это то, без чего пепела́ц может только так летать [делает горизонтальный жест рукой], а с гравицаппой — любая точка Вселенной — фьюить! — за пять секунд!
Ребят, как же это вы без гравицаппы пепелац выкатываете из гаража? Это непорядок…
Пошли, Скрипач, в открытый космос.
Или ты сейчас нам даёшь эту спичку, или меньше чем за семь коробков мы тебя на Землю не положим!
Владимир Николаевич! Ты же сказал, если мы вас довезём, то ты всё отдашь, а ты у нас сам спичку украл! Пацак пацака не обманывает. Это некрасиво, родной…
— Я сказал — до города. — А это что? — Сарай. — А это что? А это что?! А это что здесь — не город?! — Ты не дрыгайся! Показывай свою гравицаппу! Фирменная вещь — возьмём. — Пацак! Какие балды у меня здесь контрабандный КЦ возьмут, при свидетелях, когда за него — пожизненный эци́х с гвоздями?! У тебя в голове мозги или кю?! — Сами купим. Пошли? — Стой! Стой, я говорю! Ты кто? Я спрашиваю — ты кто! А?! — Пришелец-прораб. — Нет, ты — паца́к. А ты кто? — Я — грузин. — Не-ет, ты тоже пацак. Ты́ — пацак, ты́ — пацак и он — пацак! А я — чатла́нин! И они — чатлане! Так что ты цак надень и в пепелаце сиди, ясно?
— диалог
Посмотри на меня в виза́тор, родной. Какая точка отвечает? Зелёная. Теперь на него посмотри — тоже зелёная. И у тебя зелёная. А теперь на Уэфа посмотри, какая точка? Оранжевая? Это потому, что он чатланин. Ну, понимаешь?
—Плюк — чатланская планета, поэтому мы, пацаки, должны цаки носить. — Да-а! И перед нами, чатланами, должны делать вот так! [трижды хлопает пальцами по щекам, после чего полуприседает, разводя руки в стороны и немного назад].
— диалог
Владимир Николаевич, это оголтелый расизм.
— Владимир Николаевич, у тебя дома жена, сын-двоечник. За кооперативную квартиру не заплачено, а ты тут мозги пудришь. Плохо кончится, родной… — Ты свои КЦ им не показывай. И не думай о них. Ты мой КЦ покажи. И больше полспички не давай, гравицаппа полспички стоит. — А твой пацак сказал, что це́лую. — Т-с-с. И он — пошутил.
— диалог
Цемент-то марки 300?
— А пацаки и чатлане — это национальность? — Нет. — Биологический фактор? — Нет. — Лица с других планет? — Нет. — А чем они друг от друга отличаются? — Ты что, дальтоник, Скрипач? Зелёный цвет от оранжевого отличить не можешь? Турист…
— диалог
Привет. Как жизнь? Говоришь: «Присесть»? Ну что ж, из уважения к присутствующим дамам. Ну, чё нового-то на Плюке?
Клади КЦ — получишь гравицаппу.
Вообще-то я не специалист по этим гравицаппам…
— Еда есть? — Каша… — Какая? — Пластиковая…
— диалог
— Это чего? — КЦ. — Надо снова проверять… — Ну проверяй.
— диалог
[гневно] Господин Уэф! Я представитель цивилизованной планеты — и требую, чтобы Вы проследили бы за своим лексиконом! Во!
«Хватит»?! Что — «хватит»?! Я ему тыщу раз говорил, что в Центр надо лететь! А он жадный, как все чатлане! [передразнивает] «…На два чатла дешевле»!.. Кю!
— Это твоё заднее слово? — Задне́е не бывает!
— диалог
Скрипач свистит! У него ещё чатлы есть.
— Откуда на Плюке моря? Из них давным-давно луц сделали. — Извините, что сделали? — Топливо, Скрипач, топливо!
— диалог
— Откуда столько набралось? — Кашу жрали. Воду пьёте. И бандура. — Бандуру вычеркни, не берём бандуру.
— диалог
— Скрипач, вместо того, чтобы всё время думать, что ты первый грузинский космонавт, и что тебе Нобелевскую премию дадут, верни ложку, которую ты у нищих артистов украл.
— Небо… небо не видело такого позорного пацака как ты, Скрипач!.. Я очень глубоко скорблю…
— Ты куда? — В туалет! — В туалет с деньгами нельзя. Деньги оставь здесь.
— диалог
— Ну вот у вас, на Земле, как вы определяете — кто перед кем сколько должен присесть? — Ну, эт на глаз… — Дикари.
— диалог
Я тебя полюбил — я тебя научу.
Если у меня немножко КЦ есть, я имею право носить жёлтые штаны, и передо мной пацак должен не один, а два раза приседать. Если у меня много КЦ есть, я имею право носить малиновые штаны, и передо мной и пацак должен два раза приседать, и чатланин «ку» делать, и эцилопп меня не имеет права бить по ночам… Никогда!..
Скрипач! Тут инопланетяне штанами фарцуют… Жёлтые… Нужны тебе?
А Скрипач не нужен, родной. Он только лишнее топливо жрёт.
Рации у нас нет, мы её выкинули.
— Ну и зараза же ты, родной… — Он хуже, он просто кю!
— диалог
Принеси песочку, родной.
К правительству лететь — гравицаппу надо иметь! Правительство на другой планете живёт, родной!
Если есть на этом Плюке гравицаппа, так достанем. Не такое доставали…
— До Центра подвези! — Три чатла. — Нет денег! Но мы отработаем! — А что ты можешь? — Я? Я всё могу! — А короче?
— диалог
Народу нравится!
Спокойно, Скрипач, не раздражай даму.
— Ну вот, что я щас думаю? — Что твоя жена по моргам звонит.
— диалог
— Ха! Какой дурак на Плюке правду думает?!.. Абсурд! — Вот потому, что вы говорите то, что не думаете, и думаете то, что не думаете, вот в клетках и сидите. И вообще, весь этот горький катаклизм, который я тут наблюдаю… и Владимир Николаевич тоже…
— диалог
Сказано — пацакам в клетке выступать, значит, надо в клетке. Чё выпендриваетесь?
Знаешь что? Ищи себе другой ансамбль, дядя!
Я скажу всем!!! До чего довёл планету этот фигляр ПЖ! Пацаки чатланам на голову сели! Кю!!!
— Ну что? Всё цело? — Одеколон украла… — Женщина…
— диалог
— Галина Борисовна! Мы с товарищем Машковым, как пацаки, могли получать два чатла за выступление… Это максимум! Вода, луц и штрафы эцилопам — это минимум чатл в день, а гравицаппа стоит пол-КЦ! Это две тысячи двести чатлов. Делим на триста шестьдесят пять, вычитаем субботу-воскресенье, получаем шесть. Значит, раньше чем через шесть лет, я никак не мог вернуться! — Всё это хорошо, Гедеван Александрович, но это слова! А где доказательства, что вы явились из космоса, а не продали скрипку, как это утверждает профессор Рогозин, и не функционировали всё это время на дискотеке в Гаграх? —[запальчиво] Вот минерал! Вот чатл! Вот цак! А гайку и песок я приложил к объяснительной записке и сдал в деканат Раечке, чтобы она отослала в ЮНЕСКО. — Куда?.. — В ЮНЕСКО! — Вы взрослый человек, Гедеван Александрович. Вы проучились один семестр и исчезли на годы! Объявились с каким-то камешком, с каким-то обломком кавказской керамики и [звенит] колокольчиком от донки, а претендуете на… Ну, и к тому же… Если вы способны музицировать, тогда почему вы не принимали участия в нашей курсовой самодеятельности? Вы извините меня, скрипач, но это элементарное ку!
— диалог
Мама, мама, что я буду делать? Ку! Мама, мама, как я буду жить? Ы-ы-ы-ы-ы! У меня нет тёплого пальтишки, У меня нет тёплого белья.
— Дядя Вова. Цаппу надо крутить, цаппу! — На! Сам делай! — Мне нельзя. Я чатланин. —[гневно] Уйди отсюда!!! Как советовать, так все чатлане, а как работать, так!..
— диалог
— Киндермат. — Нечестная игра! Ты специально мои ходы плохо думал! — Своими мозгами надо играть! — Как он может своими мозгами играть, когда он эти куклы первый раз видит?
— диалог
Уэф! Ты когда-нибудь видел, чтобы такой маленький пацак был таким меркантильным кю?!
— А соловей — пацак?! — Почему пацак? — Сами сказали, что он без клетки поёт! — Ну значит — пацак. — А-а, вот видишь?! У вас такой же оголтелый расизм, как и здесь, на Плюке. Только власть захватили не чатлане, а пацаки — такие, как ты и твой друг Соловей.
— А у вас на Земле всё ещё моря есть? — И моря есть, и реки есть… и порядочные люди есть, господин Уэф. — Дикари!.. Плакать хочется!
— диалог
Женщину вынули, автомат засунули.
Ну, ку, ку!
Спокойно! Стоять!! Тихо!!! А ты говоришь: «Ку!»…
— Побойся неба! ПЖ жив! И я счастлив! — А я ещё больше счастлив!
— диалог
— А нормального входа в этот универсам нет? — За нормальный чатлами надо платить, родной!
— диалог
— Я очень люблю ПЖ! — А я его ещё больше, ку!
— диалог
А здесь из луца воду делают…
— Что они кричат? — Продают. — Что продают? — Всё продают.
— диалог
Жёлтые штаны! Два раза «ку»!
Нельзя! Иди гуляй, ворюга!
— Чего-нибудь не так? А? — Всё так, только Земля далеко. Вместо пяти — семь минут разогреваться надо. Так что пойдём цаппу для гравицаппы готовить.
— диалог
— Астронавты! Который тут цаппа? — Да там… ржавая гайка, родной. — У вас всё тут ржавое. — А эта самая ржавая. — Ну вы что?! Совсем, что ль, очумели?! —[причитает] Ой-ой-ой. Мама-мама, Люська с Манохиным переместились. Надо же!..
— диалог
—[кричит] Товарищ эцилопп! Товарищ эцилопп! Они у нас вещи украли! Поймайте их! [шипение] Ку! Поймайте их! — Сорок чатлов! — Нету чатлы!.. Всё у экскурсовода, и скрипка у них чужая! — Они перед видеопэжем не кукукали. Чё ты уставился? Чё ты уставился?! Щас как сообщу твоему начальству, что ты знал и бездействовал! Тебя транклюкируют нахрен! Ясно?! — Я не бездействовал, я сразу на каппу нажал. Скрипач — свидетель. Всем постам! Гадюшник с колёсиками сюда, ку!
— диалог
Ребята! Со спичкой мы пошутили, мы радость хотели доставить вам!
На речке, на речке, на том бережо-очке, ку, Марусенька белые!.. Ы-ы-ы-ы!..
[Гедеван пишет письмо] «Землянин, здравствуй! Уверен, ты когда-нибудь прилетишь и на эту планету. Тебя приветствует Владимир Николаевич Машков, строитель из Москвы, и Гедеван Алексидзе из Батуми, которые первыми ступили на эти гнусные пески на задворках Вселенной. <…> Может оказаться, к тому моменту, кто-нибудь из тех, кто меня знал, останется жив. Скажите им, что скрипку я не крал…»
Но только быстро, а то одна секунда здесь — это полгода там!
Эх! Кому это всё надо! Цаки-траки — вся эта дрянь! [ругается по-грузински]
Скрипач! Клептоманчик ты мой! Ты же гравицаппу свистнул.
Пацаки! Почему не в намордниках? Повернись. Приказ Господина ПЖ — всем пацакам надеть намордники и радоваться. Так, ну вот это мне, а вот это — тебе. А это тебе. А ты почему не радуешься? Я кого спрашиваю, а?
Если ты подумаешь, что эта хреновина не транклюкатор, это будет последняя мысль в твоей чатланской башке. Кратчайшим путём в эцих! Марш!
Всем лежать! Полчаса!
— А ну, быстро все в корыто! — Ку? — Ку. — Дверь открой. — И сидеть так сутки! Ку или не ку?! — Ку.
— диалог
Владимир Николаевич! Человечество из-за одного камушка с Луны тысячелетия потратило! А тут живой инопланетянин и эцих! Из неизвестного металла!
— Сели. — Куда сели?.. — В Хануд. — Какой ещё Хануд? — Планета, где меня родили. — И меня.
— диалог
— Ночь. — А здесь теперь всегда ночь. — Одень пока вот это. — Зачем? — Тут воздуха нет ни фига. — А как вы здесь живёте? — А здесь давным-давно никто не живёт. Нас плюкане транклюкировали, пока мы на гастролях были. — За что? — За то, что мы их не успели. — А вы их за что? — Чтоб над головой не маячили! — И все погибли? — Конечно.
— диалог
— Гедеван… Не нужно, ты молодой, поживи ещё. Может быть, что-нибудь переменится. —[грустно] Скрипач не нужен, дядя Вова.
— диалог
[тихо, по-грузински] Гедеванико, швило… Ты скажи. Мне можно, я свой. У меня мама грузинка… была. — Садаури. — Акаури.
— диалог
Говорит: мама местная грузинка… была.
А ты, паршивый чатлан, цак одень! И sit down (англ. «сядь»), когда с пацаком разговариваешь! Хануд — пацакская планета, родной!
Фигушки там затормозишь!
— Тормози! Тормози!! Тормози-и!!! — Как я могу затормозить, когда ты всю тормозную жидкость выпил?! Алкаш!..
— диалог
Здравствуйте, мы пацаки с планеты Земля!
Тогда почему, родная, ты тут по травке бегаешь, а не там в горшочке сидишь?
Может, мы их вызовем и спросим, пусть они сами скажут — что для них благо, а что — нет?
Девочка, вы тут самые умные? Это вам кто-нибудь сказал, или вы сами решили?
Владимир Николаевич, я вас на Плюк одного не пущу.
— Брат пацак! Сейчас придёт с носком — пусть за нами в эцих перемещается. Эцих знаешь где? — Ну а то! — Вот ты и покажешь. — Пусть ещё что-нибудь даст.
— диалог
Всем отдыхать! Полчаса! Спасибо, родные.
А вы опять не переместились, заразы?..
— Меня — на планету, где не знают, кто перед кем должен приседать? Чушь! Давай гравицаппу и делай, что хочешь! — Дядя Уэф, дядя Би, вас там так встретят!.. — Нет, генацвале… Когда у общества нет цветовой дифференциации штанов, то нет цели. А когда нет цели… — Братцы, кончайте философствовать, он щас возникнет уже. Давайте решать! С нами или как?..
— диалог
— Друзья! Пацаки… Вот ваш носок, спасибо. Если хотите… — Друг! У вас какая система? Разрешите взглянуть?.. — Система обычная. Нажал на кнопку — и дома. — Ку?
— диалог
Товарищ, как пройти на Старый Арбат?
— Мы месяц по Галактике «маму» попоём — и планета у нас в кармане. А ещё месяц — и воздух купим… У кого воздуха нет, все сюда насыпятся — воздух наш. — Они будут на четвереньках ползать, а мы на них плевать! — Зачем?! — Удовольствие получать. — А какое в этом удовольствие? — Ха-ха-ха! Молодой ещё…
— диалог
Такое предложение. Находим Скрипача, летим к местному правительству… Говорим, кто мы, откуда… Они нам гравицаппу дают, а мы организуем взаимовыгодную торговлю — вы нам штаны жёлтые, а мы вам КЦ сколько хотите.
Эй! Пацак! Всё равно сейчас копыта откинешь! Скажи хоть раз в жизни правду! Почему с тем козлом не переместился, когда мог? Чего хотел? Малиновые штаны? Бассейн ПЖ? Скажи, что?!
Они бы из-за этих спичек всю Вселенную на карачках проползли бы.
Вовка, ты не дрыгайся…
— Наденьте дыхательные аппараты. — Зачем? У вас хороший воздух. — Именно поэтому…
— диалог
— Ну так веди к нему! — Веди! А то щас я сниму маску и надышу вам тут!
Над сценарием «Кин-дза-дза» мы с Резо работали так много и долго, что я потерял счёт времени. — Резо, сколько мы пишем этот сценарий? — спросил я. — Посмотри в окно. Милиционера видишь? — сказал Резо. Напротив гостиницы, где мы работали, было посольство, и там у ворот дежурил милиционер. — Вижу. — Какой у него чин? — Старший лейтенант. — А когда мы начинали, он сержантом был. Вот и считай. — «Безбилетный пассажир», 2003
Меня одолевали цензурные страхи <…>. Нас всё время пытали: «Что это у вас за огромный шар, который всё надувают? Что вы имеете в виду? Портреты Брежнева?» А тогда по всей стране висели огромные портреты Брежнева. Мы отнекивались: «Нет, это же просто шарик, при чём здесь Брежнев?» После того, как ревизоры уходили, мы в ужасе снимали шар, и вдруг объявление: Брежнев умер. — [2]
Статья в Википедии
Новости в Викиновостях
