Ресторан в конце Вселенной

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску

«Ресторан в конце Вселенной» (англ. The Restaurant at the End of the Universe) — юмористический фантастический роман Дугласа Адамса 1980 года, второй в цикле «Путеводитель по Галактике для путешествующих автостопом».

Цитаты[править]

  •  

Существует гипотеза, что в миг, когда кто-то постигнет истинное предназначение Вселенной и причины её существования, она немедленно исчезнет, а на её месте возникнет нечто ещё более странное и необъяснимое. Есть и другая гипотеза, гласящая, что это уже произошло.[1]предисловие

 

There is a theory which states that if ever anyone discovers exactly what the Universe is for and why it is here, it will instantly disappear and be replaced by something even more bizarre and inexplicable.

  •  

Сначала появилась Вселенная.
Это событие чрезвычайно разозлило массу людей и было расценено общественным мнением как ложный шаг.[1]другое предисловие

 

In the beginning the Universe was created.
This has made a lot of people very angry and been widely regarded as a bad move.

  •  

По обычаю всех вогонских кораблей этот выглядел так, будто его не построили, а наморозили. Одних только отвратно-жёлтых наростов и нашлёпок, выступавших из его поверхности под некрасивыми углами, хватило бы, чтобы обезобразить большинство кораблей, но, увы, сделать этот звездолёт ещё безобразнее было просто технически невозможно. Правда, в небесах замечали штуки и поуродливее, но их очевидцы, как правило, не заслуживают доверия.
Строго говоря, если вам так уж хочется увидеть нечто куда более безобразное, чем вогонский корабль, выход один — забраться внутрь и посмотреть на какого-нибудь вогона. Однако если вы не идиот, то постараетесь этого всеми силами избежать, ибо типичный вогон не станет думать дважды, чтобы сделать с вами что-нибудь столь абсурдно-жестокое, что вы проклян ёте час своего рождения на свет или (если вы наделены здравым смыслом) проклянете час рождения вогона.[1]глава 1

 

Like all Vogon ships it looked as if it had been not so much designed as congealed. The unpleasant yellow lumps and edifices which protuded from it at unsightly angles would have disfigured the looks of most ships, but in this case that was sadly impossible. Uglier things have been spotted in the skies, but not by reliable witnesses.
In fact to see anything much uglier than a Vogon ship you would have to go inside and look at a Vogon. If you are wise, however, this is precisely what you will avoid doing because the average Vogon will not think twice before doing something so pointlessly hideous to you that you will wish you had never been born—or (if you are a clearer minded thinker) that the Vogon had never been born.

  •  

— Я — Зафод Библброкс, мой отец — Зафод Библброкс Второй, дед — Зафод Библброкс Третий…
— Стоп, это как?
— Неувязочка с противозачаточными средствами и машиной времени… — глава 2

 

"I'm Zaphod Beeblebrox, my father was Zaphod Beeblebrox the Second, my grandfather Zaphod Beeblebrox the Third…"
"What?"
"There was an accident with a contraceptive and a time machine. Now concentrate!"

  •  

— Зафод! <…> Ты стал Президентом с определённой целью. Ты о ней не забыл?
— Забыл! Должен был забыть! Перед инаугурацией зондируют память. Если бы открылись мои планы, меня бы вышвырнули на улицу с одной пенсией, десятком секретарей, дюжиной звездолётов и парой перерезанных глоток. — глава 2

 

"Zaphod! <…> you became President of the Galaxy for a reason. Have you forgotten?" <…>
"Yeah! Of course I forgot! I had to forget. They screen your brain when you get the job you know. If they'd found my head full of tricksy ideas I'd have been right out on the streets again with nothing but a fat pension, secretarial staff, a fleet of ships and a couple of slit throats."

  •  

— Зафод, — проскрипело привидение, — я трачу на тебя время по одной-единственной причине — мне его девать некуда. — глава 2

 

"Zaphod," rasped the apparition, "I think the only reason I waste my breath on you is that being dead I don't have any other use for it."

  •  

… двери лифта открылись.
— Добрый день, — сладко пропел лифт, — я — ваш лифт. Мне выпала честь отвезти вас на тот этаж, какой вам будет благоугодно выбрать. Я разработан сириусианской кибернетической корпорацией <…>. Если вам понравится наше путешествие, которое, как вы вскоре убедитесь, будет быстрым и приятным, то вы, возможно, пожелаете воспользоваться другими лифтами нашей компании. Мы вам рекомендуем поездку на лифтах Галактического налогового департамента, комбината детского питания «Бяка-фу», а также сириусианской психлечебницы, где, кстати, бывшие работники сириусианской кибернетической корпорации будут рады и вам, и вашему сочувствию, и вашим рассказам о событиях в мире.
— Так, — сказал Зафод, входя в лифт, — говоришь ты хорошо. А что ещё ты умеешь делать?
— Я могу ехать вверх, — сообщил лифт, — или вниз.
— Молодец, — одобрил Зафод. — Поедем вверх.
— Или вниз, — напомнил ему лифт.
— Чудесно, чудесно. Вверх, пожалуйста. <…>
— Внизу очень интересно, — с энтузиазмом сказал лифт.
— В самом деле?
— В высшей степени.
— Отлично. Мы едем вверх.
— Прошу прощения, но хорошо ли вы обдумали все возможности, которые открываются перед вами, если вы поедете вниз?
Зафод стукнул одной из голов о внутреннюю стенку лифта. <…>
— Какие же такие внизу «возможности»? — спросил он устало.
— О! — Голос стал поистине медовым. — Внизу вас ждут подвал, склады, хранилище микрофильмов, система вентиляции и отопления… — Лифт помолчал. — Ничего особенного, конечно, но всё же какое-то разнообразие.
— Святой Зарквон! — пробормотал Зафод. — Лифт-экзистенциалист!
Он изо всех сил шарахнул кулаком по стене.
— Что творится с чёртовой штукой? — вырвалось у него.
— Он не хочет подниматься, — спокойно объяснил Марвин. Я думаю, он просто боится.
— Боится? — вскричал Зафод. — Чего он боится? Высоты? Лифт, страдающий высотобоязнью?
— Нет, — расстроенно вздохнул лифт, — будущего…
Будущего? — поразился Зафод. — Чего же тебе надо от будущего? Пенсии?
В это мгновение раздался шум, и всё в вестибюле пришло в движение. Стены загудели от рокотания внезапно заработавших лифтовых кабин.
— Мы все, — прошептал лифт так, словно его охватил внезапный ужас, — можем заглядывать в будущее. Мы так запрограммированы.[2]глава 5

 

… the elevator doors opened.
"Hello," said the elevator sweetly, "I am to be your elevator for this trip to the floor of your choice. I have been designed by the Sirius Cybernetics Corporation <…>. If you enjoy your ride, which will be swift and pleasurable, then you may care to experience some of the other elevators which have recently been installed in the offices of the Galactic tax department, Boobiloo Baby Foods and the Sirian State Mental Hospital, where many ex-Sirius Cybernetics Corporation executives will be delighted to welcome your visits, sympathy, and happy tales of the outside world."
"Yeah," said Zaphod, stepping into it, "what else do you do besides talk?"
"I go up," said the elevator, "or down."
"Good," said Zaphod, "We're going up."
"Or down," the elevator reminded him.
"Yeah, OK, up please." <…>
"Down's very nice," suggested the elevator hopefully.
"Oh yeah?"
"Super."
"Good," said Zaphod, "Now will you take us up?"
"May I ask you," inquired the elevator in its sweetest, most reasonable voice, "if you've considered all the possibilities that down might offer you?"
Zaphod knocked one of his heads against the inside wall. <…>
"Like what other possibilities?" he asked wearily.
"Well," the voice trickled on like honey on biscuits, "there's the basement, the microfiles, the heating system…er…"
It paused.
"Nothing particularly exciting," it admitted, "but they are alternatives."
"Holy Zarquon," muttered Zaphod, "did I ask for an existentialist elevator?" he beat his fists against the wall.
"What's the matter with the thing?" he spat.
"It doesn't want to go up," said Marvin simply, "I think it's afraid."
"Afraid?" cried Zaphod, "Of what? Heights? An elevator that's afraid of heights?"
"No," said the elevator miserably, "of the future…"
"The future?" exclaimed Zaphod, "What does the wretched thing want, a pension scheme?"
At that moment a commotion broke out in the reception hall behind them. From the walls around them came the sound of suddenly active machinery.
"We can all see into the future," whispered the elevator in what sounded like terror, "it's part of our programming."

  •  

— Без пищи я могу и не долететь до Лягушачьей звезды, — сказал Зафод. <…>
— На, пососи. — Руста протянул Зафоду полотенце.
Зафод вытаращился на Русту так, будто ждал, что у того из дырки во лбу на пружинке вылетит кукушка[2].
— Оно пропитано питательным раствором, — объяснил Руста. — Жёлтые полоски содержат протеин, зеленые богаты витаминами В и С, а в этих розовых цветочках — экстракт зародышей пшеничных зерен. Зафод в изумлении разглядывал полотенце.
— А это что за коричневые пятна? — спросил он.
— Соус барбекю. Я пользуюсь им, когда меня тошнит от пшеничного экстракта.
Зафод осторожно понюхал полотенце. Ещё с большей осторожностью взял в рот уголок. И тут же выплюнул.
— Фу, — сказал он.
— Именно, — сказал Руста. — Когда мне приходится брать в рот этот уголок, я непременно должен потом немного пожевать противоположный.
— А там что? — спросил Зафод подозрительно.
— Антидепрессанты.
— С меня довольно, — сказал Зафод, возвращая полотенце. — глава 7

 

"Without food I may not make it to the Frogstar." <…>
"Here, suck this," said Roosta, offering Zaphod his towel.
Zaphod stared at him as if he expected a cuckoo to leap out of his forehead on a small spring.
"It's soaked in nutrients," explained Roosta.
"What are you, a messy eater or something?" said Zaphod.
"The yellow stripes are high in protein, the green ones have vitamin B and C complexes, the little pink flowers contain wheatgerm extracts." Zaphod took and looked at it in amazement.
"What are the brown stains?" he asked.
"Bar-B-Q sauce," said Roosta, "for when I get sick of wheatgerm."
Zaphod sniffed it doubtfully.
Even more doubtfully, he sucked a corner. He spat it out again.
"Ugh," he stated.
"Yes," said Roosta, "when I've had to suck that end I usually need to suck the other end a bit too."
"Why," asked Zaphod suspiciously, "what's in that?"
"Anti-depressants," said Roosta.
"I've gone right off this towel, you know," said Zaphod handing it back.

  •  

Поскольку каждая частица материи во Вселенной каким-то образом связана с любой другой, то теоретически возможно экстраполировать всё мироздание — светила, планеты, их орбиты, состав, экономику, историю — на основе анализа, скажем, маленького кусочка торта-безе[2]. <…>
Трин Трагула был мечтателем, мыслителем, философом, или, по определению его жены, идиотом. <…>
— Тебе не хватает чувства меры, — говорила жена Трину Трагуле по тридцать восемь раз на дню.
И тогда он построил Тотальный Вихрь для неё. К одному концу Вихря он подсоединил весь реальный мир, экстраполированный из куска пирога, к другому — свою жену. Когда Трин включил Вихрь, она в одно мгновение узрела бесконечность мироздания и свою ничтожность в сравнении с ней. К ужасу Трина Трагулы, испытанный ею шок совершенно уничтожил мозг женщины. Но зато ему удалось неопровержимо доказать, что для живого существа, обитающего во Вселенной таких размеров, чувство меры — недопустимая, вредная для здоровья роскошь. — глава 10

 

To explain—since every piece of matter in the Universe is in some way affected by every other piece of matter in the Universe, it is in theory possible to extrapolate the whole of creation—every sun, every planet, their orbits, their composition and their economic and social history from, say, one small piece of fairy cake. <…>
Trin Tragula—for that was his name—was a dreamer, a thinker, a speculative philosopher or, as his wife would have it, an idiot. <…>
"Have some sense of proportion!" she would say, sometimes as often as thirty-eight times in a single day.
And so he built the Total Perspective Vortex—just to show her.
And into one end he plugged the whole of reality as extrapolated from a piece of fairy cake, and into the other end he plugged his wife: so that when he turned it on she saw in one instant the whole infinity of creation and herself in relation to it.
To Trin Tragula's horror, the shock completely annihilated her brain; but to his satisfaction he realized that he had proved conclusively that if life is going to exist in a Universe of this size, then the one thing it cannot afford to have is a sense of proportion.

  •  

Тела несчастных содрогались в конвульсиях, вокруг плясали огни. Рядом, неодобрительно глядя на них, маячило зеленое пятно. Пятно кашлянуло.
— Добрый вечер, мадам, добрый вечер, господа, — сказало пятно. — Вы сделали предварительный заказ?
К Форду мгновенно вернулось сознание. Он посмотрел на пятно: <…>
— На загробную жизнь тоже нужен предварительный заказ? <…>
— Если господа желают перед обедом заказать аперитив… <…> А затем Вселенная <…> будет взорвана для вашего удовольствия. — глава 13

 

Cold spasms shook them, lights danced sickeningly around them. The cold hard shore tipped and span and then stood still. It shone darkly—it was a very highly polished cold hard shore.
A green blur watched them disapprovingly.
It coughed.
"Good evening, madam, gentlemen," it said, "do you have a reservation?"
Ford Prefect's consciousness snapped back like elastic, making his brain smart. He looked up woozily at the green blur. <…>
"Do you need a reservation for the afterlife?" <…>
"If the lady and gentlemen would care to order drinks before dinner… <…> and the Universe <…> will explode later for your pleasure."

  •  

Левая голова Зафода протрезвела, оставив правую наедине с пучинами алкоголя. — глава 15

 

Zaphod's left head sobered up, leaving his right to sink further into the obscurity of drink.

  •  

Если взглянуть на Ресторан снаружи (чего ещё никто не пробовал), то невольно захочется сравнить его с гигантской морской звездой, распластанной на забытой скале. В каждом щупальце звезды — бары, кухни, генераторы силового поля и турбины времени, которые медленно раскачивают всю систему взад-вперёд, до критического момента и обратно. — глава 15

 

Seen from the outside, which it never is, the Restaurant resembles a giant glittering starfish beached on a forgotten rock. Each of its arms houses the bars, the kitchens, the forcefield generators which protect the entire structure and the decayed planet on which it sits, and the Time Turbines which slowly rock the whole affair backwards and forwards across the crucial moment.

  •  

… сей муж был семифутового роста, да и сложением отличался недюжинным. Закрадывалось подозрение, что его смастерили на фабрике, где делают кожаные диваны — весь он был блестящий, увесистый и туго набитый чем-то — вероятно, мускулами.
Костюм, в который было затиснуто тело доблестного мужа, казался сшитым специально для него — чисто ради демонстрации, что подобное тело в костюм не больно-то затиснешь. Лицо мужа цветом напоминало яблоко, а фактурой — апельсин, но на этом сходство с нежными фруктами заканчивалось. <…>
— А я — телохранитель господина Дезиато, — заявил он, — и я отвечаю за его тело, а за ваше не отвечаю, поэтому заберите ваше тело, пока его не повредили. — глава 15

 

… his being something of the order of seven feet tall and not slightly built with it. In fact he was built the way one builds leather sofas, shiny, lumpy and with lots of solid stuffing. The suit into which the man's body had been stuffed looked as if it's only purpose in life was to demonstrate how difficult it was to get this sort of body into a suit. The face had the texture of an orange and the colour of an apple, but there the resemblance to anything sweet ended. <…>
"And I am Mr Desiato's bodyguard," it went, "and I am responsible for his body, and I am not responsible for yours, so take it away before it gets damaged."

  •  

Их песни в массе своей просты для восприятия. Обычно в них рассказывается старая как мир история о встрече существа-юноши с существом-девушкой при серебряной луне, которая немедленно взрывается по неизвестной причине.
На многих планетах выступления «Зоны бедствия» давно уже запрещены. В меньшинстве случаев — по эстетическим соображениям, а в большинстве — потому что стиль общения группы с залом противоречит местным договорам о стратегическом вооружении.
Однако этот факт не мешает группе наращивать свое состояние путем расширения горизонтов чистой гиперматематики. Её главный бухгалтер-исследователь недавно удостоился звания профессора неоматематики в Мегагаллонском университете за создание «Общей и частной теории налоговых выплат „Зоны бедствия“», которой он доказал, что ткань целого пространственно-временного континуума поддается не только искривлению, но и надуванию. — глава 16

 

Their songs are on the whole very simple and mostly follow the familiar theme of boy-being meets girl-being beneath a silvery moon, which then explodes for no adequately explored reason.
Many worlds have now banned their act altogether, sometimes for artistic reasons, but most commonly because the band's public address system contravenes local strategic arms limitations treaties.
This has not, however, stopped their earnings from pushing back the boundaries of pure hypermathematics, and their chief research accountant has recently been appointed Professor of Neomathematics at the University of Maximegalon, in recognition of both his General and his Special Theories of Disaster Area Tax Returns, in which he proves that the whole fabric of the space-time continuum is not merely curved, it is in fact totally bent.

  •  

— Поговорил ты с этим мастером шума? — поинтересовался Зафод.
Форд уклончиво помотал головой:
— С Хотблэком? Поговорил, в некотором роде…
— И что он сказал?
— Ничего особенного. Он… ну понимаешь… Он на год скончался. Из-за налогов. — глава 16

 

"Hi, Ford," said Zaphod, "you speak to the big noise boy?"
Ford waggled his head noncommittally.
"Hotblack? I sort of spoke to him, yeah."
"What'd he say?"
"Well, not a lot really. He's…er…"
"Yeah?"
"He's spending a year dead for tax reasons."

  •  

— Я счастлив видеть всех вас. <…> Я знаю, многие приходят сюда не раз и не два, и это замечательно. Увидеть конец всего, а потом вернуться домой, в своё время, растить детей, бороться за переустройство общества, сражаться за свои убеждения — это вселяет надежду на будущее для всех форм жизни, на будущее, которого, <…> как мы знаем, нет… — глава 16

 

"It's marvellous though <…> to see so many of you here tonight—no isn't it though? Yes, absolutely marvellous. Because I know that so many of you come here time and time again, which I think is really wonderful, to come and watch this final end of everything, and then return home to your own eras…and raise families, strive for new and better societies, fight terrible wars for what you know to be right…it really gives one hope for the future of all lifekind. Except of course <…> that we know it hasn't got one…"

  •  

— … подумать только, как долго ты нас ждал.
— Пятьсот семьдесят шесть миллиардов три тысячи пятьсот семьдесят девять лет, — сказал Марвин. — Я считал, можете не проверять. <…> Первые десять миллионов лет были самыми трудными. <…> Вторые десять миллионов были не легче. Третьи десять миллионов не доставили мне ни малейшего удовольствия. После этого я почувствовал недомогание. — Он помолчал ровно столько, чтобы они успели почувствовать, что должны что-то ответить, и заговорил снова как раз тогда, когда они уже почти придумали, что именно[2]. — Самое ужасное в этой работе — люди, с которыми приходится общаться. <…> Последний приятный разговор был у меня больше сорока миллионов лет назад. <…> И тот с кофеваркой. — глава 17

 

"… hanging around waiting for us all this time."
"Five hundred and seventy-six thousand million, three thousand five hundred and seventy-nine years," said Marvin, "I counted them. <…> The first ten million years were the worst <…> and the second ten million years, they were the worst too. The third million years I didn't enjoy at all. After that I went into a bit of decline."
He paused just long enough to make them feel they ought to say something, and then interrupted.
"It's the people you meet in this job that really get you down. <…> The best conversation I had was over forty million years ago. <…> And that was with a coffee machine."

  •  

Когда [телохранитель] заговаривал, мускулы по обеим сторонам его рта будто спешили толпой уползти с дороги слов. — глава 17

 

. Whenever [the bodyguard] spoke, it looked as if the muscles on either side of his mouth were clambering over each other to get out of the way.

  •  

Одной из причин высокого покупательского спроса на «Путеводитель по Галактике для путешествующих автостопом» <…> является наличие в его составе обширного и порой достоверного справочника. Например, статистические сведения о геосоциальной природе Вселенной удалось ловко уместить на страницах с 938324-й по 938326-ю. Они изложены общедоступным языком благодаря находчивости редакторов, которые, не располагая достаточным временем, позаимствовали информацию с коробки детского питания, наспех украсив её несколькими примечаниями — дабы не нарушить неоправданно строгую Галактическую конвенцию по авторскому праву.
Любопытно, что впоследствии нашелся ещё более хитрый редактор, который послал книгу назад во времени через темпоральную протечку, а потом предъявил компании по производству детского питания иск о плагиате на основании всё той же конвенции. — глава 18

 

One of the major selling point of that wholly remarkable travel book, the Hitch Hiker's Guide to the Galaxy <…> is its compendious and occasionally accurate glossary. The statistics relating to the geo-social nature of the Universe, for instance, are deftly set out between pages nine hundred and thirty-eight thousand and twenty-four and nine hundred and thirty-eight thousand and twenty-six; and the simplistic style in which they are written is partly explained by the fact that the editors, having to meet a publishing deadline, copied the information off the back of a packet of breakfast cereal, hastily embroidering it with a few footnoted in order to avoid prosecution under the incomprehensibly tortuous Galactic Copyright laws.
It is interesting to note that a later and wilier editor sent the book backwards in time through a temporal warp, and then successfully sued the breakfast cereal company for infringement of the same laws.

  •  

Вообще-то во Вселенной имеются три конвертируемые валюты, но все они не в счет. Альтаирский доллар недавно обесценился, фланийский пункт стервингов можно обменять лишь на другие фланийские пункты стервингов, а у триганских пу вообще особые, ни на что не похожие проблемы. Обменный курс довольно прост: один пу эквивалентен восьми нингейкам. Однако нингейка представляет собой треугольную резиновую монету, каждая из сторон которой имеет длину 6800 миль. И ещё никому не удалось скопить нужное количество нингеек, чтобы обзавестись хотя бы одним пу. А нингейки валютой не считаются, так как Галактикбанк отказывается принимать подобную мелочь. — глава 18

 

In fact there are three freely convertible currencies in the Galaxy, but none of them count. The Altairan Dollar has recently collapsed, the Flaninian Pobble Bead is only exchangeable for other Flaninian Pobble Beads, and the Triganic Pu has its own very special problems. Its exchange rate of eight Ningis to one Pu is simple enough, but since a Ningi is a triangular rubber coin six thousand eight hundred miles across each side, no one has ever collected enough to own one Pu. Ningis are not negotiable currency because the Galactibanks refuse to deal in fiddling small change.

  •  

— Этот цвет меня бесит, — сказал Зафод, чья влюблённость в корабль растаяла после трёх минут полёта. — Каждый раз, когда ты жмёшь на чёрную кнопку на чёрной панели с чёрной маркировкой на чёрном фоне, в ответ загорается чёрный сигнал. Что мы угнали? Галактический гиперкатафалк? — глава 19

 

"It's the wild colour scheme that freaks me," said Zaphod whose love affair with this ship had lasted almost three minutes into the flight, "Every time you try to operate on of these weird black controls that are labelled in black on a black background, a little black light lights up black to let you know you've done it. What is this? Some kind of galactic hyperhearse?"

  •  

В середине обширной пустыни на сухой, выжженной планете Какрафун бригада техников настраивала акустическую систему. Собственно, в пустыне находилась только система, сами же техники были в безопасности на огромном корабле управления группой «Зона бедствия» — в четырехстах милях над поверхностью планеты. Любой, кому бы не посчастливилось находиться менее чем в пяти милях от громкоговорящих башен, умер бы ещё в самом начале процесса настройки.
Окажись Артур в этой зоне, последней вспышкой его сознания была бы мысль, что формой и размерами акустическая система напоминает Манхэттен. <…>
В бездонных бетонных бункерах под городом громкоговорителей лежали инструменты, которыми музыканты управляли с корабля: фотоногитара, бас-детонатор и мега-ударная установка. <…>
На корабле группы бурлила жизнь. Только что к его борту пришвартовался лимузин Хотблэка Дезиато, и хозяина немедленно доставили к медиуму, чьей задачей было расшифровать психоимпульсы великого музыканта и ввести их в блок управления фотоногитарой. <…>
Врачи, логик и морской биолог, пытались успокоить лидер-вокалиста, который заперся в ванной с пачкой таблеток и сказал, что не выйдет оттуда до тех пор, пока ему не докажут, что он не рыба. Басист расстреливал из пулемёта собственную спальню, а ударник просто исчез.
Лихорадочные поиски позволили обнаружить его на одном из пляжей Сантрагинуса V в сотне световых лет отсюда. Он заявил, что уже полчаса живёт счастливой жизнью со своим новым другом — небольшим симпатичным камешком. Менеджер группы был чрезвычайно рад этому известию, поскольку роль ударника теперь переходила к роботу, а следовательно, можно не опасаться, что тарелки опять сыграют не в такт. — глава 20

 

They had retreated to the safety of Disaster Area's giant control ship which hung in orbit some four hundred miles above the surface of the planet, and they were testing the sound system from there. Anyone within five miles of the speaker silos wouldn't have survived the tuning up.
If Arthur Dent had been within five miles of the speaker silos then his expiring thought would have been that in both size and shape the sound rig closely resembled Manhattan. <…>
Buried deep in concrete bunkers beneath the city of speakers lay the instruments that the musicians would control from their ship, the massive photon-ajuitar, the bass detonator and the Megabang drum complex. <…>
Aboard the giant control ship, all was activity and bustle. Hotblack Desiato's limoship, a mere tadpole beside it, had arrived and docked, and the lamented gentleman was being transported down the high vaulted corridors to meet the medium who was going to interpret his psychic impulses on to the ajuitar keyboard.
A doctor, a logician and a marine biologist had also just arrived, flown in at phenomenal expense from Maximegalon to try to reason with the lead singer who had locked himself in the bathroom with a bottle of pills and was refusing to come out till it could be proved conclusively to him that he wasn't a fish. The bass player was busy machine-gunning his bedroom and the drummer was nowhere on board.
Frantic inquiries led to the discovery that he was standing on a beach on Santraginus V over a hundred light years away where, he claimed, he had been happy over half an hour now and had found a small stone that would be his friend.
The band's manager was profoundly relieved. It meant that for the seventeenth time on this tour the drums would be played by a robot and that therefore the timing of the cymbalistics would be right.

  •  

— Представители экологического лобби утверждают, что концерт вызовет землетрясение, приливные волны, ураганы, нанесет непоправимый ущерб атмосфере планеты. Однако я только что получил сообщение, дающее основания для оптимизма. Менеджер группы «Зона бедствия» встретился с экологами за завтраком и велел всех их перестрелять,.. — глава 20

 

"The environmentalist lobby do know what's going to hit it, and they claim that the concert will cause earthquakes, tidal waves, hurricanes, irreparable damage to the atmosphere, and all the usual things that environmentalists usually go on about. But I've just had a report that a representative of Disaster Area met with the environmentalists at lunchtime, and had them all shot,.."

  •  

Отправляли телепортом
Сида, Рона, Мэгги и меня.
Рон украл у Мэгги сердце,
Мне от Сида досталась нога![2]глава 21

 

I teleported home one night,
With Ron and Sid and Meg,
Ron stole Meggie's heart away,
And I got Sidney's leg.

  •  

Ванна стояла на пьедстале из грубоотёсанного голубого хрусталя шести футов высотой и являла собой квинтэссенцию кошмара в стиле барроко, редко встречаемого вне стен максимегалонского музея больных воображений. Кишки водопроводных труб отнюдь не были, как положено, тайно захоронены в полночь в неизвестной могиле, а напротив, выставлены напоказ и украшены золотыми листьями; при виде кранов и душа любая горгулья шарахнулась бы от ужаса.[2]
— Э-э… Номер Второй, — мягко сказал капитан. <…> — Достаточно, вы можете идти. Я хотел бы принять ванну в спокойной обстановке.
Глаза Номера Второго сузились. Губы сжались в тонкую линию. <…>
— Хочу напомнить, сэр, что вы уже более трёх лет не покидаете ванны. — Он повернулся и пошёл в угол — упражняться в убийственных взглядах перед зеркалом. — глава 23

 

The bath stood on a six foot pedestal of rough hewn blue water crystal and was of a baroque monstrosity not often seen outside the Maximegalon Museum of Diseased Imaginings. An intestinal jumble of plumbing had been picked out in gold leaf rather than decently buried at midnight in an unmarked grave; the taps and shower attachment would have made a gargoyle jump. <…>
"Er, Number Two…" said the Captain softly. <…> "Push off, would you, there's a good chap. I'm trying to have a relaxing bath." <…>
He advanced on the captain, his (Number Two's) mouth a thin hard line. <…>
"May I remind you sir," hissed Number Two at the Captain, "that you have now been in that bath for over three years?!" This final shot delivered, Number Two spun on his heel and stalked off to a corner to practise darting eye movements in the mirror.

  •  

— Так приятно поговорить с умными людьми! А то мы все летим, летим и вот беда — начинаешь разговаривать сам с собой, а это скучно, потому что в половине случаев заранее знаешь, что услышишь в ответ. — глава 23

 

"Trouble with a long journey like this," continued the Captain, "is that you end up just talking to yourself a lot, which gets terribly boring because half the time you know what you're going to say next."

  •  

— Мой командир говорил мне, что нашу планету скоро проглотит гигантский звёздный козёл-мутант![2]глава 23

 

"My commanding officer told me that the entire planet was in imminent danger of being eaten by an enormous mutant star goat!"

  •  

— Значит, мы вот-вот приземлимся?
— Ну, мы не то чтобы приземлимся, на самом деле, мы не приземлимся, а…[2] <…>Если мне не изменяет память, по программе мы должны не приземлиться, а врезаться.
— Врезаться?! — вскричали Форд с Артуром.
— Да, так должно быть по плану. Для этого есть какая-то причина, очень важная, но я точно не помню какая. Что-то связанное с… ммм…
Форд взорвался:
— Вы — куча никчёмных придурков!
— Вот-вот, — радостно сказал капитан, — это и есть та самая причина. — глава 23

 

"So we're actually going to land in a minute?"
"Well not so much land, in fact, not actually land as such, no…er… <…> I think as far as I can remember we were programmed to crash on it."
"Crash?" shouted Ford and Arthur.
"Er, yes," said the Captain, "yes, it's all part of the plan I think. There was a terribly good reason for it which I can't quite remember at the moment. It was something to with…er…"
Ford exploded.
"You're a load of useless bloody loonies!" he shouted.
"Ah yes, that was it," beamed the Captain, "that was the reason."

  •  

… любой, кто способен дойти до поста Президента, ни в коем случае не должен быть допущен ко вступлению в должность. <…>
Таким образом, мы оказываемся перед следующей ситуацией: длинный ряд Президентов Галактики, так сильно наслаждавшихся счастьем и тяготами власти, очень редко замечали отсутствие данной власти.[2]глава 27

 

… anyone who is capable of getting themselves made President should on no account be allowed to do the job. <…>
And so this is the situation we find: a succession of Galactic Presidents who so much enjoy the fun and palaver of being in power that they very rarely notice that they're not.

  •  

— Ваш бог поместил посреди сада яблоню и сказал: «Делайте, ребята, что хотите, но яблок не ешьте». Стало им жутко интересно, съели они яблоко, а бог выскочил из-за куста: «Ага! Попались!» Но если б они и не съели яблоко, им всё равно бы несдобровать.
— Почему это?
— Имея дело с типом, который любит оставлять на тротуаре кирпич, прикрытый шляпой, нужно отдавать себе отчёт — такие не остановятся на полпути. Они своего добьются. — глава 29

 

"Your God person puts an apple tree in the middle of a garden and says do what you like guys, oh, but don't eat the apple. Surprise surprise, they eat it and he leaps out from behind a bush shouting `Gotcha'. It wouldn't have made any difference if they hadn't eaten it."
"Why not?"
"Because if you're dealing with somebody who has the sort of mentality which likes leaving hats on the pavement with bricks under them you know perfectly well they won't give up. They'll get you in the end."

  •  

— … вы провели пятьсот семьдесят два заседания и даже огня не добыли! <…>
— Имей вы мой опыт в области маркетинга, то знали бы, что разработка любого нового изделия предваряется тщательным исследованием самых различных аспектов и свойств рассматриваемого продукта. В данном случае нам следует выяснить, чего потребитель ожидает от огня, в какие отношения с огнём вступает и как этот объект отражается в массовом сознании. — глава 31

 

"… five hundred and seventy-three committee meetings and you haven't even discovered fire yet!" <…>
"When you've been in marketing as long as I have you'll know that before any new product can be developed it has to be properly researched. We've got to find out what people want from fire, how they relate to it, what sort of image it has for them."

  •  

— Поскольку месяц назад было принято решение придать листьям статус законного платежного средства, мы все тут же разбогатели.
Люди в толпе жадно перебирали пачки листьев, которыми были набиты карманы.
— Однако, — продолжал консультант, — одновременно мы столкнулись с проблемой инфляции. В настоящее время, если не ошибаюсь, один грецкий орех, уцелевший после падения корабля, идет за три акра лесных угодий.
По толпе прошёлтревожный шёпот. <…>
— Для того чтобы решить эту проблему и ревальвировать лист, следует незамедлительно провести интенсивную дефолиацию и… ммм, сжечь все леса. Я думаю, все согласятся с тем, что это разумный шаг, учитывая обстоятельства[2]. — глава 31

 

"Since we decided a few weeks ago to adopt the leaf as legal tender, we have, of course, all become immensely rich."
Ford stared in disbelief at the crowd who were murmuring appreciatively at this and greedily fingering the wads of leaves with which their track suits were stuffed.
"But we have also," continued the Management Consultant, "run into a small inflation problem on account of the high level of leaf availability, which means that, I gather, the current going rate has something like three deciduous forests buying one ship's peanut."
Murmurs of alarm came from the crowd. <…>
"So in order to obviate this problem," he continued, "and effectively revaluate the leaf, we are about to embark on a massive defoliation campaign, and…er, burn down all the forests. I think you'll all agree that's a sensible move under the circumstances."

  •  

— Где-то я прочёл об одной планете в седьмом измерении, которую использовали как бильярдный шар в каком-то межгалактическом баре. Так вот, этот шар загнали в лузу, а лузой служила чёрная дыра. Погибло десять миллиардов разумных существ. <…> Зато этот удар принёс тридцать очков. — глава 33

 

"I read of one planet off in the seventh dimension that got used as a ball in a game of intergalactic bar billiards. Got potted straight into a black hole. Killed ten billion people. <…> Only scored thirty points too."

Перевод[править]

В. И. Генкин (1995), с доп. С. В. Силаковой (1997, «Ресторан „У конца Вселенной“») — с уточнениями

О романе[править]

  •  

Всякий раз, садясь за письменный стол, я стараюсь, чтобы при этом всегда звучала музыка, а в особых случаях ставлю на проигрыватель пластинку с песней «Гранд-отель». <…> текст повествует о шикарном отеле, <…> и как раз посередине песни совершенно неожиданно, откуда-то из небытия, возникает монументальная оркестровая кульминация, можно сказать, совершенно из другой оперы. Я постоянно удивлялся — что это за монументальная тема, возникающая на заднем фоне песни?
В конце концов в моей голове родилась мысль: «Похоже, будто где-то происходит нечто вроде грандиозного шоу. Нечто необычное, масштабное, вроде конца света, конца всей нашей Вселенной». Именно таким образом у меня и возник замысел «Ресторана в конце Вселенной»…

 

Whenever I’m writing, I tend to have music on in the background, and on this particular occasions I had “Grand Hotel” on the record player. <…> lyrics were all about this sort of beautiful hotel <…> but then suddenly in the middle of the song there was this huge orchestral climax that came out of nowhere and didn’t seem to be about anything. I kept wondering what was this huge thing happening in the background? And I eventually thought, “It sounds as if there ought to be some sort of floor show going on. Something huge and extraordinary, like, well, like the end of the universe.” And so that was where the idea for The Restaurant at the End of the Universe came from…

  — Дуглас Адамс, вступительное слово на концерте Procol Harum, 9 февраля 1996 (сб. «Лосось сомнения», 2002)

Примечания[править]

  1. 1,0 1,1 1,2 Силакова (с уточнениями).
  2. 2,0 2,1 2,2 2,3 2,4 2,5 2,6 2,7 2,8 2,9 Перевод М. В. Спивак (2001), с некоторыми уточнениями (местами оставлен Генкина и Силаковой).