Лев Давидович Ландау

Материал из Викицитатника
(перенаправлено с «Лев Ландау»)
Перейти к: навигация, поиск
Лев Давидович Ландау
1962 год

Лев Дави́дович Ланда́у (1908 — 1968) — физик-теоретик, основатель научной школы, академик АН СССР (избран в 1946). Лауреат Нобелевской премии по физике 1962 года.

Приписываемые Ландау высказывания, истории[править]

  • «Учёными бывают собаки, и то после того, как их научат. Мы — научные работники!»
  • «Произведение оптимизма на знание — величина постоянная»
  • «Английский надо знать! Даже самые тупые англичане знают его неплохо»
  • «Может быть величайшим триумфом человеческого гения является то, что человек может понять вещи, которые он уже не в силах вообразить»
  • «Жрец науки — это тот, кто жрёт за счёт науки?»
  • «У меня не телосложение, а теловычитание!»
  • «Нельзя делать научную карьеру на одной порядочности. Это неминуемо приведёт к тому, что не будет ни науки, ни порядочности!»
  • Всё, что есть в химии научного, это физика, а остальное — кухня.
  • «Некоторые считают, что учитель обкрадывает своих учеников. Другие — что ученики обкрадывают учителя. Я считаю, что правы и те и другие, и участие в этом взаимном обкрадывании прекрасно»
  • «Верховным судьей всякой физической теории является опыт. Без экспериментаторов теоретики скисают»
  • «Женщины достойны преклонения. За многое, но в особенности за их долготерпение. Я убеждён, что если бы мужчинам пришлось рожать, человечество быстро бы вымерло»
  • «Брак — это кооператив, и к любви он не имеет никакого отношения»
  • «Если бы у меня было столько забот, сколько у женщины, я бы не мог стать физиком»
  • «Новая теория начинает господствовать, когда вымрут сторонники старой» (высказывание Макса Планка)
  • «Простые числа созданы для того, чтобы их умножать»
  • «Если бы теоретики не ставили на бумаге закорючки, то можно было бы подумать, что они ничем не занимаются»
  • «Из ничего ничего и проистекает»
  • «Удачно жениться — все равно, что вытащить с завязанными глазами ужа из мешка с гадюками»
  • «Курица — не птица, логарифм — не бесконечность»
  • «Главное в физике — это умение пренебрегать!»
  • Математика безгранична. И ею овладеть так же «просто», как теоретической физикой, невозможно.
  • Математики обделены воображением, это физики-неудачники. Чтобы заниматься физикой, им не хватает физической фантазии.
  • «Пока! Я пошёл в институт почесать язык»
  • «Если бы у моей бабушки были усы, то она была бы не бабушкой, а дедушкой»
  • «Из толстых книг нельзя узнать ничего нового. Толстые книги — это кладбище, в котором погребены отслужившие свой век идеи прошлого»
  • «Физик стремится сделать сложные вещи простыми, а поэт – простые вещи – сложными»
  • «Работать в корзину, но не впустую!»
  • «Ввиду краткости нашей жизни мы не можем позволить себе роскошь заниматься вопросами, не обещающими новых результатов»
  • «Самый страшный грех – это скучать! ...вот придёт страшный суд, Господь Бог призовёт и спросит: «Почему не пользовался всеми благами жизни? Почему скучал?»
  • «Предпочитаю быть пять минут трусом, чем всю жизнь - трупом»
  • «Науки делятся на естественные, неестественные и противоестественные»
  • «Каждый имеет достаточно сил, чтобы достойно прожить жизнь. А все эти разговоры о том, какое сейчас трудное время, это хитроумный способ оправдать своё бездействие, лень и разные унылости. Работать надо, а там, глядишь, и времена изменятся»
  • «Истребление зануд — долг каждого порядочного человека. Если зануда не разъярён — это позор для окружающих»
  • «В сборнике афоризмов, пожалуй, и можно выжать сок человеческой мысли; но сок вовсе и не составляет наиболее драгоценной ее части»
  • Если бы на меня возложили хотя бы треть тех забот, которые есть у обычной женщины, я бы не смог вообще думать о теоретической физике.
  • Главное — делайте всё с увлечением: это страшно украшает жизнь.
  • Я — физик-теоретик. По-настоящему меня интересуют только неразгаданные явления. В этом и состоит моя работа.
  • «Господи прости их, ибо не ведают они что творят» (Фраза об экспериментаторах в УФТИ)
  • Телевизор ― это мусоропровод, работающий в обратную сторону.

Цитаты о Ландау[править]

  •  

Одним из первых пролил свет на природу сверхпроводимости знаменитый советский физик академик Лев Давидович Ландау, длительное время работавший в Институте физических проблем АН СССР. Глубокий и разносторонний ученый пользовался среди физиков непререкаемым авторитетом. Его краткая надпись на чьей-нибудь научной работе: «Одобряю, Ландау» всегда означала, что написана новая незаурядная теоретическая статья, проделана новая, чрезвычайно интересная экспериментальная работа. Все знавшие Ландау (он умер в 1967 году в результате последствий автомобильной катастрофы), отмечают его легкое, радостное и, как иным даже иногда казалось, внешне легкомысленное (да простят меня читатели за такой эпитет) отношение к труду. Работал он чаще всего лежа на диване в какой-нибудь крайне неудобной позе. Свои глубочайшие мысли он по обыкновению небрежно нацарапывал на мятых листках, которые колодой держал в руке. Почерк его могли разобрать немногие «специалисты». Юмор его был колок, взгляды ― радикальны. Суть любой проблемы схватывалась им на лету. Лишь немногие близкие друзья знают, каким трудом достигалась эта легкость. Ландау первым сопоставил два «странных» явления ― сверхпроводимость и сверхтекучесть ― течение жидкого гелия-2 без трения через узкие капилляры и предположил, что эти явления родственны. Сверхпроводимость ― это сверхтекучесть весьма своеобразной жидкости ― электронной. Идея Ландау оказалась в высшей степени плодотворной, на ее основе построено большинство теорий сверхпроводимости. Открытие сверхпроводимости и особенно успехи в ее теоретическом объяснении бросили грозный вызов максвелловой теории, да и основанной на ней лоренцевой. Поскольку родилось предположение о том, что сверхпроводимость обусловливается специальными, «сверхпроводящими» электронами, необходимо было скорректировать уравнения и ввести в них новый член ― ток, обусловленный уже не нормальными, а сверхпроводящими электронами.[1]

  Владимир Карцев, «Приключения великих уравнений», 1970
  •  

Основная его сила как учёного была в чётком и конкретно логическом мышлении, опирающемся на очень широкую эрудицию. Но такой строгий научный подход не мешал ему видеть в научной работе и эстетическую сторону, что приводило Ландау к эмоциональному подходу не только в оценках научных достижений, но и в оценке самих учёных. Рассказывая о научной работе или об учёных, Ландау всегда готов был дать свою оценку, которая обычно бывала остроумной и чётко сформулированной. В особенности остроумным Ландау был в своих отрицательных оценках. Такие оценки быстро распространялись и, наконец, доходили до объекта оценки. Конечно, это усложняло для Ландау его взаимоотношения с людьми, в особенности, когда объект критики занимал ответственное положение в академической среде.

  Пётр Капица, 1976
  •  

Меня удручала сталинская система приоритетов. Радио изобрёл Попов. Электричество ― Яблочков. Паровоз ― братья Черепановы. Крузенштерн был назначен русским путешественником. Ландау ― русским учёным. Барклай де Толли ― русским полководцем. Один Дантес был французом. В силу низких моральных качеств.[2]

  Сергей Довлатов, «Марш одиноких», 1982
  •  

На одной из научных конференций, состоявшихся в 1947 году (кажется, на Рочестерской), Х. Крамерс выступил с программой вычисления конечных радиационных поправок для наблюдаемых величин ― с так называемой идеей перенормирования. Тогда же, или несколько позже, Ганс Бете сообщил о своём расчёте разности уровней. Но, как любил говорить Ландау: ― Курица ― не птица, логарифм ― не бесконечность. Результат Бете по существу означал прорыв в новую область, делал очень вероятным получение полностью конечного результата в этом и во всех других электродинамических явлениях. Остальное было делом техники (весьма трудной).

  Андрей Сахаров. «Воспоминания», 1989
  •  

Обычно Сталин отклонял просьбы об освобождении тех или иных людей. Иногда ему приходилось и уступать. Требование академика П.Л. Капицы освободить молодого физика Л. Ландау было выполнено НКВД по указанию Сталина. Капица был нужен Сталину, так что пришлось пойти на уступку.[3]

  Рой Медведев. «О Сталине и сталинизме. Исторические очерки», 1989
  •  

Здесь причудливо смешались дерзкие гены молодых ленинградских физиков и основательность зарубежных учёных, которые составили основное ядро УФТИ в первые годы его существования. Так, в конце 20-х годов на физмате Ленинградского университета сложилась неформальная группа молодежи, которая называла себя «мушкетёрами» или «джаз-бандом». Организатором веселой талантливой команды был полтавчанин Дмитрий Иваненко, который придумал своим друзьям, по казацкому, как он говорил, обычаю, разные прозвища. Сам Дмитрий был «Димусом», приехавший из Баку Лев Ландау с лёгкой руки Иваненко стал Дау, одессит Георгий Гамов получил прозвище Джони, а уроженец Винничины Матвей Бронштейн стал Аббатиком. Все они так или иначе внесли свой вклад в развитие УФТИ ― Иваненко и Ландау стали первыми руководителями теоретического отдела УФТИ, Гамов генерировал идеи и числился здесь консультантом, а Бронштейн, оставшийся преподавать в Ленинграде, участвовал в институтских теоретических научных конференциях. Добавлю, что только один из четверых «мушкетеров» ― Лев Ландау ― стал впоследствии нобелевским лауреатом, но все они стали физиками первой величины. Только один из них ― Георгий Гамов ― не был репрессирован, и то потому, что в 1933 году стал «невозвращенцем».[4]

  — Валентина Гаташ. Физика с грифом «совершенно секретно», 2003
  •  

Надо сказать, что свой собственный мусор телевизионная сеть высушивает, перемалывает и в равных дозах через домашние телевизоры распространяет между своими пользователями. И вот здесь, когда меня посетили эти озарения и сведения, я вспомнил замечательную остроту выдающегося советского физика Льва Давыдовича Ландау, утверждавшего, что телевизор ― это мусоропровод, работающий в обратную сторону. Острота, конечно, милая, но как, оказывается, часто научные прозрения оборачиваются действительностью![5]

  Сергей Есин. «Маркиз Астольф де Кюстин. Почта духов, или Россия в 2007 году», 2008.

Источники[править]

  1. В.П. Карцев. «Приключения великих уравнений» (из серии «Жизнь замечательных идей»). — М.: «Знание», 1970 год
  2. С. Довлатов. Собрание сочинений в 4-х томах. Том второй. — СПб: Азбука, 1999 г.
  3. Рой Медведев. «О Сталине и сталинизме. Исторические очерки» — Москва. «Знамя», №№ 1-4, 1989 г.
  4. Валентина Гаташ. Физика с грифом «совершенно секретно». — Москва. «Знание — сила», 2003, №9.
  5. Сергей Есин. «Маркиз Астольф де Кюстин. Почта духов, или Россия в 2007 году». — Переложение на отечественный Сергея Есина.