Перейти к содержанию

Водяной гиацинт

Материал из Викицитатника
Цветущий водяной гиацинт (Венесуэла)

Водяно́й гиаци́нт, ботаническое название Эйхо́рния толстоно́жковая или Эйхорния то́лстая (лат. Muscári) (лат. Eichhórnia crássipes) — однолетнее плавающее водное растение, имеющее подводные побеги — до 2двух метров в длину. Родина — тропические районы Америки. Считается злостным сорняком. Быстро размножаясь и разрастаясь, эйхорния покрывает поверхность водоёмов настолько плотным ковром, что затрудняет передвижение судов. Кроме того, из-за плотного слоя эйхорнии ухудшается кислородный режим водоёма, что приводит к гибели других его обитателей.

К положительным свойствам растения относится его способность вбирать инсектициды, фенолы, фосфаты, поглощать тяжёлые металлы (кадмий, никель, серебро). Благодаря этим свойствам, растение часто используется для доочистки очищенных сточных вод на очистных сооружениях в странах с тёплым климатом (в странах с умеренным климатом — только в тёплые периоды года). Может использоваться как органическое удобрение, сырьё для получения биогаза и на корм скоту. Известно как эффектное аквариумное растение.

Водяной гиацинт в коротких цитатах[править]

  •  

Главную оригинальность этого растения составляют его вздутые, наподобие мешков, листовые черешки, на оконечности которых сидят ложкообразные, неправильно вырезанные, как бы выгрызенные, листья.[1]

  Николай Золотницкий, «Аквариум любителя, растения чужеземные» (Эйхорния), 1885
  •  

Эйхорния — растение главным образом плавающее, а потому не требует почти ни в какое время посадки в горшки. Пущенное на воду, оно дает многочисленные усаженные ресничками корни и выходящие из пазухи листьев на длинных ростках листовые розетки, которые, отделившись от материнского растения, пускают корни и в скором времени образуют из себя отдельные, совершенно самостоятельные растеньица.[1]

  Николай Золотницкий, «Аквариум любителя, растения чужеземные» (Эйхорния), 1885
  •  

При посадке в землю черешки эйхорнии теряют своё характерное вздутие.[1]

  Николай Золотницкий, «Аквариум любителя, растения чужеземные» (Эйхорния), 1885
  •  

Первое появление водяного гиацинта за пределами его постоянного местообитания было отмечено на Юге США. Завезенный в 1884 г. в Луизиану, а затем и во Флориду, водяной гиацинт <...> вскоре стал настоящим бедствием на всех водных путях, затрудняя навигацию даже на Миссисипи.[2]

  Жан Дорст, «До того как умрёт природа», 1963
  •  

В Африке, несмотря на то, что Eichhornia crassipes встречалась в Конго в полудиком состоянии еще с 1910 г., она стала усиленно разрастаться в бассейне реки Конго и ее притоков только в 1952 г. Даже у Леопольдвилля, где русло реки необычайно широко, ее течение несёт целые груды водяного гиацинта, а более узкие рукава и притоки заросли им так, что навигация по ним сделалась немыслимой.[2]

  Жан Дорст, «До того как умрёт природа», 1963
  •  

Одно растение водяного гиацинта производит каждые две недели еще по одному такому же растению, а между тем достоверно известно, что в тропической зоне водяной гиацинт размножается круглый год. Этим и объясняется та быстрота, с какой он затягивает сплошным ковром водные пространства и делает их абсолютно непроходимыми.[2]

  Жан Дорст, «До того как умрёт природа», 1963
  •  

Гиацинты пробовали уничтожать ленточными транспортерами, которые выдергивают растения и выбрасывают их на берега или переносят к дробилке.[2]

  Жан Дорст, «До того как умрёт природа», 1963
  •  

У нас здесь на пруду живут дикие утки и гуси, которые с большим аппетитом едят водяной гиацинт — удивительное растение, чистящее воду. На такой диете птицы плодятся с невероятной скоростью, <...> чудесным гиацинтом заинтересовалась даже наша собака.[3]

  — Натали Голицына: «На даче я очень люблю заниматься астрологией», 2004
  •  

Я вот думаю, никому не надо уничтожать <...> гиацинт этот кучерявый. Он, кому надо, нужен. Нужен! Специально выращивается, тяжелые металлы уничтожать, полоний, которым шпиона Литвиненко в Англии отравили, ядерные отходы.[4]

  — Николай Ивеншев, «Когда мы были людьми», 2009
  •  

Японская делегация привезла на Всемирную выставку 1884 года в подарок Новому Орлеану <...> водяной гиацинт Eichornia cassipes. Жители Нового Орлеана, завороженные контрастом между крошечными голубовато-сиреневыми цветками и мясистыми зелёными листьями, из которых они выглядывали, с радостью принялись высаживать водяной гиацинт...[5]

  — Бет Шапиро, «Жизнь, которую мы создали», 2016
  •  

Военное министерство пыталось бороться с растением вручную, поливать его гербицидами, даже топить, но — тщетно. Водяной гиацинт превратился в экологическое и экономическое бедствие.[5]

  — Бет Шапиро, «Жизнь, которую мы создали», 2016
  •  

Цветок, розовый, голубой или фиолетовый, по форме похож на гиацинт, за что и получил свое название.[6]

  — Виктория Зонова, «Цветы. Лучшие сорта. Посадка. Уход», 2021

Водяной гиацинт в научной и научно-популярной литературе[править]

Заросли водяного гиацинта (Парагвай)
  •  

Главную оригинальность этого растения составляют его вздутые, наподобие мешков, листовые черешки, на оконечности которых сидят ложкообразные, неправильно вырезанные, как бы выгрызенные, листья. Листья эти светло-зеленые и собраны в розетку. Каждая такая розетка представляет самостоятельное растение и снабжена пучком блестящих, сизо-черных, мохнатых корней, которые, имея (конечно, у крупных экземпляров) вид какого-то густого меха, производят в подводной картине весьма большой эффект.[1]

  Николай Золотницкий, «Аквариум любителя, растения чужеземные» (Эйхорния), 1885
  •  

Eichhornia crassipes Solms (Pontederia crassipes Mart.), Эйххорния толстоножковая, водяной гиацинт, Dickfüssige Wasserhyazinthe, Water-hyacinth. Декоративное растение. Тропическая и субтропическая Америка. Семя 1,2-1,5 мм длиной, 0,6-0,8 мм шириной и толщиной, коротко палочковидное или продолговато-яйцевидное, у суженного конца срезанный концик, у расширенного конца ямковидное углубление. Поверхность серо-коричневая с 12 светлыми продольными рёбрами, матовая.[7]:441

  — Вальтер Броувер, ‎Адольф Штелин, «Справочник по семеноведению», 2005
  •  

Ещё один известный гиацинт, водный, относится к семейству Понтедериевых, роду Эйхорния.
Водяной гиацинт, или эйхорния (eichornia), происходит из тропических районов Америки и представляет собой растение с собранными в розетку листьями, держащимися на поверхности воды за счет пористой ткани, расположенной во вздутии у основания листьев. Длинные, до полуметра, корни полностью находятся в воде. Цветок, розовый, голубой или фиолетовый, по форме похож на гиацинт, за что и получил свое название.
Водяные гиацинты у себя на родине, в тропиках, быстро разрастаются, покрывают поверхность водоема плотным слоем, нарушая их кислородный режим и затрудняя движение судов.
В средней полосе они далеко не так агрессивны, могут разводиться в декоративных прудах при условии зимовки в теплом помещении. Распространенное аквариумное растение. Имеет полезное свойство очищать воду, впитывая в себя инсектициды, фосфаты, фенолы и другие вредные вещества.[6]

  — Виктория Зонова, «Цветы. Лучшие сорта. Посадка. Уход», 2021

Водяной гиацинт в публицистике и документальных текстах[править]

Цветы водяного гиацинта
  •  

Эйхорния — растение главным образом плавающее, а потому не требует почти ни в какое время посадки в горшки. Пущенное на воду, оно дает многочисленные усаженные ресничками корни и выходящие из пазухи листьев на длинных ростках листовые розетки, которые, отделившись от материнского растения, пускают корни и в скором времени образуют из себя отдельные, совершенно самостоятельные растеньица. Лучше всего эйхорния растет в круглых, неглубоких деревянных кадочках или банках, стенки которых непрозрачны или из темного стекла. Воду любит чистую, по возможности без присутствия водорослей, которые, сильно размножившись, способствуют загниванию корней и вздутых частей черешка. Прикрытия банки стеклом летом не требует.[1]

  Николай Золотницкий, «Аквариум любителя, растения чужеземные» (Эйхорния), 1885
  •  

Летняя культура эйхорнии не представляет почти никаких затруднений, но перезимовка ее крайне затруднительна и удается лишь в том случае, когда растение помещают на воде в вырезанном на пробке углублении и притом так, чтобы при плавании корни его касались воды одними лишь своими мочками, а легко загнивающие листья даже и совсем не приходили с ней в соприкосновение.
Кроме того, ее удачно сохраняют еще, сажая в плошки с дерновой землей, которые ставят на солнечное окно теплой комнаты под стеклянным колпаком. Цветение происходит в июле — августе.
При посадке в землю черешки эйхорнии теряют своё характерное вздутие.[1]

  Николай Золотницкий, «Аквариум любителя, растения чужеземные» (Эйхорния), 1885
  •  

В оранжереях растение это выдерживает зиму довольно хорошо и достигает иногда очень почтенных размеров, напр., величины кулака.
Выписывать удобнее весной, чтобы за лето растение могло хорошенько разрастись и дать здоровое растение, которое было бы в состоянии выдержать зиму. Молодые розетки переносят зиму легче, нежели старое растение.
Летом может отлично расти в чану на открытом воздухе, причем вздутия его черешков становятся грушевидными.[1]

  Николай Золотницкий, «Аквариум любителя, растения чужеземные» (Эйхорния), 1885
  •  

Первое появление водяного гиацинта за пределами его постоянного местообитания было отмечено на Юге США. Завезенный в 1884 г. в Луизиану, а затем и во Флориду, водяной гиацинт распространился по всему Югу до самой Виргинии, попал в Калифорнию и вскоре стал настоящим бедствием на всех водных путях, затрудняя навигацию даже на Миссисипи. С 1894 г. водяной гиацинт начали разводить в знаменитом Богорском ботаническом саду на Яве, откуда он быстро распространился по всему острову, а затем по всем островам Индонезии, перебросился на Филиппины, в Австралию и на некоторые острова Тихого океана, в том числе на Фиджи и Гавайские. В 1902 г. он был завезен в Ханой, проник в Индокитай, Индию, не исключая и Цейлона, где он появился в 1905 г., а в 1907 г. уже наносил серьезнейший ущерб.[2]

  Жан Дорст, «До того как умрёт природа», 1963
  •  

В Африке, несмотря на то, что Eichhornia crassipes встречалась в Конго в полудиком состоянии еще с 1910 г., она стала усиленно разрастаться в бассейне реки Конго и ее притоков только в 1952 г. Даже у Леопольдвилля, где русло реки необычайно широко, ее течение несёт целые груды водяного гиацинта, а более узкие рукава и притоки заросли им так, что навигация по ним сделалась немыслимой. Теперь это растение заполонило реки Восточной Африки и вторглось на территорию бывшего Французского Конго и даже в Камерун. С 1958 г. гиацинтом стал зарастать бассейн Нила, а с 1959 г. он уже встречается в Судане, от Джубы до Хартума. Таким образом, благодаря своей способности к бурному размножению водяной гиацинт с необыкновенной быстротой захватил почти все палеотропические области земли.[2]

  Жан Дорст, «До того как умрёт природа», 1963
  •  

Одно растение водяного гиацинта производит каждые две недели еще по одному такому же растению, а между тем достоверно известно, что в тропической зоне водяной гиацинт размножается круглый год. Этим и объясняется та быстрота, с какой он затягивает сплошным ковром водные пространства и делает их абсолютно непроходимыми. Перед лицом этой угрозы человек прибегал к различным средствам борьбы (De Kimpe, 1957). Гиацинты пробовали уничтожать ленточными транспортерами, которые выдергивают растения и выбрасывают их на берега или переносят к дробилке. Опыт не оправдал себя. Тогда была начата массовая кампания по уничтожению гиацинта путем разбрызгивания гербицида 2,4-D (кислота 2,4 дихлорфеноксиуксусная).[2]

  Жан Дорст, «До того как умрёт природа», 1963
  •  

В 1955 г. удалось взять под контроль распространение водяного гиацинта и даже приступить к радикальному уничтожению этого растения в одной части его ареала. Но стоимость этих операций была чрезвычайно высока. Кроме того, нет никакой гарантии, что в разных местах не уцелеют отдельные очаги — точки отправления для новых нашествий. История натурализации этого вида показывает, какой опасной может оказаться необдуманная интродукция совершенно безобидного на первый взгляд растения. Как сказал Робине (Robynеs, 1955), «появляющиеся в результате этого нарушения биологического равновесия могут полностью изменить местную флору и фауну, уничтожить некоторые их компоненты и даже нарушить нормальный ход жизни населения». Над этим примером стоит задуматься тем, кто строит планы акклиматизации, всех последствий которой заранее невозможно учесть.[2]

  Жан Дорст, «До того как умрёт природа», 1963
  •  

— Мы построили загородную резиденцию Русского клуба, где проводим самые большие приемы. Когда нет приемов, мы постоянно занимаемся ее благоустройством. У нас здесь на пруду живут дикие утки и гуси, которые с большим аппетитом едят водяной гиацинт — удивительное растение, чистящее воду. На такой диете птицы плодятся с невероятной скоростью, и мы всем дарим их на праздники — как домашних животных, а не к столу. Этим чудесным гиацинтом заинтересовалась даже наша собака.[3]

  — Марина Квасницкая, Натали Голицына: «На даче я очень люблю заниматься астрологией», 2004
  •  

А в болотистых юго-восточных штатах, где подножный корм не годился для крупного рогатого скота, назревала другая катастрофа. Японская делегация привезла на Всемирную выставку 1884 года в подарок Новому Орлеану, где она проходила, водяной гиацинт Eichornia cassipes. Жители Нового Орлеана, завороженные контрастом между крошечными голубовато-сиреневыми цветками и мясистыми зелёными листьями, из которых они выглядывали, с радостью принялись высаживать водяной гиацинт в городских парках, прудах и ручейках возле своих домов. Растение прижилось и стало разрастаться, да так, что островки зелени еженедельно чуть ли не удваивались в размерах. К 1910 году непроницаемые одеяла из водяных гиацинтов глушили озёра, реки и ручьи, высасывали из воды кислород, убивали рыбу и преграждали судоходные пути в Мексиканский залив. Военное министерство пыталось бороться с растением вручную, поливать его гербицидами, даже топить, но — тщетно. Водяной гиацинт превратился в экологическое и экономическое бедствие.[5]

  — Бет Шапиро, «Жизнь, которую мы создали», 2016

Водяной гиацинт в беллетристике и художественной прозе[править]

  •  

— Им и без меня стало известно, что радиоактивные отходы, захороненные нашими предками на дне океана, послужили причиной возникновения нового вида сине-зеленой где-то в наших водах, остальное дополнили течения, птицы, корабли, разнесшие её повсюду. Она появилась даже на Аляске, в Канаде, в Сибири.
— Да, глобальное наступление, — сказал Дик, хмуря кустистые брови. — Что-то похожее было с водяным гиацинтом в прошлом веке, но не в таких масштабах и не с такими последствиями. Боюсь, что нам не удастся в скором времени решить эту проблему, а медлить нельзя. Пищевые запасы тают.[8]

  Сергей Жемайтис, «Большая лагуна», 1977
  •  

– Бегемот! Никто не решится купить этих бегемотов. Бюджет станицы в начале года на артистов ушел. На Верку Сердючку, на праздничные фейерверки. На башковитых коров из Голландии.
– А крошка? Крошка – это водяной жук-долгоносик. Он точит это растеньице с космической скоростью. Жук-спаситель. Но его уничтожили, рыба сожрала, буффало называется. Я вот думаю, никому не надо уничтожать эту позу лотоса, гиацинт этот кучерявый. Он, кому надо, нужен. Нужен! Специально выращивается, тяжелые металлы уничтожать, полоний, которым шпиона Литвиненко в Англии отравили, ядерные отходы. Я вот подумал, Оля, если этот мутированный гиацинт отходы уничтожает, то он может и синтезировать их из воздуха, из автомобильного смога! Переродилась Eichhornia crassipes.[4]

  — Николай Ивеншев, «Когда мы были людьми», 2009

Источники[править]

  1. 1 2 3 4 5 6 7 Н. Ф. Золотницкий. Аквариум любителя. Памяти моих добрых друзей и истинных любителей аквариума А. С. Мещерского и В. С. Мельникова. — Москва, Терра, 1993 г.
  2. 1 2 3 4 5 6 7 8 Жан Дорст, До того как умрет природа (пер. с фр. М. А. Богуславской, Н. Б. Кобриной). — Москва : Прогресс, 1968 г. — 415 с.
  3. 1 2 Марина Квасницкая. Натали Голицына: «На даче я очень люблю заниматься астрологией». — М.: «Homes & Gardens», №12, 1 декабря 2004 г.
  4. 1 2 Николай Ивеншев. Когда мы были людьми: повести, рассказы. (Серия: Лучшая проза из Портфеля "Литературной газеты"). — М.: АСТ, 2011 г. — 448 с.
  5. 1 2 3 Бет Шапиро. Жизнь, которую мы создали. Как пятьдесят тысяч лет рукотворных инноваций усовершенствовали и преобразили природу (переводчик: Бродоцкая А.) — М.: Corpus, 2023 г. — 384 с.
  6. 1 2 Виктория Зонова. Цветы. Лучшие сорта. Посадка. Уход. — б.м.: Издательские решения, 2021 г.
  7. Вальтер Броувер, ‎Адольф Штелин. Справочник по семеноведению (пер. с нем. В. И. Леунова). — Москва : Товарищество науч. изд. КМК, 2010 г. — 694 с.
  8. Сергей Жемайтис, Большая лагуна. — М.: «Детская литература», 1977 г.

См. также[править]