Сумасшествие

Материал из Викицитатника
(перенаправлено с «Полоумный»)
Перейти к навигации Перейти к поиску
William Hogarth, 1763

Сумасшествие — 1) потеря рассудка, умопомешательство, безумие; 2) (перен., разг.) безрассудный, нелепый поступок; 3) (перен.) неистовство, исступлённость в проявлении каких-либо чувств, свойств, склонностей.

Сумасшествие в афоризмах и кратких определениях[править]

  •  

Кто сегодня не может рехнуться? Каждый может.

  Станислав Лем, «Мир на Земле»
  •  

Для семьи душевнобольного, а также для общества, его болезнь — проблема; для самого больного — решение.[1]

  Томас Сас
  •  

Если тебе кажется, что все посходили с ума, иди к психиатру.[1]

  — «Пшекруй»
  •  

Если тебя выписали из сумасшедшего дома, это еще не значит, что тебя вылечили. Просто ты стал как все.[1]

  Янина Ипохорская
  •  

Сумасшедшим не приходится задумываться о завтрашнем дне. Сумасшедших будущее беспокоит меньше всего.

  Стивен Кинг, Необходимые вещи

Сумасшествие в прозе[править]

  •  

Девица А. никак не могла понять, как мужчины могут так много курить табаку.
— Надо быть сумасшедшим, чтоб курить табак, — говорила она, — это сокращает жизнь: страстные курильщики обыкновенно умирают скорее других.
— Вот новость! — сказала девица Б.: — Мой отец курит с пятнадцати лет, а ему теперь уже семьдесят два года.
— Так что ж! — воскликнула девица А.: — Если б он не курил, ему б верно было теперь восемьдесят!

  Анекдот от Александра Аммосова
  •  

Миллион людей, собравшись в одно место и стараясь придать правильность своим действиям, убивают друг друга, и всем одинаково больно, и все одинаково несчастны — что же это такое, ведь это сумасшествие?
Брат обернулся и вопросительно уставился на меня своими близорукими, немного наивными глазами.
— Красный смех, — весело сказал я, плескаясь.
— И я скажу тебе правду. — Брат доверчиво положил холодную руку на мое плечо, но как будто испугался, что оно голое и мокрое, и быстро отдернул ее. — Я скажу тебе правду: я очень боюсь сойти с ума. Я не могу понять, что это такое происходит. Я не могу понять, и это ужасно. Если бы кто-нибудь мог объяснить мне, но никто не может. Ты был на войне, ты видел — объясни мне.
— Убирайся к чёрту! — шутливо ответил я, плескаясь.

  Леонид Андреев, «Красный смех», 1904 г.
  •  

― Как же вам не страшно сидеть здесь по ночам одному? ― вмешиваюсь я в разговор. Комаровский оборачивается ко мне и улыбается. Свет фонаря падает на его лицо. Лицо круглое, «обыкновенное» ― такие бывают немцы-коммерсанты средней руки. Во всю щеку румянец. И что-то деревянное в лице и улыбке.
― Нет, когда я здоров, мне ничего не страшно. Кроме мысли, что болезнь вернется.
Он в течение нашего короткого разговора несколько раз повторяет «моя болезнь», «когда я здоров», «тогда я был болен». Что это за болезнь у этого широкоплечего и краснощекого?
... — Болезнь вернется? — повторяю я машинально конец его фразы.
— Да, — говорит он, — болезнь. Сумасшествие. Вот, Николай Степанович знает. Сейчас у меня «просветление», вот я и гуляю. А вообще я больше в больнице живу.[2]

  Георгий Ива́нов, «Петербургские зимы», 1928
  •  

Один из них, молодой цыгановатый красноармеец, в пути сошел с ума. Всю дорогу он пел, плясал и плакал, прижимая к сердцу пучок сорванного душистого чабреца. Он часто падал лицом в раскаленный песок, ветер трепал грязные лохмотья бязевой рубашки, и тогда конвоирам были видны его туго обтянутая кожей костистая спина и черные потрепавшиеся подошвы раскинутых ног. Его поднимали, брызгали на него водой из фляжек, и он открывал черные, блещущие безумием глаза, тихо смеялся и, раскачиваясь, снова шел.[3]

  Михаил Шолохов, «Тихий Дон» (Книга четвёртая), 1940
  •  

...мне вдруг показалось, что нормальных людей вообще не существует. То есть, может, они и существуют, но определение «нормальность» или «я – не сумасшедший» – это все-таки больше самооценка, краткая и невероятно хвастливая автобиография, но никак не описание работы полностью функциональной системы.
Просто взгляд изнутри. Сквозь узкие смотровые щелочки. Которые к тому же заросли волосами. Но некоторым нравится. Они подходят и говорят: «Какие красивые у вас ресницы».
То есть во всей этой близорукости и мохнатой в некотором отношении невозможности разглядеть истину присутствует еще и эстетический элемент. Забавно.
А нужен специалист. Чтобы послушал, подумал и сделал вывод: «Да, вы не сумасшедший. Вам нечего здесь делать, батенька… Пожалуйста, немедленно отпустите его». Но о себе он ведь, наверное, тоже думает, что он не сумасшедший. И судит меня, опираясь на свое собственное представление о том, как должен вести себя абсолютно не сумасшедший человек. Такой же примерно, как он.
А что, если у нас с ним просто одинаковая форма безумия?

  Андрей Геласимов, Рахиль
  •  

Если однополой любви среди мужчин подвержен один процент, то, естественно, таким же должен быть и процент женщин. И если продолжить — один процент поджигателей, один процент алкоголиков, один процент психически отсталых, один процент сексуальных маньяков, один процент страдающих манией величия, один процент закоренелых преступников, один процент импотентов, один процент террористов, один процент параноиков… Хорошо, слушай спокойно. Прибавим боязнь высоты, боязнь скорости, наркоманию, истерию, одержимых мыслью об убийстве, сифилитиков, слабоумных… — тоже по одному проценту — и получим в общем двадцать процентов… И если ты можешь таким же образом перечислить еще восемьдесят аномалий — а нет никаких сомнений, что сделать это можно, — значит, совершенно точно, статистически доказано, что все сто процентов людей ненормальны.

  Кобо Абэ, Женщина в песках
  •  

Прежде всего, в древности, а у некоторых народов и поныне, многие из тех, кто одержим манией величия, — мы теперь их отправляем без всякого стеснения в психиатрические лечебницы, — внушали народу в качестве прорицателей нечто вроде священного страха и суеверного уважения, ограждавшего их от последствий признанного сумасшествия. И в наше время можно найти (особенно среди невежественных обитателей Африки) людей, окруженных самым почтительным уважением, иногда увлекающих за собой массы, сеющих восстания и ставящих в затруднительное положение армии великих держав. Между тем эти люди в действительности только маньяки, одержимые манией величия или же паралитики первого периода.[4]

  — П. Реньяр, «Умственные эпидемии»
  •  

— Ну неужели ты не можешь освободить от полетов летчика, который не в своем уме?
— Разумеется, могу. Даже обязан. Существует правило, согласно которому я обязан отстранять от полетов любого психически ненормального человека.
— Ну а тогда почему же ты меня не отстраняешь? <...> Можешь спросить любого. Все скажут, что я псих.
— Они сами сумасшедшие.
— А почему ты и их тогда не отстраняешь от полетов?
— А почему они не просят меня, чтобы я их отстранил?
— Потому что они сумасшедшие, вот почему.
— Конечно, они сумасшедшие, — ответил Дейника. — Разве я сам только что не сказал, что
они сумасшедшие? Но ведь сумасшедшие не могут решать, сумасшедший ты или нет.
Йоссариан грустно посмотрел на него и начал заход с другой стороны:
— Ну а Орр — псих?
— Этот уж наверняка.
— А его ты можешь отстранить от полетов?
— Могу, конечно. Но сначала он должен сам меня об этом попросить. Так гласит правило.
— Так почему же он не просит?
— Потому, что он сумасшедший, — ответил Дейника.
— Как же он может не быть сумасшедшим, если, столько раз побывав на волосок от смерти,
все равно продолжает летать на задания? Конечно, я могу отстранить его. Но сначала он сам должен попросить меня об этом.
— И это все, что ему надо сделать, чтобы освободиться от полетов? — спросил Йоссариан.
— Все. Пусть он меня попросит.
— И тогда ты отстранишь его от полетов? — спросил Йоссариан.
— Нет. Не отстраню.
— Но ведь тогда получается, что тут какая-то ловушка?
— Конечно, ловушка, — ответил Дейника. — И называется она «уловка двадцать два». «Уловка двадцать два» гласит: «Всякий, кто пытается уклониться от выполнения боевого долга, не является подлинно сумасшедшим».

  Джозеф Хеллер, «Уловка-22», 1961

Сумасшествие в стихах[править]

  •  

Не дай мне бог сойти с ума.
Нет, легче посох и сума;
Нет, легче труд и глад.
Не то, чтоб разумом моим
Я дорожил; не то, чтоб с ним
Расстаться был не рад:<…>
Да вот беда: сойди с ума,
И страшен будешь как чума,
Как раз тебя запрут,
Посадят на цепь дурака
И сквозь решетку как зверка
Дразнить тебя придут.

  Александр Пушкин, «Не дай мне Бог сойти с ума...», 1833
  •  

А есть с чего сойти с ума
Или утратить силу веры
Так зверств и подлостей чума
Россией властвует без меры.

  Николай Огарёв, «Сим победиши», 1863
  •  

Порою рад сойти с ума,
Чтобы спастись от мысли смелой,
Чтоб днём казалась эта тьма
И дню не виделось предела.

  Александр Шеллер, «Листки из записной книги», 1870-е
  •  

Сумасшедший дом. Аккуратный парк.
Сумасшедшая русская: Жанна д’Арк.
Разрешили ей волосы стричь у плеч
И тяжелые двери свято беречь.
— Ах, — печально она говорит врачу, —
Я дофина увидеть скорей хочу.
О, поймите, я слушаю голоса
Каждый день по три, по четыре часа.
И со скукою врач отвечает ей:
— Был расстрелян в Сибири дофин Алексей,
А историю вашей дикой страны
Вы и здесь забывать никогда не должны.
Но однажды явившийся серафим
Показался царевичем ей сквозь грим.
Тут-то многое она поняла
(Поседела и от ворот отошла),
Что она — эмигрантка, а город — Париж
И что за нашей историей не уследишь.
Той же ночью спокойно она умерла,
И вошла в Ленинград, и дофина нашла.[5]

  Алла Головина, «Сумасшедший дом. Аккуратный парк...», 1938

См. также[править]

Примечания[править]

  1. 1 2 3 Большая книга афоризмов (изд. 9-е, исправленное) / составитель К. В. Душенко — М.: изд-во «Эксмо», 2008.
  2. Иванов Г. Мемуарная проза. М.: «Захаров», 2001 г. (по изд.: Георгий Иванов. Петербургские зимы. Париж: Книжное дело «La Source» 1928 г.
  3. М.А.Шолохов, «Тихий Дон». — М.: Молодая гвардия, 1980 г.
  4. П.Реньяр. «Умственные эпидемии». Девятнадцатый век. Мания величия. стр.225-226
  5. Головина А. С. Вилла «Надежда»: Стихи. Рассказы. Сост. Л. Г. Баранова-Гонченко. — М.: Современник, 1992 г.