Даниил Иванович Хармс

Материал из Викицитатника
(перенаправлено с «Даниил Хармс»)
Перейти к: навигация, поиск
Даниил Хармс
со специальным лицом
конец 1930-х

Дании́л Ива́нович Хармс (настоящая фамилия Ювачёв; 1905 — 1942) — русский поэт, прозаик и драматург, писавший в абсурдистской манере.

Цитаты из произведений[править]

В прозе[править]

  •  

Совершенную вещь можно всегда изучать, иными словами в совершенной вещи есть всегда что-либо неизученное. Если бы оказалась вещь изученная до конца, то она перестала бы быть совершенной ибо совершенно только то что конца не имеет то есть бесконечно.

  — «О круге»
  •  

На замечание: «Вы написали с ошибкой», ответствуй: «Так всегда выглядит в моём написании».

  — <1937—1938>, отдельная запись
  •  

Нужно ли человеку что-либо помимо жизни и искусства? Я думаю, что нет: больше не нужно ничего, сюда входит всё настоящее.

  — Письмо к К. В. Пугачёвой от 16 октября 1933 года
  •  

Хорошо и практично, чтобы избавиться от порока курения, использовать порок хвастовства.

  — «О вреде курения», 1933
  •  

Говорят, скоро всем бабам отрежут задницы и пустят их гулять по Володарской.
Это не верно! Бабам задниц резать не будут.[1]:137

  (записные книжки)
  •  

Два человека разговорились. Причём один человек заикался на гласных, а другой на гласных и согласных. Когда они кончили говорить, стало очень приятно — будто потушили примус.

  — <1936—1937>
  •  

У одной маленькой девочки на носу выросли две голубые ленты. Случай особенно редкий, ибо на одной ленте было написано «Марс», а на другой — «Юпитер».

  — «Новая анатомия», 1935, приведено полностью
  •  

Травить детей – это жестоко. Но что-нибудь ведь надо же с ними делать![1]:117:136

  — <сер. — II пол. 1930-х>, отдельная запись
  •  

Хвилищевский ел клюкву, стараясь не морщиться. Он ждал, что все скажут: «Какая сила характера!» Но никто не сказал ничего.

  — из записной книжки, приведено полностью
  •  

Память — это вообще явление странное. Как трудно бывает что-нибудь запомнить и как легко забыть! А то и так бывает: запомнишь одно, а вспомнишь совсем другое. Или: запомнишь что-нибудь с трудом, но очень крепко, и потом ничего вспомнить не сможешь.

  — Рассказы и повести. «89.Воспоминания одного мудрого старика» ~1936 год
  •  

Мне часто целовали ноги, но я не протестовал, я знал, что достоин этого. Зачем лишать людей радости почтить меня? Я даже сам, будучи чрезвычайно гибким в теле, попробовал поцеловать себе свою собственную ногу. Я сел на скамейку, взял в руки свою правую ногу и подтянул её к лицу. Мне удалось поцеловать большой палец на ноге. Я был счастлив. Я понял счастье других людей.

  — Рассказы и повести. «89.Воспоминания одного мудрого старика» ~1936 год
  •  

Когда я вижу человека, мне хочется ударить его по морде. Так приятно бить по морде человека!

  — 1939, начало сценки
  •  

Мне дано всё, чтобы жить возвышенной жизнью. А я гибну в лени, разврате и мечтании.

  записные книжки
  •  

Совет артистам-юмористам. Я заметил, что очень важно найти смехотворную точку. Если хочешь, чтобы аудитория смеялась, выйди на эстраду и стой молча, пока кто-нибудь не рассмеётся. Тогда подожди ещё немного, пока не засмеётся ещё кто-нибудь, но так, чтобы все слышали. <…> Когда это всё случится, то знай, что смехотворная точка найдена. [1]:117

  — «О смехе».
  •  

За дам задам по задам.[комм. 1]

  — (из записных книжек)[2]:24
  •  

Не смешивай чистоту с пустотой.[1]:94

  (записные книжки)
  •  

Чистота близко к пустоте.[1]:93

  (записные книжки)
  •  

Что такое цветы? У женщин между ног пахнет значительно лучше. То и то природа, а потому никто не смеет возмущаться моим словам. [1]:137

  (записные книжки)

В стихах[править]

  •  

Я теперь считаю так:
меры нет.
Вместо меры наши мысли,
заключённые в предмет.
Все предметы оживают,
бытие собой украшают.

  — «Измерение вещей», 1929
  •  

Скверно думаешь товарищ
и несёшь одну фасоль
революции пожарищ
Богом уши не мозоль.[3]

  — «Окнов и Козлов», 1931
  •  

Ты шьёшь. Но это ерунда.
Мне нравится твоя манда
она влажна и сильно пахнет.
Иной посмотрит, вскрикнет, ахнет
и убежит, зажав свой нос. <…>
А мне твой сок сплошная радость.
Ты думаешь, что это гадость,
а я готов твою пизду лизать, лизать без передышки
и слизь глотать до появления отрыжки.[4]:том 1. 223-224

  — «Ты шьёшь. Но это ерунда...», <1931>
  •  

Гости радостно пируют
И гурьбой за столом сидят
И говядину едят
И наливки жадно пьют
И чего то там под столом делают
И дамочкам предлагают раздеться.
А дамочки, тру ля ля, танцуют
И под музыку приседают.
Один из гостей на стол полез,
Но его отвели в ванную комнату.
Хозяйка лифчик расстегнула
И пошла плясать вовсю.
Композитор Ваня Конов
Хотел хозяйку схватить за подол.
Но потерял равновесие
И лёг на пол.
А Нина Петухова
Сняла свои панталоны
И дала их Семёну Палкину обнюхивать.

  — «Гости радостно пируют...», <1935>
  •  

Григорий студнем подавившись
Прочь от стола бежит с трудом
На гостя хама рассердившись
Хозяйка плачет за столом.
Одна, над чашечкой пустой,
Рыдает бедная хозяйка.
Хозяйка милая, постой, <…>.
На гостя нечего сердиться.
Твой студень сделан из копыт
Им всякий мог бы подавиться. — пример комического снижения темы

  — «Григорий студнем подавившись...», 20 февраля 1937

Статьи о произведениях[править]

Комментарии[править]

  1. Это однострочное стихотворение из пяти слов стало своеобразным ехидным ответом на очень популярные в 1910-20-х годах куплеты петроградского шансонье Михаила Савоярова «Из-за дам», в которых постоянно повторялась и перевиралась одна и та же фраза, давшая заголовок песенке.

Источники[править]

  1. 1,0 1,1 1,2 1,3 1,4 1,5 Даниил Хармс «Горло бредит бритвою». — Рига: Глагол, 1991. — 240 с. — 100 000 экз.
  2. Юрий Ханон «Альфонс, которого не было». — СПб.: Центр Средней Музыки & Лики России, 2013. — 544 с. — ISBN 978-5-87417-421-7
  3. Д. Хармс. Собрание сочинений: В трёх томах. СПб.: Азбука, 2011 г.
  4. Д. Хармс. Полное собрание сочинений: В четырёх томах. СПб.: Гуманитарное агентство «Академический проект», 1997 г.