Данте Алигьери

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску

Да́нте Алигье́ри (Dante Alighieri, полное имя Дуранте дельи Алигьери, 1265—1321) — итальянский поэт, один из основателей литературного итальянского языка. Opus magnum — «Божественная комедия».

Божественная комедия[править]

Данте Алигьери

Ад[править]

Песнь I, 1-3[править]

Nel mezzo del cammin di nostra vita
mi ritrovai per una selva oscura
ché la diritta via era smarrita.

(Dante Alighieri)

Путь жизненный пройдя до половины,
Опомнился я вдруг в лесу густом,
Уже с прямой в нём сбившийся тропины.

(Павел Катенин)

На полдороге нашей жизни трудной
В неведомый и тёмный лес вступил,
Утратив путь прямой в дремоте чудной.

(Дмитрий Мин)

В средине нашей жизненной дороги,
Объятый сном, я в тёмный лес вступил,
Путь истинный утратив в час тревоги.

(Дмитрий Мин)

На полпути земного бытия,
Утратив след, вступил я в лес дремучий.
Он высился, столь грозный и могучий,

(Ольга Чюмина)

Земную жизнь пройдя до половины,
Я очутился в сумрачном лесу,
Утратив правый путь во тьме долины.

(Михаил Лозинский)

На полдороге странствий нашей жизни
Я заблудился вдруг в лесу дремучем,
Попытки ж выйти вспять не удались мне.

(Александр Илюшин)

Переступив границу зрелых лет,
Я в тёмный лес забрёл и заблудился.
И понял, что назад дороги нет…

(Дмитрий Минаев)

На полпути земного бытия
Вступил я в лес угрюмый и унылый,
И затерялась в нем тропа моя.

(Николай Голованов)

На половине странствия нашей жизни
Я оказался в некоем темном лесу,
Ибо с праведного пути сбился.

(Борис Зайцев)

В середине нашей жизненной дороги
попал я в мрачный, незнакомый лес,
где путь терялся в темном логе.

(Владимир Маранцман)

Я жизнь свою до половины прожил,
Когда попал вглубь этой сельвы хмурой,
И выход из неё был невозможен.

(Владимир Лемпорт)

Достигнув половины жизненного пути,
я очутился в дремучем лесу,
ибо я потерял настоящую дорогу.

(Владимир Чуйко)

Песнь III, 9[править]

Lasciate ogni speranza, voi ch’entrate.

(Dante Alighieri)

Оставь надежду всяк, сюда идущий!

(Дмитрий Мин)

Входящие, оставьте упованья.

(Михаил Лозинский)

Оставь надежду, чрез меня идущий.

(Александр Илюшин)

Оставь надежду, всяк сюда входящий.

(Alexandre Bagramian)

Разное[править]

De vulgari eloquentia, 1577
  • Каждый должен брать на свои плечи труд, соразмерный его силам, так как если тяжесть его окажется случайно чрезмерной, то он может поневоле упасть в грязь.
  • Нет большей муки, чем воспоминание в несчастье о счастливом времени.
  • Корыстолюбие — искусственная нищета.
  • Тысячелетие в сравнении с вечностью более короткий период, чем мгновение ока в сравнении с движением самого медленного небесного тела, вращающегося в бесконечном пространстве.

Цитаты о Данте[править]

  •  

Слава Данте будет вечной, потому что его никто никогда не читает.[1]

  Вольтер
  •  

Жил беспокойный художник
В мире лукавых обличий,
Грешник, развратник, безбожник,
Но он любил Беатриче.
Тайные думы поэта
В сердце его прихотливом
Стали потоками света,
Стали шумящим приливом.
Музы, в сонете-брильянте
Странную тайну отметьте:
Спойте мне песню о Данте
И Габриеле Россети.[2]

  Николай Гумилёв, «Музы, рыдать перестаньте...» (из цикла «Беатриче»), 1910
  •  

Таким образом, вещь возникает как целокупность в результате единого дифференцирующего порыва, которым она пронизана. Ни одну минуту она не остается похожа на себя самое. Если бы физик, разложивший атомное ядро, захотел его вновь собрать, он бы уподобился сторонникам описательной и разъяснительной поэзии, для которой Дант на веки вечные чума и гроза.
Если б мы научились слышать Данта, мы бы слышали созревание кларнета и тромбона, мы бы слышали превращение виолы в скрипку и удлинение вентиля валторны. И мы были бы слушателями того, как вокруг лютни и теорбы образуется туманное ядро будущего гомофонного трехмастного оркестра.[3]

  Осип Мандельштам, «Разговор о Данте», 1933
  •  

Судьи важно мантии напялили,
Покопались по архивным данным.
Дело сочинителя опального
Увенчалось полным оправданьем.
Так в законах строгие педанты
Реабилитировали Данте!
На фронтонах зданий гордый профиль!
Сколько неутешных слез он пролил
За вот эти лет шестьсот-семьсот…
Годы пылью сыпались трухлявой.
Он давно достиг уже высот
Мировой несокрушимой славы.
Где-нибудь на стыке шумных улиц
В небольшом пыльно̀-зеленом сквере
Он стоял, на цоколе сутулясь,
Осуждённый Данте Алигьери.[4]

  Иван Елагин, «Невозвращенец», 1967

Примечания[править]

  1. цит. по И. Н. Голенищев-Кутузов. Творчество Данте и мировая культура., М. 1971, с.356
  2. Н. Гумилёв. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. Большая серия. — Л.: Советский писатель, 1988 г.
  3. Мандельштам О.Э. Слово и культура. — Москва, «Советский писатель», 1987 г.
  4. Елагин И. В. Собрание сочинений в двух томах. — Москва, «Согласие», 1998 г.