Роберт Шуман

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску
Роберт Шуман
Логотип Википедии

Ро́берт Шу́ман (нем. Robert Schumann; 1810 — 1856) — немецкий композитор, дирижёр, музыкальный критик, педагог.

Цитаты[править]

  • Вокруг цепи правил всегда должна виться серебряная нить фантазии.
  • Играй всегда так, будто тебя слушает артист.
  • Кто не играет вместе с фортепьяно, не играет и на нём.
  • Пальцы должны создавать на рояле то, чего хочет голова, — а не наоборот.
  • Сластями, печеньями и конфетами нельзя вырастить из детей здоровых людей. Подобно телесной пище, духовная тоже должна быть простой и питательной.
  • Талант работает, гений творит.
  • Без энтузиазма в искусстве не создаётся ничего настоящего.
  • Меня интересует всё, что происходит в мире: политика, литература, люди. Обо всём я размышляю на свой лад, и потом это ищет выражения и выливается в музыке[1].

Советы юному музыканту[править]

Жизненные Правила Для Музыкантов (Роберт Шуман, 1850)

  • Развитие слуха — это самое важное. Старайся с юных лет распознавать тоны и лады. Колокол, стекольная рама, кукушка, — прислушайся, какие звуки они издают.
  • Играй усердно гаммы и другие упражнения для пальцев. Но есть много людей, которые полагают, что этим все и достигается, которые до глубокой старости ежедневно проводят многие часы за техническими упражнениями. Это приблизительно то же самое, что ежедневно читать азбуку вслух и стараться делать это все быстрее и быстрее. Употребляй свое время с большей пользой.
  • Играй ритмично! Игра некоторых виртуозов похожа на походку пьяного. Не бери с них примера!
  • Изучи как можно раньше основные законы гармонии.
  • Не бойся слов: теория, гармония, контрапункт и т. п.; они встретят тебя приветливо, если ты поступишь так же.
  • Никогда не колоти по клавишам! Играй со смыслом и не останавливайся на половине пьесы.
  • Тянуть и спешить — одинаково большие ошибки.
  • Старайся играть легкие пьесы хорошо и выразительно; это лучше, чем посредственно исполнять трудные.
  • Всегда проявляй заботу о чистоте настройки твоего инструмента.
  • Необходимо, чтобы пьесой овладели не только пальцы, ты должен уметь также напевать ее про себя без помощи инструмента. Обостряй свое воображение настолько, чтобы ты мог удержать в памяти не одну лишь мелодию, но также и сопровождающую ее гармонию.
  • Даже если ты не обладаешь хорошим голосом, старайся петь с листа без помощи инструмента; таким образом, ты разовьешь свой слух. Если же у тебя красивый голос, не медли ни минуты и развивай его; рассматривай это как прекраснейший дар, которым тебя наделило небо.
  • Играй всегда так, как будто тебя слушает великий художник. Когда ты играешь, не беспокойся о том, кто тебя слушает.
  • Если тебе предложат сыграть с листа незнакомое сочинение, то сначала пробеги его предварительно глазами, в полном его объеме.
  • Когда будешь постарше, не играй модных сочинений. Время дорого. Надо иметь сто человеческих жизней, чтобы познакомиться только со всем хорошим, что существует на свете.
  • Весь хлам пассажей имеет преходящее значение; техника обладает ценностью только там, где она служит высшим целям.
  • Не распространяй плохих сочинений; старайся всячески преграждать им путь к известности.
  • Ты не должен ни играть плохие сочинения, ни слушать их, если только тебя к этому не принуждают.
  • Не стремись к блеску исполнения. Старайся, чтобы музыка произвела то впечатление, которое имел в виду автор; большего не надо; все, что сверх этого, — искажение.
  • Считай безобразием что-либо менять в сочинениях хороших композиторов, пропускать или, чего доброго, присочинять к ним новомодные украшения. Это величайшее оскорбление, какое ты можешь нанести искусству.
  • Выбирая пьесы для работы, советуйся со старшими; ты этим сбережешь себе много времени.
  • Постепенно знакомься с сочинениями известных композиторов.
  • Не обольщайся успехом, который часто завоевывают так называемые большие виртуозы.
  • Одобрение художников пусть будет для тебя ценнее признания целой толпы.
  • Все модное выходит из моды; если ты будешь гнаться за модой, то, состарившись, будешь никому не внушающим уважения франтом.
  • Много играть в обществе скорее вредно, чем полезно.
  • Но никогда не упускай возможности участвовать в совместной игре в дуэтах, трио и т. п. Это сделает твою игру полной жизни, осмысленной. Чаще аккомпанируй певцам.
  • Если бы все хотели играть первую скрипку, нельзя было бы составить оркестра. Уважай поэтому каждого музыканта на его месте.
  • Люби свой инструмент, но в своем тщеславии не считай его высшим и единственным. Помни, что существуют другие и столь же прекрасные. Помни и о существовании певцов; не забудь, что самое высокое в музыке находит свое выражение в хоре и оркестре.
  • Когда подрастешь, общайся больше с партитурами, чем с виртуозами.
  • Играй усердно фуги больших мастеров, особенно И. С. Баха. «Хорошо темперированный клавир» должен быть твоим хлебом насущным. Тогда ты безусловно станешь основательным музыкантом.
  • Ищи среди своих товарищей таких, которые знают больше, чем ты.
  • У певцов и певиц можно многому научиться, но и не во всем доверяй им.
  • Пой усердно в хоре, особенно средние голоса. Это сделает из тебя хорошего музыканта.
  • Но что, значит, быть музыкальным? Ты не музыкален, если, боязливо уставившись глазами в ноты, с трудом доигрываешь свою пьесу; ты не музыкален, если в случае, когда кто-нибудь нечаянно перевернет тебе сразу две страницы, — остановишься и не сможешь продолжать. Но ты музыкант, если в новой пьесе приблизительно догадываешься, что будет дальше, а в знакомой уже знаешь это наизусть, — словом, когда музыка у тебя не только в пальцах, но и в голове, и в сердце.
  • Но как стать музыкальным? Милое дитя, главное острый слух, быстрая восприимчивость — дается, как и все, свыше. Но способности можно развивать и совершенствовать. Ты не станешь музыкальным, если, отшельнически уединяясь, целыми днями будешь заниматься техническими упражнениями; ты приблизишься к цели, если будешь поддерживать живое, многостороннее общение с музыкантами, и, в частности, если будешь постоянно иметь дело с хором и оркестром.
  • Изучай с юных лет пределы и свойства человеческого голоса в его четырех видах; особенно прислушивайся к голосам в хоре; выясни, в каких регистрах они обладают наибольшей силой, в каких им доступны выражения мягкости и нежности.
  • Прислушайся внимательно ко всем народным песням; это целая сокровищница прекраснейших мелодий, они откроют тебе глаза на характер различных народов.
  • Как можно раньше примечай звук и характер различных инструментов, старайся запечатлеть в своем слухе их своеобразную звуковую окраску.
  • Никогда не упускай случая послушать хорошую оперу.
  • Не суди о сочинении, прослушав его один раз: то, что тебе понравится в первый момент, не всегда самое лучшее. Мастера требуют глубокого изучения. Многое станет тебе ясным лишь в зрелом возрасте.
  • Кто-то утверждал, что хороший музыкант должен уметь представить себе впервые услышанное даже сложное оркестровое произведение в виде партитуры. Это высшее совершенство, какое себе можно представить.
  • Нет конца учению.

Цитаты о Шумане[править]

  •  

...я берусь в течение трёх лет сделать из Вашего сына Роберта, при его таланте и фантазии, одного из величайших современных пианистов, который будет играть воодушевлённее и теплее, чем Мошелес, и великолепнее, чем Гуммель.[2]

  — Фридрих Вик, из письма матери Роберта Шумана от 9 августа 1830 года
  •  

В этот вечер Клара Шуман исполняла фортепьянный квартет своего мужа, его «Крейслериану» и некоторые другие вещи. На нас, слушателей, она произвела сильное впечатление, хотя к тому времени мы уже начали привыкать к виртуозным пианисткам. <...> Весь вечер Шуман был по-всегдашнему молчалив и угрюм. Он очень мало разговаривал, на вопросы графов Виельгорских и самого́ хозяина А.Ф.Львова он лишь тихо что-то промычал в ответ. Со знаменитым скрипачом Моликом, только за несколько дней до того приехавшим в Петербург, у него завязалось, правда, нечто вроде разговора, но почти шёпотом и безо всякого оживления. Шуман всё больше сидел в углу, около фортепьяно (в середине зала стояли пюпитры для исполнявшегося в тот день октета Мендельсона); он сидел, нагнувши голову, волосы у него свесились на лицо; выражение было сурово-задумчивым, губы будто насвистывают. С Шуманом, каким я видел его в тот вечер, совершенно сходен лепной медальон в натуральную величину скульптора Дондорфа. Клара Шуман была немного поразговорчивее и отвечала за мужа. В игре на фортепьяно она показала себя большой артисткой, с мужской энергией и женским инстинктом в понимании и исполнении, хотя ей всего 25-26 лет. Но едва ли можно назвать её женщиной грациозной и симпатичной. По-французски они оба говорят с немецким акцентом, по-немецки — как истинные лейпцигцы.[2]

  — Юрий Арнольд, из мемуаров 1844 года
  •  

Вкусы кружка тяготели к Глинке, Шуману и последним квартетам Бетховена...

  Николай Римский Корсаков, «Летопись моей музыкальной жизни»
  •  

Я уже говорил об общем направлении вкуса Балакирева и друзей, очевидно, бывших под его безграничным влиянием. Прибавлю к этому, что мелодическое творчество, под влиянием сочинений Шумана, было в то время в немилости.

  Николай Римский Корсаков, «Летопись моей музыкальной жизни»
  •  

...Но зато у Шумана и Брамса была одна целая жена на двоих. Или это я ослышался? [3]

  Юрий Ханон, «Тусклые беседы»

Источники[править]

  1. Дэниел Хоуп «Когда можно аплодировать?» = Wann Darf Ich Klatschen? / В. Седельник. — М., Владимир: АСТ; Астрель; ВКТ, 2010. — С. 67. — 320 с. — ISBN 978-5-17-068478-6
  2. 2,0 2,1 «Если бы Шуман вёл дневник», Будапешт, типография Франклин, 1966 год, стр.46 и 154-155
  3. Юрий Ханон, «Тусклые беседы» (цикл статей, еженедельная страница музыкальной критики), газета «Сегодня», СПб, апрель-октябрь 1993 г.