Сократ

Материал из Викицитатника
Перейти к: навигация, поиск
Socrates Louvre.jpg

Сокра́т (др.-греч. Σωκράτης, ок. 469—399 г. до н. э.) — древнегреческий философ, учение которого знаменует переход в греческой философии от рассмотрения природы и мира к рассмотрению человека.

В этой статье представлены аналитические и биографические материалы о Сократе, его философии и жизни. Мнения и импровизации писателей и поэтов о Сократе как явлении можно прочесть в статье «Сократ в художественной литературе».

Цитаты[править]

  •  
 

ἓν οἶδα ὅτι οὐδὲν οἶδα

  — Знаменитый парафраз Сократа

По Платону[править]

  •  

«Желать вам всякого добра — я желаю, о мужи афиняне, и люблю вас, а слушаться буду скорее бога[комм. 1], чем вас, и, пока есть во мне дыхание и способность, не перестану философствовать, уговаривать и убеждать всякого из вас, кого только встречу, говоря то самое, что обыкновенно говорю: о лучший из мужей, гражданин города Афин, величайшего из городов и больше всех прославленного за мудрость и силу, не стыдно ли тебе, что ты заботишься о деньгах, чтобы их у тебя было как можно больше, о славе и о почестях, а о разумности, об истине и о душе своей, чтобы она была как можно лучше, — не заботишься и не помышляешь?» — Ответ Сократа на гипотетическое предложение отпустить с условием оставить философию. (Перевод М. С. Соловьёва.)

  — «Апология Сократа»
  •  

— Я, – сказал Агафон, – не в силах спорить с тобой, Сократ. Пусть будет по-твоему.
— Нет, милый мой Агафон, ты не в силах спорить с истиной, а спорить с Сократом дело нехитрое. — «Пир» (201c)

  •  

Гораздо больше риска в приобретении знании, чем в покупке съестного. — Сократ наставляет Гиппократа («Протагор» (314с)

По Ксенофонту[править]

  •  

Разве вся моя жизнь не была подготовкой к защите? — Согласно Ксенофонту, перед началом суда над Сократом один из его друзей спросил: "Не следует ли подумать тебе и о том, что говорить в свою защиту?" Сократ отвечал: "А разве <...> вся моя жизнь не была подготовкой к защите?" ("Апология Сократа". "Защита Сократа на суде", 3).

По Диогену Лаэртскому[1][править]

  •  

Если бы меня лягнул осёл, разве стал бы я подавать на него в суд? — В ответ на пинки во время уличных споров.

  •  

Что я понял — прекрасно; чего не понял, наверное, тоже: только, право, для такой книги нужно быть делосским ныряльщиком. — Ответ Еврипиду о сочинении Гераклита.

  •  

Сколько же есть вещей, без которых можно жить! — При осмотре множества рыночных товаров.

  •  

Лучше всего ешь тогда, когда не думаешь о закуске, и лучше всего пьёшь, когда не ждёшь другого питья: чем меньше человеку нужно, тем ближе он к богам.

  •  

Я ем, чтобы жить, а другие люди живут, чтобы есть.

  •  

Это удивительно: всякий человек без труда скажет, сколько у него овец, но не всякий сможет назвать, скольких он имеет друзей, — настолько они не в цене.

  •  

Есть одно только благо — знание и одно только зло — невежество. Богатство и знатность не приносят никакого достоинства — напротив, приносят лишь дурное.

  •  

Мой демоний [комм. 2] предсказывает мне будущее.

  •  

Ничего сверх меры. — Ответ на вопрос одного юноши, в чем добродетель.

  •  

Делай, что хочешь, — всё равно раскаешься. — Ответ на вопрос одного человека, жениться тому или нет.

  •  

Надо принимать даже насмешки комиков: если они поделом, то это нас исправит, если нет, то это нас не касается

  •  

Сварливая жена для меня — то же, что норовистые кони для наездников: как они, одолев норовистых, легко справляются с остальными, так и я на Ксантиппе учусь обхождению с другими людьми.

  •  

— Ты умираешь безвинно, — говорила ему жена; он возразил:
— А ты бы хотела, чтобы заслуженно? — После смертного приговора.

  •  

Неужели мой собственный плащ годился, чтобы в нем жить, и не годится, чтобы в нем умереть? — В ответ на предложение Аполлодора надеть его прекрасный плащ перед смертью.

  •  

Сам Сократ, говорят, послушав, как Платон читал «Лисия», воскликнул: «Клянусь Гераклом! сколько же навыдумал на меня этот юнец!» — ибо Платон написал много такого, чего Сократ вовсе не говорил. — Кн. III

Из «Пчелы»[править]

  •  

Подобает основанию дома и корабля быть крепким, но также и дела началу справедливым и верным быть.

  •  

Вот увидел ученика своего, отдающего силы пашне, а к учению нерадивого, и сказал: «Берегись, друг, если только пашню хочешь возделать, а душу пустынной оставишь и необработанной».

  •  

Когда рассуждаешь, подумай о прежде бывшем и сравни его с нынешним; и все, что не явно, явным сразу окажется.

  •  

Этот, увидев врата Коринфа прочно замкнутыми, сказал: «Разве женщины здесь живут?»

  •  

Этот, спрошенный, кто тайну может хранить, отвечал: «Тот, кто уголь горячий держать на языке сумеет».

  •  

Этот, спрошенный, что заботит хороших, сказал: «Слава плохих».

  •  

Этот, спрошенный, какой город хорошо живет, отвечал: «В котором живут по закону, а несправедливых наказывают».

  •  

Лучше мужественно умереть, чем жить в позоре.

Цитаты о Сократе[править]

  •  

Сократ превыше всех своею мудростью.[2]Ответ дельфийской пифии на вопрос Херефонта, есть ли кто на свете мудрее Сократа.

  •  

Более всего, по-моему, он [Сократ] похож на тех силенов, какие бывают в мастерских ваятелей и которых художники изображают с какой-нибудь дудкой или флейтой в руках [комм. 3]. Если раскрыть такого силена, то внутри у него оказываются изваяния богов. Так вот, Сократ похож, по-моему, на сатира Марсия. Что ты сходен с силенами внешне, Сократ, этого ты, пожалуй, и сам не станешь оспаривать. А что ты похож на них и в остальном, об этом послушай. <...>
...и речи его больше всего похожи на раскрывающихся силенов. В самом деле, если послушать Сократа, то на первых порах речи его кажутся смешными: они облечены в такие слова и выражения, что напоминают шкуру этакого наглеца сатира. На языке у него вечно какие-то вьючные ослы, кузнецы, сапожники и дубильщики, и кажется, что говорит он всегда одними и теми же словами одно и то же, и поэтому всякий неопытный и недалекий человек готов поднять его речи на смех. Но если раскрыть их и заглянуть внутрь, то сначала видишь, что только они и содержательны, а потом, что речи эти божественны, что они таят в себе множество изваяний добродетели и касаются множества вопросов, вернее сказать, всех, которыми подобает заниматься тому, кто хочет достичь высшего благородства. — Похвальная речь Алкивиада на пиру у Агафона.

  Платон «Пир»
  •  

Сократ сперва ходил, потом сказал, что ноги тяжелеют, и лёг на спину: так велел тот человек. Когда Сократ лёг, он ощупал ему ступни и голени и немного погодя — ещё раз. Потом сильно стиснул ему ступню спросил, чувствует ли он. Сократ отвечал, что нет. После этого он снова ощупал ему голени и, понемногу ведя руку вверх, показывал нам, как тело стынет и коченеет. Наконец прикоснулся в последний раз и сказал, что когда холод подступит к сердцу, он отойдёт.
Холод добрался уже до живота, и тут Сократ раскрылся — он лежал, закутавшись, — и сказал (это были его последние слова):
— Критон, мы должны Асклепию петуха. Так отдайте же, не забудьте.
— Непременно, — отозвался Критон. — Не хочешь ли ещё что-нибудь сказать?
Но на этот вопрос ответа уже не было. Немного спустя он вздрогнул, и служитель открыл ему лицо: взгляд Сократа остановился. Увидев это, Критон закрыл ему рот и глаза.
Таков, Эхекрат, был конец нашего друга, человека — мы вправе это сказать — самого лучшего из всех, кого нам довелось узнать на нашем веку, да и вообще самого разумного и самого справедливого.[3]Смерть Сократа по Платону.

  — Платон «Федон»
  •  

...Сократ исследовал нравственные добродетели и первый пытался давать их общие определения (ведь из рассуждавших о природе только Демокрит немного касался этого и некоторым образом дал определения теплого и холодного; а пифагорейцы — раньше его — делали это для немногого, определения чего они сводили к числам, указывая, например, что такое удобный случай, или справедливость, или супружество. Между тем Сократ с полным основанием искал суть вещи, так как он стремился делать умозаключения, а начало для умозаключения — это суть вещи: ведь тогда еще не было диалектического искусства, чтобы можно было, даже не касаясь сути, рассматривать противоположности, а также познает ли одна и та же наука противоположности; и в самом деле, две вещи можно по справедливости приписывать Сократу — доказательства через наведение и общие определения: и то и другое касается начала знания). Но Сократ не считал отделенными от вещей ни общее, ни определения. Сторонники же идей [комм. 4] отделили их и такого рода сущее назвали идеями, так что, исходя почти из одного и того же довода, они пришли к выводу, что существуют идеи всего, что сказывается как общее, и получалось примерно так как если бы кто, желая произвести подсчет, при меньшем количестве вещей полагал, что это будет ему не по силам, а увеличив их количество, уверовал, что сосчитает.[4]

  Аристотель
  •  

Перед нами переполненный зрителями амфитеатр; «Облака» Аристофана отравляют толпу ядом остроумного издевательства. Со сцены осмеивают — и с нравственной, и с физической стороны — замечательнейшего мужа Афин, спасшего народ от тридцати тиранов, спасшего в пылу битвы Алкивиада и Ксенофонта, осмеивают Сократа, воспарившего духом выше богов древности. Сам он тоже в числе зрителей. И вот, он встаёт с своего места и выпрямляется во весь рост, — пусть видят хохочущие Афиняне, похожа ли на него карикатура. Твёрдо, несокрушимо стои́т он, возвышаясь надо всеми.
Сочная, зёленая, ядовитая цикута! Тебе служить эмблемою Афин, а не оливковой ветви!

  Ганс Христиан Андерсен, «Тернистый путь славы», 1855
  •  

Кто этот человек, дерзающий в одиночку отрицать греческую сущность, которая в лице Гомера, Пиндара и Эсхила, Фидия, Перикла, Пифии и Диониса неизменно вызывает в нас чувства изумления и преклонения, как глубочайшая бездна и недостижимая вершина?

  Фридрих Ницше «Рождение трагедии, или эллинство и пессимизм»
  •  

Сограждане приговорили Сократа к смерти. Ученики советовали маститому философу отправиться лучше путешествовать. Но тот отказался за старостью лет и стал пить цикуту, пока не умер.
Многие уверяют, что Сократа нельзя ни в чём винить, потому-де, что он весь целиком был выдуман своим учеником Платоном. Другие замешивают в эту историю и жену его Ксантиппу (398 г. до Р. Х.)

  Тэффи, «Всеобщая история, обработанная Сатириконом: Греция» 1909
  •  

Ученики Сократа распадаются на две довольно четко разграниченные группы: одни видели в нем учителя жизни, другие — вождя на пути философских исканий. [Каждый] брал у него то, в чем сам нуждался...[5]

  Фаддей Зелинский
  •  

Сократ вместе с софистами открыл новую эпоху истории античной философии, обратившись от космологии и натурфилософии к проблеме человека, и в частности к проблеме разума. В свое время это, несомненно, было чем-то вроде философской революции. А всякая революция требует героев и по необходимости должна идти на великие жертвы. Таким героем и такой жертвой как раз и оказался Сократ. Его постоянное стремление анализировать традиционные человеческие понятия, добиваться их ясности, стараться сохранить все лучшее и сокрушить все худшее в них естественно вызывало у многих его современников недоумение или боязнь, а некоторые даже испытывали ужас и испуг перед такого рода еще небывалым в Греции критицизмом.[6]

  А. Ф. Лосев
  •  

Цикута — всем смерть, одному — бессмертие.

  Ашот Наданян, 1990-е
  •  

Я бы обменял все свои технологии на встречу с Сократом.

 

I would trade all of my technology for an afternoon with Socrates.

  Стив Джобс[7]

Комментарии[править]

  1. Часто упоминаемый платоновским Сократом бог — некое божество, близкое к монотеистическому. (Прим. А.А.Тахо-Годи)
  2. Внутренний божественный голос, запрещающий человеку те или иные поступки: на него часто ссылается Сократ у Платона и Ксенофонта (Прим. ред.)
  3. Силены, или сатиры, в мастерских ваятелей – забавные смешные фигурки козлоногих спутников бога Диониса. В этих фигурках, состоящих из двух половинок и сделанных часто из дорогого материала, а иной раз из терракоты, хранились флаконы с ароматическими веществами, драгоценности или изваяния богов. О том, что Сократ действительно был похож на силена, упоминает в своем "Пире" Ксенофонт (IV 19). Сократ мудр, значит, он похож на мудрого сатира, или силена, Марсия (см.: т. 1, Евтидем, прим. 29 и Алкивиад I, прим. 9). Скрытая за безобразной внешностью силена мудрость Сократа, завораживающего своими речами, как флейтой, слушателей, – опять-таки блестящий пример создания Платоном выразительной символики. (Прим. А. А Тахо-Годи)
  4. Т. е. Платон.

Источники[править]

  1. Диоген Лаэртский. Жизнь, учения и изречения знаменитых философов. Кн. II.5 Сократ
  2. Диоген Лаэртский. Жизнь, учения и изречения знаменитых философов. Кн. II.5 Сократ
  3. Платон, диалог «Федон» в переводе С.П.Маркиша
  4. «Метафизика», кн. XIII, гл. 4
  5. Зелинский Ф. Ф. Древнегреческая литература эпохи независимости. 1919 г., ч. 1, с. 149.
  6. Платон. Собрание сочинений. Т. 1. СПб., 2006. С. 503
  7. Newsweek (29 October 2001)

См. также[править]