Перейти к содержанию

Англичане

Материал из Викицитатника
(перенаправлено с «Англичанин»)
Англичане
Статья в Википедии
Медиафайлы на Викискладе

Англичане — европейский народ германского происхождения, основное население Великобритании. Национальный язык — английский.

Англичане в прозе

[править]
У англичанина дом это его крепость
  •  

Не только Англия, но и каждый англичанин — остров.

  Новалис, 1799[1]
  •  

У англичанина дом это его крепость.

 

An Englishman's home is his castle

  — N.N.[источник?]
  •  

Англосакс преклоняется перед фактами и реальными требованиями жизни, и что бы с ним ни случилось, никогда не сваливает вину на правительство.

  Гюстав Лебон, «Психология социализма»
  •  

Сице бо звахуть ты варягы русь, яко се друзии зовутся свее, друзии же урмани, аньгляне, инѣи и готе, тако и си.

  Повесть временных лет
  •  

Пил он вовсе не так, как англичанин, который тотчас после обеда запирает дверь на крючок и нарезывается один.

  Николай Гоголь, «Невский проспект», 1834
  •  

Муромский. … Вот, пишут, какие урожаи у англичан, так — что ваши степные.
Расплюев (горячо). Англичане! хе, хе, хе! Помилуйте! да от кого вы это слышали? Какая там агрономия? все с голоду мрут — вот вам и агрономия. Ненавижу я, сударь, эту нацию… <…> При одной мысли прихожу в содрогание! Судите: у них всякий человек приучен боксу. А вы знаете, милостивый государь, что такое бокс?
Муромский. Нет, не знаю.
Расплюев. А вот я так знаю… Да! у них нет никакой нравственности! любовь к ближнему… гм, гм, нет, уж как с малолетства вот этому научат (делает жест рукой), так тут этакого ближнего любить не будешь. (Поправляет на себе фрак.) Нет, уж тут любви нет. Впрочем, и извинить их надо; ведь они потому такими и стали, что у них теснота, духота, земли нет, по аршину на брата не приходится: так поневоле стали друг друга в зубы поталкивать.
Муромский. Однако все изобретения; теперь фабрики, машины, пароходы…
Расплюев. Да помилуйте! это голод, это, батюшка, голод: голодом все сделаешь. Не угодно ли вам какого ни есть дурня запереть в пустой чулан, да и пробрать добре голодом, — посмотрите, какие будет штуки строить! Петр Константиныч! посмотрите вы сами, да беспристрастно, батюшка, беспристрастно. Что у нас коровы едят, а они в суп… ей-ей!

  Александр Сухово-Кобылин, «Свадьба Кречинского», 1854
  •  

Англичанин учится медленно, мало и поздно, с ранних лет пьет порт и шери, объедается и приобретает каменное здоровье; не делая школьной гимнастикинемецких Turner-Obungen, он скачет верхом через плетни и загородки, правит всякой лошадью, гребет во всякой лодке и умеет в кулачном бою поставить самый разноцветный фонарь. При этом жизнь введена в наезженную колею и правильно идет от известного рождения, известными аллеями к известным похоронам; страсти слабо ее волнуют. Англичанин теряет свое состояние с меньшим шумом, чем француз приобретает свое; он проще застреливается, чем француз переезжает в Женеву или Брюссель.[2]

  Александр Герцен, «Былое и думы» (часть шестая), 1864
  •  

Англичанка зевнула, переменила червячка и закинула удочку.
— Удивляюсь, брат, я немало! — продолжал Грябов. — Живет дурища в России десять лет, и хоть бы одно слово по-русски!.. Наш какой-нибудь аристократишка поедет к ним и живо по-ихнему брехать научится, а они… чёрт их знает! <…>
— Ну, перестань… Неловко… Что напал на женщину?
— Она не женщина, а девица… О женихах, небось, мечтает, чёртова кукла. И пахнет от нее какою-то гнилью… Возненавидел, брат, ее! Видеть равнодушно не могу! Как взглянет на меня своими глазищами, так меня и покоробит всего, словно я локтем о перила ударился. Тоже любит рыбу ловить. Погляди: ловит и священнодействует! С презрением на всё смотрит… Стоит, каналья, и сознает, что она человек и что, стало быть, она царь природы. А знаешь, как ее зовут? Уилька Чарльзовна Тфайс! Тьфу!.. и не выговоришь!
Англичанка, услышав свое имя, медленно повела нос в сторону Грябова и измерила его презрительным взглядом. С Грябова подняла она глаза на Отцова и его облила презрением. И всё это молча, важно и медленно.

  Антон Чехов, «Дочь Альбиона», 1883
  •  

Англичане очень дорого ценят время. «Время — деньги», говорят они, и потому своим портным вместо денег платят временем. Они постоянно заняты: говорят речи на митингах, ездят на кораблях и отравляют китайцев опиумом. У них нет досуга… Им некогда обедать, бывать на балах, ходить на рандеву, париться в бане. На рандеву вместо себя посылают они комиссионеров, которым дают неограниченные полномочия. Дети, рожденные от комиссионеров, признаются законными. Живет этот деловой народ в английских клубах, на английской набережной и в английском магазине. Питается английской солью[3] и умирает от английской болезни[4].

  Антон Чехов, «К характеристике народов», 1884
  •  

Каждый англичанин от рождения наделен некоей чудодейственной способностью, благодаря которой он и стал владыкой мира. Когда ему что-нибудь нужно, он нипочем не признается себе в этом. Он будет терпеливо ждать, пока в голове у него неведомо как не сложится твердое убеждение, что его нравственный христианский долг покорить тех, кто владеет предметом его вожделений… Он всегда найдет подходящую нравственную позицию. Как рьяный поборник свободы и национальной независимости, он захватывает и подчиняет себе полмира…
Он все делает из принципа: он сражается с вами из патриотического принципа; грабит вас из делового принципа; порабощает вас из имперского принципа; грозит вам из принципа мужественности; он поддерживает своего короля из верноподданнического принципа и отрубает своему королю голову из принципа республиканского. Его неизменный девиз — долг; и он всегда помнит, что нация, допустившая, чтобы ее долг разошелся с ее интересами, обречена на гибель.

  Бернард Шоу, «Избранник судьбы» (The Man of Destiny), 1895
  •  

Мы показываем, что англичане ещё умеют умирать отважно, сражаясь до конца. Станет известно, что мы выполнили своё задание, достигнув полюса, и сделали всё возможное, вплоть до самопожертвования, чтобы спасти больных сотоварищей. Я думаю, что это послужит примером для англичан будущего поколения и что родина должна помочь тем, кого мы оставляем оплакивать нас[5].
 — Из прощального письма сэру Джеймсу Барри, написанного на шельфовом леднике Росса.

 

We are showing that Englishmen can still die with a bold spirit, fighting it out to the end. It will be known that we have accomplished our object in reaching the Pole, and that we have done everything possible, even to sacrificing ourselves in order to save sick companions. I think this makes an example for Englishmen of the future, and

  Роберт Скотт
  •  

...наш народ предаётся пошлым развлечениям. А предаёмся мы пошлым развлечениям потому, что нас приучили к ним: британского рабочего на каждом шагу тянет к себе в трактир и футбольное поле; а британский джентльмен положительно принуждён тратить в юности свой досуг на игру в крикет и футбол, пока не войдёт в круг взрослых людей, <...> Как ни странно, но если исключить курение и азартные игры, то почти все свои развлечения англичанин свободно может разделить – и большей частью разделяет – со своим псом.[6]:268-269

  Бернард Шоу
  •  

Море плещет с чисто британской корректностью. На первом плане подстриженная и обихоженная лужайка, по которой прохаживаются фигурки важных империалистических англичан.
Но какое это великолепное место для работы! Нет шума, нет роялей, кроме прелестного механического фортепиано; нет музыкантов, рассуждающих о живописи, и живописцев, говорящих о музыке. [7]:104

 

The sea rolls with a wholly British correctness. There is a lawn combed and brushed on which little bits of important and imperialistic English frolic. But what a place to work! No noise, no pianos, except for the delicious mechanical pianos; no musicians talking about painting, no painters discussing music.

  Клод Дебюсси, 26 июля 1905, Истборн
  •  

— Три страшных напасти, постигших остров Британия?
— Желтая зараза, опустошившая остров при короле Мэлгоне, сыне Касваллона, нашествие саранчи, сожравшей все королевские припасы при Ллуде, сыне Бели, и англо-саксы, которые не покинули остров до сих пор.

  — Анна Коростелёва, «Школа в Кармартене», 2013
  •  

Никогда не доверяй англичанину.

 

Never trust an Englishman[8].

  Эдвард Резерфорд
  •  

Англичане поняли, что это шутка, засмеялись, подарили всем по пачке жевательной резинки.

  — Булычев К. Сто лет тому вперёд (1978)
  •  

А. М. Пушкин спрашивал путешествующего англичанина: правда ли, что изобрели в Англии машину, в которую вводят живого быка и полтора часа спустя подают из машины выделанные кожи, готовые бифстексы, гребенки, сапоги и проч. «Не слыхал, — простодушно отвечал англичанин, — при мне еще не было; вот уже два года, что я разъезжаю по твердой земле: может быть, эта машина изобретена без меня».

  П. А. Вяземский, «Старая записная книжка»
  •  

Летом в окрестностях Варшавы молодые барыни катались на лодке по большому озеру. Лодка покачнулась, и дамы попадали в воду. Англичанин, влюбленный в одну из них, увидя беду, тотчас кинулся с берега в озеро, нырнул и вытащил одну барыню; но, заметя, что это была не возлюбленная его, бросил ее опять в воду и нырнул еще раз, чтобы спасти настоящую.

  П. А. Вяземский, «Старая записная книжка»

Англичане в стихах

[править]
  •  

Наше море кормили мы тысячи лет
И поныне кормим собой,
Хоть любая волна давно солона
И солон морской прибой:
Кровь англичан пьёт океан
Веками — и всё не сыт.
Если жизнью надо платить за власть —
Господи, счёт покрыт!

 

We have fed our sea for a thousand years
   And she calls us, still unfed,
Though there's never a wave of all her waves
   But marks our English dead:
We have strawed our best to the weed's unrest
   To the shark and the sheering gull.
If blood be the price of admiralty,
   Lord God, we ha' paid in full!

  Редьярд Киплинг, «Песнь мёртвых»
  •  

Жгли англичане, жгли мою подругу,
на площади в Руане жгли ее.
Палач мне продал черную кольчугу,
клювастый шлем и мертвое копьё.[9]

  Владимир Набоков, «Жгли англичане, жгли мою подругу...», 1924
  •  

Великого народа злой
Соперник обречен на неуспех заране;
Героями всегда идут французы в бой,
Преступниками ― англичане.[10]

  Бенедикт Лившиц, «Взятие Тулона», 1934
  •  

«Скажи, скажи, что снова стала нашей
Кубань, Ростов и пламенный Донбасс».
«Скажи, что англичане от Ламанша
рванулись на Германию сейчас!»
Но как полынью горем сводки дышат.
Встань и скажи себе, с трудом дыша:
«Ты, может быть, еще не то услышишь,
и всё должна перенести душа.[11]

  Ольга Берггольц, «Август 1942 года», 1942

См. также

[править]

Источники

[править]
  1. «Пшекруй», № 843, с. 12
  2. А.И. Герцен, «Былое и думы» (часть шестая). Вольная русская типография и журнал «Колокол» (1866)
  3. Английская соль — слабительное средство
  4. Рахит.
  5. Скотт Р. Экспедиция к Южному полюсу. 1910—1912 гг. Прощальные письма / Пер. с англ. В. А. Островского, Под ред. М. Г. Деева. — Москва: Дрофа. — ISBN 978-5-358-0547
  6. Бернард Шоу «О музыке и музыкантах». — М.: Музыка, 1965. — 340 с. — 100 000 экз.
  7. Клод Дебюсси Избранные письма (сост. А.Розанов). — Л.: Музыка, 1986. — 286 с.
  8. Rutherford, Edward. New York. — London: Century, 2009. — 1026 с. — ISBN 978-1-8460-5196-8
  9. В. Набоков. Стихотворения. Новая библиотека поэта. Большая серия. СПб.: Академический проект, 2002 г.
  10. Б. Лившиц. «Полутороглазый стрелец». — Л.: Советский писатель, 1989 г.
  11. О. Ф. Берггольц. Избранные произведения. Библиотека поэта. Л.: Советский писатель, 1983 г.