Кали́на (лат.Viburnum) — крупный (насчитывающий более 150 видов) род низкорослых деревьев семейства Адоксовые. Большей частью, калина распространена в умеренной климатической зоне северного полушария. Несмотря на вошедшую в поговорки горечь, плоды калины используются в пищу и как лекарственное средство. Некоторые виды калины послужили для создания садовых красивоцветущих гибридов и сортов. Подмороженные зимние плоды теряют большую часть горечи. Их с удовольствием клюют птицы.
В определённом смысле, калина горькая является противоположностью сладкой малине. Также в поговорки и пословицы вошёл ярко-красный цвет ягод, резко выделяющихся на фоне зелени, и на снегу.
Подъезжают к самой реке Смородине, к калинову мосту. По всему берегу лежат кости человеческие.
Нашли братья пустую избушку и решили остановиться в ней.
— Ну, братцы, — говорит Иван, — заехали мы в чужедальнюю сторону, надо нам ко всему прислушиваться да приглядываться. Давайте по очереди на дозор ходить, чтоб чудо-юдо через калинов мост не пропустить.
— «Иван-крестьянский сын и чудо-юдо» (сказка)
Весь пол был устлан красной китайкой. В углу, под образами, на высоком столе лежало тело умершей, на одеяле из синего бархата, убранном золотою бахромою и кистями. Высокие восковые свечи, увитые калиною, стояли в ногах и в головах, изливая свой мутный, терявшийся в дневном сиянии свет. Лицо умершей было заслонено от него неутешным отцом, который сидел перед нею, обращённый спиною к дверям.
Катерина замолчала, потупивши очи в сонную воду; а ветер дёргал воду рябью, и весь Днепр серебрился, как волчья шерсть середи ночи.
<...> На берегу виднелось кладбище: ветхие кресты толпились в кучку. Ни калина не растет меж ними, ни трава не зеленеет, только месяц греет их с небесной вышины.
Вышиб два сахарные зуба палаш, рассёк надвое язык, разбил горловой позвонок и вошёл далеко в землю. Так и пригвоздил он его там навеки к сырой земле. Ключом хлынула вверх алая, как надречная калина, высокая дворянская кровь и выкрасила весь обшитый золотом жёлтый кафтан его.
Случился тут дьяк из нашей деревни, Семён Самуилыч — прозывался он. Дьяк как дьяк, борода клином, а нос толстый и красный как калина, сам длинный, и кафтан у него длинный. На затылке торчит тоненькая косичка, а под шляпой лысина во всю голову.
Минут с пять добирался он до освещенного окна. Он помнил, что там под самыми окнами есть несколько больших, высоких, густых кустов бузины и калины. Выходная дверь из дома в сад в левой стороне фасада была заперта, и он это нарочно и тщательно высмотрел проходя. Наконец достиг и кустов и притаился за ними. Он не дышал. «Переждать теперь надобно, — подумал он, — если они слышали мои шаги и теперь прислушиваются, то чтобы разуверились… как бы только не кашлянуть, не чихнуть…»
Он переждал минуты две, но сердце его билось ужасно, и мгновениями он почти задыхался. «Нет, не пройдёт сердцебиение, — подумал он, — не могу дольше ждать». Он стоял за кустом в тени; передняя половина куста была освещена из окна. «Калина, ягоды, какие красные!» — прошептал он, не зная зачем. Тихо, раздельными неслышными шагами подошел он к окну и поднялся на цыпочки. Вся спаленка Фёдора Павловича предстала пред ним как на ладони.
Наутро поднявшееся яркое солнце быстро съело тонкий ледок, подернувший воды, и весь тёплый воздух задрожал от наполнивших его испарений отжившей земли. Зазеленела старая и вылезающая иглами молодая трава, надулись почки калины, смородины и липкой спиртовой берёзы, и на обсыпанной золотым цветом лозине загудела выставленная облетавшаяся пчела.
— Видали? Что это? Женская шляпа! А там в углу видали? Что это? Женские калоши. А ежели бы я вас в тую комнату пустил, так бы вы такие поцелуи услышали, что разлюли малина-калина моя!
В роще девки гуляли
Калина ли моя, малина ли моя!
И весну прославляли.
Калина ли моя, малина ли моя!
Девку горесть морила,
Калина ли моя, малина ли моя!
Девка тут говорила:
Калина ли моя, малина ли моя!
«Я лишилася друга.
Калина ли моя, малина ли моя!
Вянь, трава чиста луга,
Калина ли моя, малина ли моя!
Не ломайте, люди, по лугам калины, —
По лугам калина Ганнина краса.
Не рвите, люди, по лугам тёрну, —
У лузи тёрен Ганнины очи.
Не косите, люди, по лугам травы, —
По лугам трава — Ганнина коса.
Ганна моя панна,
Моя ягода червонная![2]
Искал малину себе по чину,
Нашлась калина — и то одна.
Жевал рябину, и без причины
Осталась — одна бузина!.. Пусть жизнь горькая штука, Зато для желудка — наука.
