Перейти к содержанию

Прямая речь

Материал из Викицитатника
Брайан Андерсон

Пряма́я речь — дословное, точное высказывание (устное или письменное), введённое в окружающий авторский текст. В отличие от косвенной речи, передаёт индивидуальные и стилистические особенности речи того, чьё высказывание воспроизводится: диалектные черты, повторы, паузы, вводные слова и т. п. Прямая речь вводится без союзов, личных местоимений, глагольные формы обозначают отношение к лицу говорящего, например: «Ты говорил: „Вернусь поздно“». Для сравнения в косвенной речи: «Ты говорил, что вернёшься поздно».

Вместе с тем, понятие о прямой речи в дословном толковании может превратиться в метафору жёсткой правды, сказанной в лицо, без обиняков, комплиментов, околичностей и прочей речевой дипломатии.

Прямая речь в афоризмах и кратких высказываниях[править]

  •  

Меня упрекают за любовь к употреблению парабол. Я не спорю, прямая речь действительно лучше всяких приточных сказаний...[1]

  Николай Чернышевский, «Критика философских предубеждений против общинного владения (К вопросам по опостылому делу, статья первая)», 1858
  •  

Здесь есть и прямая речь об индивидуальном браке, но, кроме того, «посмеяние» над брошенными женщинами при коммунальном браке невозможно.[2]

  Михаил Владимирский-Буданов, «Обзор истории русского права», 1888
  •  

Прямая речь чувства иносказательна, и ее нечем заменить.[3]

  Борис Пастернак, «Охранная грамота», 1930
  •  

Единственная прямая речь, возможная и уместная в отношении Святыни, есть речь не о ней, а к ней...[4]

  Семён Франк, «Непостижимое», 1938
  •  

Наиболее типичный и распространенный вид изображённого, объектного слова ― прямая речь героев. Она имеет непосредственное предметное значение, однако не лежит в одной плоскости с авторской речью, а как бы в некотором перспективном удалении от нее.[5]

  Михаил Бахтин, «Проблемы поэтики Достоевского», 1963
  •  

...открытие в мировой классике: прямая речь самих персонажей экономит авторское слово…[6]

  Виктор Старков, Дневник, 2 декабря 1963
  •  

Прямая речь! Она ещё слетает
с январских губ...[7]

  Глеб Семёнов, «Встреча во время разлуки», 1964
  •  

...боюсь сказать, что важнее для произведения <...>. Одно неверное слово в прямой речи способно исказить образ.[8]

  Юрий Казаков, «Опыт, наблюдение, тон», 1968
  •  

Прямая речь! Покровы сняты.
Звучит основа и канва...[9]

  Юрий Карабчиевский, «Прямая речь! Покровы сняты...» (из цикла «Девять стихотворений»), 1973
  •  

Прямая речь пряма, как выстрел.
Эпитет тяжек, как свинец.[9]

  Юрий Карабчиевский, «Прямая речь! Покровы сняты...» (из цикла «Девять стихотворений»), 1973
  •  

...прямая речь в фильмеаккумулятор правды жизни![10]

  Семён Лунгин, «Виденное наяву», до 1996
  •  

...и в публицистике возможна прямая речь, и не забыли мы, как ставить тире перед абзацем...[11]

  Валерий Аграновский, «Вторая древнейшая». Беседы о журналистике. 1999
  •  

...именно прямая речь ― самая достоверная деталь воспоминаний. Остальное ― ощущения, они окрашены сегодняшним днем, а фразу из прошлого не окрасишь.[12]

  Алла Демидова, «Бегущая строка памяти», 2000
  •  

Прямая речь персонажей обладает <...> возможностями непосредственного и как бы особенно достоверного свидетельства их психологических состояний.[13]

  Ревекка Фрумкина, «Психолингвистика», 2001
  •  

В литературном произведении не говорят как в жизни, потому что литературная прямая речь организована. Она представляет собой художественную структуру...[13]

  Ревекка Фрумкина, «Психолингвистика», 2001

Прямая речь в философии, психологии, филологии и лингвистике[править]

  •  

Остальные стороны сознанья долговечны без замет. У них прямая дорога к воззрительным аналогиям света: к числу, к точному понятью, к идее. Но ничем, кроме движущегося языка образов, то есть языка сопроводительных признаков, не выразить себя силе, факту силы, силе, деятельной лишь в момент явленья. Прямая речь чувства иносказательна, и её нечем заменить.[3]

  Борис Пастернак, «Охранная грамота», 1930
  •  

...св. Иоанн от Креста говорит: даже ангелы тем яснее усматривают совершенную непостижимость Бога, чем глубже они улавливают Его существо. Единственная прямая речь, возможная и уместная в отношении Святыни, есть речь не о ней, а к ней ― о чём подробнее ниже. Философствование о самом Божестве, которое имело бы непосредственным «предметом» своего размышления Божество, невозможно ни в форме предметного познания, ни в форме самосознания.[4]

  Семён Франк, «Непостижимое», 1938
  •  

Наиболее типичный и распространенный вид изображённого, объектного слова ― прямая речь героев. Она имеет непосредственное предметное значение, однако не лежит в одной плоскости с авторской речью, а как бы в некотором перспективном удалении от нее. Она не только понимается с точки зрения своего предмета, но сама является предметом направленности как характерное, типичное, колоритное слово. Там, где есть в авторском контексте прямая речь, допустим, одного героя, перед нами в пределах одного контекста два речевых центра и два речевых единства: единство авторского высказывания и единство высказывания героя. Но второе единство не самостоятельно, подчинено первому и включено в него как один из его моментов.[5]

  Михаил Бахтин, «Проблемы поэтики Достоевского», 1963
  •  

...вещи без мира уже не отпускают нас в согласную тишину, значит не могут и привязать нас к себе, а мы не можем отпустить их и не можем допустить им быть тем, что они есть. Только в свободном согласии мира мы принимаем веши, не считая их ничем.
Здесь нужно сделать замечание о языке. Что слово говорит то, что оно говорит, и его надо отпустить так, чтобы оно говорило само, ― это, похоже, в нашей власти; больше того, такая прямая речь наш долг, если мы хотим, чтобы слово хранило правду. Что эон, полнота времени, значит мир («сыны века сего» в Евангелии ― то же, что «сыны мира сего»), не учреждено каким-то советом мудрецов так, что мы вот теперь можем извлекать из слова то, что в него было кем-то когда-то заложено. Слово говорит само без того, чтобы в него вкладывали механизм.[14]

  Владимир Бибихин, «Мир», 1995
  •  

Среди всех средств литературного изображения человека (его наружность, обстановка, жесты, поступки, переживания, относящиеся к нему события) особое место принадлежит внешней и внутренней речи действующих лиц. Все остальное, что сообщается о персонаже, не может быть дано непосредственно; оно передается читателю в переводе на язык слов. Только строя речь человека, писатель пользуется той же системой знаков, и средства изображения тождественны тогда предмету изображения (слово, изображённое словом). Прямая речь персонажей обладает поэтому возможностями непосредственного и как бы особенно достоверного свидетельства их психологических состояний. Реализм XIX в. предложил читателям героев, которые разговаривают как в жизни. Такова установка ― очень существенная для всей поэтики реализма.[13]

  Ревекка Фрумкина, «Психолингвистика», 2001
  •  

В литературном произведении не говорят как в жизни, потому что литературная прямая речь организована. Она представляет собой художественную структуру, подчиненную задачам, которых не знает подлинная разговорная речь. Любое ― даже самое натуралистическое ― изображение прямой речи условно (в большей или меньшей степени). Уже в диалогах персонажей романов XIX в. нередко фиксировались признаки устной речи: отрывочность, повторения, инверсии, пропуски смысловых звеньев, отклонения от грамматических правил.[13]

  Ревекка Фрумкина, «Психолингвистика», 2001
  •  

В документальной прозе ― как и в художественной ― прямая речь выступает в самых разных формах, видоизменявшихся вместе с литературными методами. <…> Мемуарная и документальная литература, а тем более литература вымысла, не воспроизводит устную речь ― она ее моделирует. И конечно, не только ее синтаксический строй и лексическую окраску, но и смысловую направленность ― ее целевые установки и психологические мотивы. Литература по-разному решает задачи освоения и претворения психологической материи разговора.[13]

  Ревекка Фрумкина, «Психолингвистика», 2001

Прямая речь в критике и публицистике[править]

  •  

Меня упрекают за любовь к употреблению парабол. Я не спорю, прямая речь действительно лучше всяких приточных сказаний; но против собственной натуры и, что еще важнее, против натуры обстоятельств идти нельзя, и потому я останусь верен своему любимому способу объяснений.[1]

  Николай Чернышевский, «Критика философских предубеждений против общинного владения (К вопросам по опостылому делу, статья первая)», 1858
  •  

Переяславская летопись, на которую иногда ссылаются особенно, есть произвольная перефразировка первоначальной летописи, сама обличающая позднейшие христианские воззрения автора; он рассказывает, что древние славяне браков не возлюбили, но сходились на игрища, где происходило физическое сближение полов, после чего некоторых из женщин мужчины брали за себя замуж, а других «поругавше» оставляли на посмеяние до смерти. Здесь есть и прямая речь об индивидуальном браке, но, кроме того, «посмеяние» над брошенными женщинами при коммунальном браке невозможно.[2]

  Михаил Владимирский-Буданов, «Обзор истории русского права», 1888
  •  

Между тем я боюсь сказать, что важнее для произведения ― авторская речь или язык персонажей. Одно неверное слово в прямой речи способно исказить образ.[8]

  Юрий Казаков, «Опыт, наблюдение, тон», 1968
  •  

Диалогов в книге нет. Только слова, когда-то произнесённые в моём присутствии. Прямая речь, если она попадается, не моя уступка развлекательности, она либо была мне передана свидетелем, либо взята мною из мемуарной литературы. Но главным образом прямую речь я передавала косвенно.[15]

  Нина Берберова, «Железная женщина» (предисловие), 1980
  •  

Кстати, техника применения «живой речи» у нас, журналистов, тем более у публицистов несколько иная, чем у прозаиков. Мы реже пользуемся прямой речью, начиная с тире и щедрого абзаца, ― и места жалко, и, кажется, вроде бы теряем в публицистичности. Чаще мы вводим чужие речевые обороты в собственный авторский текст, взяв их в кавычки и иллюстрируя факт существования героя, его манеру выражать свои мысли. Я, например, пытаюсь делать это так: не «ввожу» героя в текст, могу даже не упомянуть его в каком-то отрывке, лишь кавычками отмечаю его фразы, но у читателя, надеюсь, не бывает сомнений в том, кому эти фразы принадлежат. Разумеется, и в публицистике возможна прямая речь, и не забыли мы, как ставить тире перед абзацем, но я говорю еще об одной возможности сохранять речевую характеристику героев, экономя при этом дорогую газетную площадь.[11]

  Валерий Аграновский, «Вторая древнейшая». Беседы о журналистике. 1999

Прямая речь в мемуарах, письмах и дневниковой прозе[править]

  •  

Тургеневписатель очень тонко чувствующий (именно чувствующий) общественные отношения. Его типы не чеканны, как каменные столбы Гончарова, от них остается скорее настроение, глубоко западающее в душу, чем образ, остающийся достоянием ума. Его тонкий язык, реалистично схваченная прямая речь, как мне кажется, ещё не превзойдён в русской литературе.[16]

  Давид Самойлов, «Подённые записи», 1937
  •  

У букинистов мы с Зоей купили Пруста «В поисках утраченного времени»… «Поток сознания» ― без всяких знаков препинания на всю страницу… Конечно, это открытие в мировой классике: прямая речь самих персонажей экономит авторское слово…[6]

  Виктор Старков, Дневник, 2 декабря 1963
  •  

«...Я бы издавала мемуары с эпиграфом: «Ну как, брат Пушкин? ― Да так, брат, так как-то всё…» Бич воспоминаний ― прямая речь. На самом деле мы помним очень мало реплик собеседника точно так, как они были произнесены. А ведь только они дают такое живое впечатление от человека, которое ничем нельзя заменить».[17]

  Анатолий Найман, Рассказы о Анне Ахматовой, 1987
  •  

Конечно, я привожу его рассуждения не дословно: прямая речь в воспоминаниях почти всегда придумана мемуаристами.[18]

  Дмитрий Лихачёв, Воспоминания, 1995
  •  

...тогда, после просмотра чуть ли не первого материала по картине «Мичман Панин», пылая гневом, побежали мы с Ильей из просмотрового зала в кабинет Ромма ― жаловаться. Шутка ли, в эпизодах «Выпуск молодых офицеров флота, окончивших училище» начальник курса судовых механиков в ответ на вопрос адмирала касательно поведения мичмана Панина отвечал: «Выше всяческих похвал!» Представьте себе! Вы только вообразите, пожалуйста, он сказал не «выше всяких похвал», как было написано в сценарии, а «выше всяческих». Так не говорили в то время!.. Это слово ― всяческих ― напрочь разрушает весь лексический строй сценария, и мы… Да и кто, как не мы, Михаил Ильич, должны следить за чистотой реплик, ведь прямая речь в фильме ― аккумулятор правды жизни! Мы просим переозвучить этот план! Пожалуйста, Михаил Ильич, помогите! А если нельзя переозвучить, то необходимо переснять…[10]

  Семён Лунгин, «Виденное наяву», до 1996
  •  

...в любом случае Сашу соблазнила слава душеловца и душемутителя, мелкого беса, литературного надувалы, «вселенского учителя», краснобая-демагога: последнюю свою книгу он демонстративно озаглавил «Прямая речь»[19] ― в ней и в самом деле преобладала прямая, а не поэтическая речь, императив, а не медитация, ораторского пафоса в ней больше, чем душевных примет, к которым когда-то Саша был способен.[20]

  Владимир Соловьев, «Три еврея, или Утешение в слезах», 1998
  •  

Ахматова писала, что не верит, когда в воспоминаниях появляется прямая речь. А мне кажется, что в памяти иногда очень точно фиксируется какая-то фраза или ответ. И именно прямая речь ― самая достоверная деталь воспоминаний. Остальное ― ощущения, они окрашены сегодняшним днем, а фразу из прошлого не окрасишь.[12]

  Алла Демидова, «Бегущая строка памяти», 2000

Прямая речь в беллетристике и художественной прозе[править]

  •  

Евдоким Егорыч Стыров (мужчина, 50-летний, 1831, очень богатый человек). Быстрые перемены в лице ― то оно как будто завянет, то вдруг оживится и осветится; порывистые движения, короткое, судорожное пожатие руки при встрече; прямая речь, без всякого жеманства, и почти детская откровенность.[21]

  Александр Николаевич Островский, «Невольницы», 1881
  •  

Красивое, открытое лицо молодого казака, его добрые голубые глаза и простая, прямая речь произвели на Мазепу чрезвычайно приятное впечатление, так что ему показалось вскоре, что кажущееся недоброжелательное отношение к нему казака было только плодом его фантазии.[22]

  Михаил Старицкий, «Молодость Мазепы», 1898

Прямая речь в поэзии[править]

  •  

Я задыхаюсь… Усмехаюсь… Надо
сказать бы «сад», а говорится ― «суд».
Послушай, не из этого ли сада
когда-нибудь моё дыханье унесут? ―
Прямая речь! Она ещё слетает
с январских губ,
обмолвкой голубой
клубится в воздухе и на ресницах тает.
И нам с тобой ― всегда как нам с тобой.[7]

  Глеб Семёнов, «Встреча во время разлуки», 1964
  •  

Прямая речь! Покровы сняты.
Звучит основа и канва,
Как в бане голые солдаты,
толпятся голые слова.
Прямая речь пряма, как выстрел.
Эпитет тяжек, как свинец.
Моли Творца, чтоб не убыстрил
в сердцах назначенный конец.[9]

  Юрий Карабчиевский, «Прямая речь! Покровы сняты...» (из цикла «Девять стихотворений»), 1973

Источники[править]

  1. 1 2 Н.Г.Чернышевский, Собрание сочинений в пяти томах. Том 4. Статьи по философии и эстетике. — М., «Правда», 1974 г.
  2. 1 2 М. Ф. Владимирский-Буданов. Обзор истории русского права. — Киев: 1888 г.
  3. 1 2 Б. Пастернак. «Воздушные пути». Проза разных лет. — М.: «Современник», 1989 г.
  4. 1 2 Франк С. Л. Непостижимое. ― М.: Правда, 1990 г.
  5. 1 2 М. М. Бахтин, Собрание сочинений, том 6. Философия и социология науки и техники. ― М.: «Русские словари», 2003 г.
  6. 1 2 Старков В. А. Кубы и кубики. Стихи и проза. — М.: Круг, 2007 г.
  7. 1 2 Г. Семёнов. Стихотворения и поэмы. Новая библиотека поэта (малая серия). — СПб.: Академический проект, 2004 г.
  8. 1 2 Казаков Ю.П. «Две ночи: Проза. Заметки. Наброски». — Москва, «Современник», 1986 г.
  9. 1 2 3 Ю. Карабчиевский. «Прощание с друзьями». — М.: 1990 г.
  10. 1 2 Семён Лунгин. Виденное наяву. — Москва, «Вагриус», 2000 г.
  11. 1 2 Валерий Аграновский. Вторая древнейшая. Беседы о журналистике. — М.: Вагриус, 1999 г.
  12. 1 2 Алла Демидова, «Бегущая строка памяти», — Москва, «Эксмо-Пресс», 2000 г.
  13. 1 2 3 4 5 Р. М. Фрумкина. «Психолингвистика». — М.: Академия, 2001 г.
  14. В.В.Бибихин, Мир. Курс, прочитанный на философском факультете МГУ весной 1989 г. — СПб.: «Наука», 2007 г.
  15. Н. Берберова. «Железная женщина». — М.: Книжная палата, 1991 г.
  16. Давид Самойлов. Подённые записи. В 2 тт. — М., “Время”, 2002 г.
  17. А. Найман, «Рассказы о Анне Ахматовой». — М.: Вагриус, 1999 г.
  18. Лихачев Д.С., Воспоминания. — СПб. : Logos, 1995 г.
  19. Кушнер А. С. Прямая речь. — Л.: Лениздат, 1975 г. — 112 с.
  20. Владимир Соловьев. «Три еврея, или Утешение в слезах». Роман с эпиграфами. — М.: Захаров, 2002 г. — 336 с.
  21. А. Н. Островский. Собрание сочинений в шести томах. — М.: «Терра», 2001 г.
  22. М. П. Старицкий. Молодость Мазепы. — М.: «Московский листок», 1898 г.

См. также[править]