Меркурий

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску
Меркурий (снимок «Маринера-10»)

Мерку́рий — ближайшая к Солнцу планета Солнечной системы, самая маленькая из планет земной группы. Названа в честь древнеримского бога торговли — быстрого Меркурия, поскольку она движется по небу значительно быстрее других планет. Её период обращения вокруг Солнца составляет всего 87,97 дней — самый короткий среди всех планет Солнечной системы.

Видимое расстояние Меркурия от Солнца, если смотреть с Земли, никогда не превышает 28°. Такая близость к Солнцу означает, что планету можно увидеть только в течение небольшого времени после захода или до восхода солнца, обычно в сумерках. В телескоп у Меркурия можно увидеть фазы, изменяющиеся от тонкого серпа до почти полного диска, как у Венеры и Луны, а иногда он проходит по диску Солнца. По своим физическим характеристикам Меркурий напоминает Луну. У него нет естественных спутников, но есть очень разрежённая атмосфера. Планета обладает крупным железным ядром.

Меркурий в научно-популярной литературе и публицистике[править]

  •  

Меркурий сопутствует Солнцу в его (кажущемся) суточном движении по небу; лишь за 1 ― 1 1/2 часа до восхода Солнца, или спустя столько же после его захода, он бывает иногда виден в лучах зари на утреннем или вечернем небосклоне. Такие периоды видимости Меркурия, повторяющиеся всего трижды в год, длятся каждый около недели. Возможно, что вам даже приходилось случайно видеть его низко над землей, не подозревая, что яркая звезда, спешащая скрыться под горизонт, и есть Меркурий. В таком случае вы счастливее самого Коперника, которому за всю жизнь ни разу не удалось видеть это неуловимое светило в тех широтах, где он жил (в северной Германии). Только в южных странах, где сумерки коротки и ночь быстро сменяет день, легко наблюдать Меркурия простым глазом. Вот почему эта планета, почти неуловимая у нас, была еще в глубокой древности замечена в Вавилоне, Египте и Греции. Меркурий быстрее всех других планет мчится по своей маленькой орбите, обегая ее кругом в 88 дней. Его путь вокруг Солнца довольно резко отличается от круга; это ― овал, настолько вытянутый, что за время своего краткого года Меркурий бывает удален от Солнца то на 65 миллионов верст, то всего на 42 мил. верст. Значит, в одних частях своей орбиты Меркурий почти в полтора раза ближе к Солнцу, чем в других! Солнце должно казаться с Меркурия огромным пылающим диском, площадь которого в 5-11 раз больше, чем на земном небе. Сам же Меркурий, по сравнению с Землей, очень маленький шар: поперечник его почти втрое меньше земного, и из нашей планеты можно было бы сделать 20 таких шаров, как Меркурий.[1]

  Яков Перельман, «Далёкие миры», 1914
  •  

Помимо предсказания двух новых эффектов гравитации, Эйнштейн пытался объяснить другой, уже известный астрономам, но непонятый эффект: орбита Меркурия, ближайшей к Солнцу планеты, отклонялась от законов небесной механики Ньютона. Отклонялась очень мало, всего на одну десятимиллионную, но в пределах досягаемости для астрономической точности. Отклонение это выявил за полвека до того У. Леверье, прославленный открытием Нептуна. Поведение Меркурия пытались объяснить влиянием еще одной незамеченной планеты или космической пыли, но безуспешно. В 1907 году не удалось это объяснить и Эйнштейну, одного его инструмента ― принципа эквивалентности ― оказалось мало.[2]

  Геннадий Горелик. «Как Клим Ворошилов не спас советскую физику», 1998

Меркурий в научно-фантастической литературе[править]

  •  

Как ни трогательны порывы эти, но с научной точки зрения — они не пользуются правом гражданства. Обитатели Земли любят Венеру, как планету соседнюю, предшествующую звёздной колеснице ночей. Быть может, по этой самой причине Меркурий есть излюбленное светило обитателей Венеры, а Земля — любимая звезда обитателей Марса.

  Камиль Фламмарион, «Жители небесных миров» (Астрономия обитателей Венеры), 1862
  •  

Там находится все известные нам и, кроме того, многие другие яства: окорока, например, доставляются тыквами, яблоко оказывается куропаткою, жареные бекасы заключены в стрючьях, как наши бобы. На Меркурие существуют даже источники вин, более тонких чем вина Земли, Марса, Юпитера и Сатурна.

  Камиль Фламмарион, «Жители небесных миров», 1862
  •  

— Восемь миллиардов людей, а запасы урана иссякают, — проворчал Бейли.
— Вот тебе и «не имеет границ».
— Ну и что, что иссякают. Ввозить уран будем. Или откроем новые ядерные процессы. Человеческую мысль не остановишь, Лайдж. Нужно быть оптимистом и верить в наше серое вещество. Изобретательность — наше главное богатство, и её запасы не истощатся никогда, Лайдж. — Он разошёлся вовсю: — Во-первых, можно использовать солнечную энергию, а её хватит на миллиарды лет. В орбите Меркурия можно построить космические станции — аккумуляторы энергии. На Землю энергия будет передаваться направленным лучом.

  Айзек Азимов, «Стальные пещеры»(глава 13), 1953
  •  

Чтобы улучшить освещение, Мендел занялся оконным поляризатором, и в помещение хлынули лучи восходящего солнца.
Конес быстрым движением закрыл рукой глаза.
— Солнце! — воскликнул он так, что остальные замерли. Лицо его исказил неподдельный ужас, словно он вдруг взглянул незащищенными глазами на то Солнце, которое мгновенно ослепляет в условиях Меркурия.

  Айзек Азимов, «Девять завтра» (истории ближайшего будущего), 1959
  •  

Планета Меркурий певуче звенит, как хрустальный бокал. Она звенит всегда. <…>
Напряжение, создаваемое разницей температур между раскалённым полушарием, где царит вечный день, и ледяным полушарием, где царит вечная ночь, и рождает эту музыкупеснь Меркурия.
Меркурий лишен атмосферы, так что его песнь воспринимается не слухом, а осязанием.
Это протяжная песнь. Меркурий тянет одну ноту долго, тысячу лет по земному счёту. Некоторые считают, что эта песнь когда-то звучала в диком, зажигательном ритме, так что дух захватывало от бесконечных вариаций.
В глубине меркурианских пещер обитают живые существа.
Песнь, которую поет их родная планета, нужна им, как жизнь, — эти существа питаются вибрациями. Они питаются механической энергией.
Существа льнут к поющим стенам своих пещер.
Так они поглощают звуки Меркурия.

  Курт Воннегут, «Сирены Титана» (глава 8), 1959
  •  

Солнце догорело в контрастном чёрно-белом мире <Меркурия>, мире белого солнца на чёрном небе и белой каменистой земли, испещрённой чёрными тенями. Сладкий запах солнца исходил от каждого освещённого им квадратного сантиметра металла, вступая в контраст с убивающей все запахи тенью на неосвещённой стороне.
Он поднял руку и посмотрел на неё, пересчитывая пальцы. Жарко, жарко, жарко, — загибая пальцы так, что они поочерёдно попадали в тень, он ощущал, как тепло медленно уходит из них, и это изменение в осязании дало ему почувствовать чистый, уютный вакуум.
Но вакуум не был абсолютным. Он поднял руки над головой, вытянул их и с помощью чувствительных датчиков на запястьях ощутил испарения — лёгкое, едва заметное прикосновение паров олова и свинца, пробивающихся через сильный запах ртути.
Он ощутил более густые испарения, подымающиеся снизу, — разнообразных силикатов, имевших своеобразный привкус металлических ионов. Он медленно переместил ногу по хрустящей спёкшейся пыли и воспринял изменения в ощущениях как тихую и упорядоченную музыку. <...>
Он подпрыгнул и медленно поднялся в воздух с лёгкостью, которая до сих пор была ему незнакома, опустился и снова подпрыгнул, потом побежал, прыгнул, побежал снова, чувствуя, что его тело отлично приспособлено к великолепному миру, раю, в котором он находился.
После долгого странствия в полном одиночестве, он, наконец, попал в рай.

  Айзек Азимов, «Странник в раю» (глава 10), 1974
  •  

― А Меркурий? ― спросил Прутик. ― Об этой планете что-нибудь известно?
― Меркурий ― планета коричневого цвета. Говорят, что он похож на шоколадку. Небо над Меркурием фиолетовое. Солнышко находиться так близко к нему, что там стоит страшная жара ― четыреста градусов. Там целых три месяца длится один такой жаркий денечек. На Меркурии давно выкипела вся вода и улетучился почти весь воздух. Это очень красивая планета, но мы на ней тоже не будем высаживаться.[3]

  Валентин Постников, «Путешествие Карандаша и Самоделкина на «Дрындолете», 1997

Меркурий в мемуарах, беллетристике и художественной прозе[править]

  •  

Много вызывало святотатственных насмешек учение библии о том, что земля образована прежде солнца, а между тем, новейшая наука в некоторых отношениях возвращается к геоцентрическому воззрению. Так некоторые ученые замечают, что земля действительно более удобна для развития высшей мысли, чем, например, Меркурий, где жар и свет в семь раз сильнее, чем у нас, или Нептун, где он в девятьсот раз слабее. В этом смысле мы, люди, имеем некоторое основание полагать, что человек, в данную минуту есть высшее развитие органической жизни мироздания и что в этом смысле мы действительно те «избранные», о которых говорится в библии, и говорится не раз.[4]

  Константин Случевский, «Профессор бессмертия», 1891
  •  

Самая ближайшая к Солнцу планета Меркурий весьма нарушает единый принцип движения планет. Меркурий вращается вокруг своей оси иначе, чем Земля, иначе, чем все планеты. Меркурий обращен одной лишь стороной к Солнцу. Он как бы перекатывается через себя. В силу этого температура в одном полушарии, обращенном к Солнцу, достигает — 350°C. Другое полушарие погружено в вечную ночь. И холод там достигает холода Вселенной — 240°C. Жидкости кипят на одном полушарии, и все сковано морозом на другом. И жизнь, конечно, при таких условиях невозможна.[5]

  Михаил Зощенко, «Возвращенная молодость», 1933
  •  

Маленький Меркурий ― тоже планета земной группы. Он так близок к Солнцу, что и наблюдать-то его очень трудно: он пропадает в ярких солнечных лучах. Удивительная это планета: горячая и одновременно холодная! Одну ее сторону всегда греют солнечные лучи. Там плюс четыреста градусов. Другая всегда в тени, и там царит вечный холод. Если на Меркурии есть металлы, они наверняка расплавились, и жидкие металлические озера, быть может моря, покрывают горячую сторону планеты. Значит, есть надежда встретить на Меркурии, где нет воздуха, чистейшие металлы. Для небесного геолога Меркурий ― одна из самых интересных планет. Вот геолог в огнестойком скафандре ступил на поверхность этого неведомого мира. Что можно увидеть, что можно на нем найти? На меркурианском небе словно десять соединенных вместе солнц ― так ярко светит там солнечный диск, который в два-три раза больше, чем кажется с Земли. Без защитных очков не обойтись, иначе человек рискует ослепнуть. Сильно разреженная атмосфера не слишком-то прозрачна, и вдобавок в ней много пыли, поэтому здесь такой непривычный коричневый либо желтый небосвод. Космонавту вспомнится, наверное, Луна, хотя сходство довольно условно: тоже горная страна, но гор куда больше. И она куда более живая, эта планета: то и дело заявляют о себе вулканы, бушуют бури, поднимающие пыль, пепел и песок, падают камни и целые скалы.[6]

  Борис Ляпунов, «Неоткрытая планета», 1963

Меркурий в стихах[править]

  •  

Да надо мной рассеет бури
Тысячелетий глубина ―
В тебе подвластный день, Луна,
В тебе подвластный час, Меркурий.[7]

  Андрей Белый, «Наин» — святой гиероглиф...» (из цикла «Думы»), 1909
  •  

Но пламя и снежные бури
Не властны над нашей судьбой,
Звезды нашей имя ― Меркурий,
С тех пор, как мы вместе с тобой.[8]

  Елизавета Дмитриева (Черубина де Габриак), «Туман непроглядный и серый...», 1923
  •  

Наши кони шли понуро,
Слабо чуя повода.
Я сказал ему: ― Меркурий
Называется звезда.
Перед боем больно тускло
Свет свой синий звезды льют.
И спросил он:
― А по-русски
Как Меркурия зовут?
Он сурово ждал ответа;
И ушла за облака
Иностранная планета,
Испугавшись мужика. <...>
Полночь пулями стучала,
Смерть в полуночи брела,
Пуля в лоб ему попала,
Пуля в грудь мою вошла.
Ночь звенела стременами.
Волочились повода,
И Меркурий плыл над нами ―
Иностранная звезда.[9]

  Михаил Светлов, «В разведке», 1927
  •  

Звёзды пожелтели ―
Божии плоды,
Позднее время ―
Половина второго…
Тишина
От земли до звезды,
От Меркурия
До Могилёва[9]

  Михаил Светлов, «Снова бродит луна...» (из цикла «Хлеб»), 1927
  •  

в это время лес взревел
окончательно тоскуя
он среди земных плевел
видит ленточку косую
эта ленточка столбы
это Леночка судьбы
и на небе был Меркурий
и вертелся как волчок
и медведь в пушистой шкуре
грел под кустиком бочок...[10]

  Александр Введенский, «снег лежит...», 1930
  •  

Тут нет сомнения о случаях земного верчения
она летит вокруг солнечного шара
без малейшего трения. В кольцах пожара
гибнут мирные домики.
Я вижу зонтик стоит на верхушке Меркурия
Это житель человек иных условий
он дышет лентами и всю жизнь размышляет о вилке.[11]

  Даниил Хармс, «От знаков миг», 10 мая 1931

Источники[править]

  1. «Далёкие миры». Астрономический очерк Я.И. Перельмана. — Издательство П.П. Сойкина. - Петроград, 1914 г.
  2. Геннадий Горелик. «Как Клим Ворошилов не спас советскую физику». — М.: «Знание — сила», №1 за 1998 г.
  3. Валентин Постников. Приключения Карандаша и Самоделкина на «Дрындолете». ― М.: Рипол-классик, 1997 г.
  4. Сочинения К. К. Случевского в шести томах. — СПб., Издание А.Ф. Маркса, Типография А.Ф. Маркса, 1898 г.
  5. М.М.Зощенко. Письма к писателю. Возвращенная молодость. Перед восходом солнца: Повести. — М.: Московский рабочий, 1989 г.
  6. Борис Ляпунов. «Неоткрытая планета». — М.: «Детская литература», 1968 г.
  7. А. Белый. Стихотворения и поэмы в 2-х т. Новая библиотека поэта. — СПб.: Академический проект, 2006 г.
  8. Черубина де Габриак. «Исповедь». Москва, «Аграф», 2001 г.
  9. 9,0 9,1 М. Светлов. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. 2-е изд. — Л.: Советский писатель, 1966 г.
  10. А. Введенский. Полное собрание сочинений в двух томах. — М.: Гилея, 1993 г.
  11. Д. Хармс. Собрание сочинений: В трёх томах. — СПб.: Азбука, 2011 г.

См. также[править]