Перейти к содержанию

Исландский мох

Материал из Викицитатника
Исландский мох
Статья в Википедии
Медиафайлы на Викискладе

Исла́ндский мох или Цетра́рия исла́ндская (лат. Cetrária islándica) — один из самых известных видов лишайника, распространённый в Европе, Азии, Африке и Австралии.[комм. 1] Цетрария исландская растёт прямо на почве или на коре старых пней. Предпочитает песчаные незатенённые места, где иногда образует почти чистые заросли. Развивается только в условиях чистого воздуха.

Исландский мох издавна известен как один из немногих природных антибиотиков, его слоевища обладают антибактериальным и антисептическим действием. Кроме того, цетрария исландская съедобна — и в условиях крайне бедного пищей севера, а также в голодные времена спасла не одну тысячу жизней.

Исландский мох в определениях и коротких цитатах

[править]
  •  

Пилюлями и порошками,
И хиной и исландским мхом...[1]

  Василий Жуковский, «К доктору Фору», 1814
  •  

Люди ко всему могут привыкнуть, есть такие, кои и исландский мох любят...[2]

  Фёдор Матюшкин, из Письма к Е. А. Энгельгардту, 20 ноября 1820
  •  

Это вам к лицу ― и очень, но, право, не защитит от простуды! Нам, мужчинам, в суконных сюртуках и в плащах ощутительно. Почтенный г. Имзен, заготовляйте поболее вашего исландского моха в разных приличных видах.[3]

  Фаддей Булгарин, «Дачи», 1830-е
  •  

Доктора грозили ей медленной чахоткой и предписали исландский мох, деревенский воздух и частые прогулки <...>, это прозябание томило её, и она облобызала бы руку, которая б поднесла ей вместо исландского мху стакан яду.[4]

  Елена Ган, «Идеал», 1837
  •  

Замечательный лишай Усть-Урта. <...> В нём есть некоторое сходство, судя по питательным качествам, с исландским мохом, и в голодные годы его едят.[5]

  Владимир Даль, «Уральский казак», 1843
  •  

Между тем, для забавы, доктор Пуф приказал себе изготовить:
Желе из исландского моха, насмешливо замечая, что это желе горько для тех, кто не умеет варить его.[6]

  Владимир Одоевский «Лекции господина Пуфа, доктора энциклопедии и других наук о кухонном искусстве», 1845
  •  

В этих же кондитерских <...> можно получать и разные лекарства, разумеется, приправленные сладостями, как-то: шоколат аганона с желеем исландского моха...[7]

  — Егор Расторгуев, «Прогулки по Невскому проспекту», 1846
  •  

...чудным цветам орхидеи
Тропики; север ― исландскому мху...[8]

  Константин Случевский, «Загробные песни-3» (В том мире. Мысли. Воспоминания. Надежды), 1903 (?)
  •  

Подо мной был ковер исландского моху, этого длинного, корявого, угловатого, серого, некрасивого. «Вот на кого похож чухонец», — подумал я.

  Василий Васильевич Розанов, «Около церковных стен» (том первый), 1906
  •  

Недоставало хорошего молока: за скудостью лугов в этой местности коров кормят «исландским мохом». Богатый слизистыми веществами, он придает молоку тягучесть и неприятный вкус.[9]

  Вера Фигнер, «После Шлиссельбурга», 1929
  •  

Шоколад де-санто полусладкий; пажеский шоколад с исландским мохом...[10]

  Борис Садовской, «Пшеница и плевелы», 1936
  •  

В 1918 году, когда молодая Советская Республика оказалась на голодном пайке, в Москве обнаружили большой запас цетрарии исландской. Этот лишайник, похожий с виду на скомканную фольгу, обёртку от шоколада, давно использовали в фармации и всегда держали в аптеках. Пришлось пустить запас в еду.[11]

  Алексей Смирнов, «Мир растений», 1982
  •  

Лишайниковая мука наполовину состоит из крахмала. В ней четыре процента сахара. Недостаёт белка. Для связи добавляют ржаную муку — иначе хлеб рассыплется. Впрочем, в Исландии и Финляндии, где трудные ситуации с питанием возникали нередко, ржаной муки добавляли вдвое меньше.[11]

  Алексей Смирнов, «Мир растений», 1982
  •  

...я здесь только коснусь этих своих представлений и лишь для того, чтобы опровергнуть другие ходячие, ставшие своего рода «исландским мхом», мхом, который осенью отрывается от своих корней и «бродит» по лесу, подтолкнутый ногой, смытый дождями или сдвинутый ветром.[12]

  Дмитрий Лихачёв, «Заметки о русском», 1984
  •  

Моя исконная природа ― серый губчатый исландский мох и высокоствольные мачтовые сосны, лесные озёра без песчаного берега, цветущий вереск...[13]

  Евгения Книпович, «Об Александре Блоке», 1985

Исландский мох в научной и научно-популярной литературе

[править]
  •  

Имѣетъ большое употр. въ медицинѣ отъ чахотки, грудной боли, кашля, и въ видѣ припарокъ отъ желѣзъ за ушами. На Сѣверѣ употребляется въ пищу въ видѣ примѣси къ мукѣ.[14]

  — Ботанический словарь Анненкова, Cetraria islandica, 1878
  •  

Цетрария исландская, исландский мох Cetraria islandica (L.) Ach.
Народные названия. Жёсткий мох, березовый мох, сухоборный мох, ягель.
Ботаническое описание. Листовато-кустистый лишайник из семейства пармелиевых (Parmeliaceae) с прямостоячим или несколько распростертым слоевищем высотой 10–15 см. Оно состоит из компактных вертикальных неправильно-лентовидных, кожисто-хрящеватых, узких, плоских или желобчатых лопастей, с короткими тёмными ресничками и белыми пятнышками различной формы на нижней стороне. Края лопастей слегка завёрнуты вверх. В сухом виде слоевище бурое, ломкое, после дождя — серовато-бледно-зелёное, мягко-кожистое. На концах сильно расширенных лопастей образуются плодовые теля (апотеции); они блюдцеобразные, коричневые, почти одного цвета со слоевищем. В апотециях развиваются споры, видимые лишь под микроскопом.[15]:249

  — Александр Ефремов, «Дикорастущие лекарственные растения средней полосы России», 2017
  •  

Распространение и места обитания. Встречается практически по всей России. Растёт на почве в сосновых лесах, на болотах среди мхов, в тундре и лесотундре. Произрастает как целыми дерновинами, так и отдельными экземплярами среди лишайников и мхов.[15]:249

  — Александр Ефремов, «Дикорастущие лекарственные растения средней полосы России», 2017

Исландский мох в публицистике и документальной литературе

[править]
Исландский мох (в лесу)
  •  

Это вам к лицу ― и очень, но, право, не защитит от простуды! Нам, мужчинам, в суконных сюртуках и в плащах ощутительно. Почтенный г. Имзен, заготовляйте поболее вашего исландского моха в разных приличных видах. Добрый г. Валленштейн, вострите свои зубные инструменты и варите зубные тинктуры! И ты, образец современников Вильгельма Теля, честный швейцарец Кунц, вари шоколад с желудями и ячною мукою![3]

  Фаддей Булгарин, «Дачи», 1830-е
  •  

Замечательный лишай Усть-Урта. Он растёт, катаясь свободно по земле, по камню, без всякой связи с почвой. В нём есть некоторое сходство, судя по питательным качествам, с исландским мохом, и в голодные годы его едят. Вкус дурной, иловатый.[5]

  Владимир Даль, «Уральский казак», 1843
  •  

Между тем, для забавы, доктор Пуф приказал себе изготовить:
Желе из исландского моха, насмешливо замечая, что это желе горько для тех, кто не умеет варить его. Возьмите унцию исландского моха и положите его на целые сутки в холодную воду, в которой предварительно распущена щепоть или соды (что в синей бумаге в содовых порошках), или чистого (из аптеки) поташа (carbonas kalii carbonate potas-sique), как учит Берцелий (см. Traute de Chimie par Berzelius. 1843. Bruxelles. Т. VI. P. 252), который довольно похлопотал над этою горечью и наконец-таки одолел ее. Чрез сутки выньте, обмойте в нескольких водах; за этим на эту унцию моха налейте речной воды три фунта и держите на легком огне, пока треть воды не выпарится, тогда прибавьте три унции сахара, поварите еще до сыропного состояния; пропустите сквозь сито и застудите.[6]

  Владимир Одоевский «Лекции господина Пуфа, доктора энциклопедии и других наук о кухонном искусстве», 1845
  •  

Жаль, что эти храмы сладостей в шкафах своих хранят вещи из храма Эскулапия. В этих же кондитерских, где прохлаждаются и разгорячаются, где лакомятся и обкушиваются, где старость делает то же, что и молодость, можно получать и разные лекарства, разумеется, приправленные сладостями, как-то: шоколат аганона с желеем исландского моха, шоколат с ракогутом, с тройной ванилью, с осмазомом, бисквиты от простуды, от кашля, конфекты от золотухи, конфекты для слабых грудью и для слабых телом, порошки содовые и прочее и прочее.[7]

  — Егор Расторгуев, «Прогулки по Невскому проспекту», 1846
  •  

В средних и южных частях земли лопской, климат несколько умереннее. Тут тянутся на громадное пространство глухие дебри, сплошь поросшие сосною, березою и елью. Низменности пестреют яркими ягодными коврами. Морошка и другие растение этого рода — усеяли влажную почву кольских пустырей, составляя главный питательный материал для местного населения. Все остальные места Лапландии поросли белым ягелем (исландский мох).[16]

  Василий Немирович-Данченко, «Лопари», 1902
  •  

В конце июля здоровье поэта ухудшилось. Доктор запретил ему «работать головою» и заставил пить исландский мох. Никитин стал читать Шиллера в подлиннике, браня Жуковского за плохие переводы. Осенью он пишет: «Я всё болен и болен более прежнего».

  Сергей Городецкий, «Жизнь И. С. Никитина», 1912
  •  

В трудное время лишайники выручали и людей. В 1918 году, когда молодая Советская Республика оказалась на голодном пайке, в Москве обнаружили большой запас цетрарии исландской. Этот лишайник, похожий с виду на скомканную фольгу, обёртку от шоколада, давно использовали в фармации и всегда держали в аптеках. Пришлось пустить запас в еду. Отмачивали в содовом растворе. Сушили. Мололи. Пекли хлеб, смешивая со ржаной мукой в пропорции один к одному. Известный лихенолог В.Савич вспоминает, что ел такой хлеб в Москве, пока не иссякли запасы цетрарии в аптеках. Лишайниковая мука наполовину состоит из крахмала. В ней четыре процента сахара. Недостаёт белка. Для связи добавляют ржаную муку — иначе хлеб рассыплется. Впрочем, в Исландии и Финляндии, где трудные ситуации с питанием возникали нередко, ржаной муки добавляли вдвое меньше. Из экономии.[11]

  Алексей Смирнов, «Мир растений», 1982

Исландский мох в мемуарах, письмах и дневниковой прозе

[править]
  •  

«Каково в Колымском?» — спросил я его. — «Люди ко всему могут привыкнуть, есть такие, кои и исландский мох любят», — отвечал он мне.[2]

  Фёдор Матюшкин, из Письма к Е. А. Энгельгардту, 20 ноября 1820
  •  

Я гулял с детьми по лесу и остановился. Прилегли. Подо мной был ковер исландского моху, этого длинного, корявого, угловатого, серого, некрасивого. «Вот на кого похож чухонец», — подумал я. Этой мысли нельзя «доказать», потому что, как проводить параллель между мхом и человеком?! Конечно — они не совпадут! Но не совпадут геометрически, а художественно — совпадут! Есть что-то общее между этим белесоватым и угловатым человеком, живущим среди мхов, и самым мхом. Как будто мох и человек бесконечно долго стояли друг перед другом и начали мало-помалу близиться, уподобляться, сливаться, конечно, — не в фигуре и не в смысле, а в художественном, так сказать, фокусе своем.

  Василий Васильевич Розанов, «Около церковных стен» (том первый), 1906
  •  

Рыба из ближайших озер и весной из моря продавалась задешево. Недоставало хорошего молока: за скудостью лугов в этой местности коров кормят «исландским мохом». Богатый слизистыми веществами, он придает молоку тягучесть и неприятный вкус. Так как молока мало, жители бьют телят уже двухнедельными, лишь бы не тратить на них дорогого продукта. Главной пищей населения служит рыба, в особенности любимая треска.[9]

  Вера Фигнер, «После Шлиссельбурга», 1929
  •  

Мне моё представление о русском, выросшее на основе многолетних занятий древнерусской литературой (но и не только ею), кажется более убедительным. Конечно, я здесь только коснусь этих своих представлений и лишь для того, чтобы опровергнуть другие ходячие, ставшие своего рода «исландским мхом», мхом, который осенью отрывается от своих корней и «бродит» по лесу, подтолкнутый ногой, смытый дождями или сдвинутый ветром.[12]

  Дмитрий Лихачёв, «Заметки о русском», 1984
  •  

И ― что очень важно ― не было русской природы, русской деревни. Я до девятнадцати лет не видела Москвы, не видела русских рек, полей и леса. Наша семья и семья брата моего отца ― дяди Николая, большого русского учёного, ― забирались на отдых в самое сердце той области царской России, которая носила наименование «великого княжества Финляндского». Моя исконная природа ― серый губчатый исландский мох и высокоствольные мачтовые сосны,[комм. 2] лесные озёра без песчаного берега, цветущий вереск ― полями, коврами и над ним бабочки-аргусы ― голубые и огненно-красные, цвета раскалённого металла.[13]

  Евгения Книпович, «Об Александре Блоке», 1985

Исландский мох в беллетристике и художественной прозе

[править]
  •  

Гольцберг добился, наконец, выгодного места. С наступлением весны он оставил Петербург и поселился на короткое время в Царском Селе, в ожидании совершенного выздоровления жены. Доктора грозили ей медленной чахоткой и предписали исландский мох, деревенский воздух и частые прогулки. Ольга печально качала головой, слушая эти наставления; в угодность мужу она исполняла их, но это прозябание томило её, и она облобызала бы руку, которая б поднесла ей вместо исландского мху стакан яду. Наконец какое-то бесчувствие овладело ею. Медленно протекали дни и ночи: она их не считала![4]

  Елена Ган, «Идеал», 1837
  •  

Шофёр подмигнул самому себе, взявшись за рычаг, и доктор Лепсиус помчался с фруктовщиком Бэром на Линкольн-Плас, в великолепную фруктовую оранжерею Бэра. Здесь было всё, что только растёт на земле, начиная с исландского мха и кончая кокосовым орехом. Бэр приказал поднести доктору на хрустальных тарелочках все образцы своего фруктового царства, а доктор, в свою очередь, велел раскупорить привезённые бутылочки.[17]

  Мариэтта Шагинян, «Месс-Менд, или Янки в Петрограде», 1924
  •  

Шоколад де-санто полусладкий; пажеский шоколад с исландским мохом; шоколад доппель-ваниль; шоколад с аррарутом; гомеопатический шоколад. Все сии шоколады постные и могут быть употребляемы в пост.[10]

  Борис Садовской, «Пшеница и плевелы», 1936

Исландский мох в стихах

[править]
Полянка с цетрарией исландской (Голландия)
  •  

Сын Эскулапа, Фебов внук,
По платью враг, по сердцу друг,
Тебе нескладными стихами
Я должен то изобразить,
Что ты умел в нас поселить
Пилюлями и порошками,
И хиной и исландским мхом,
И добрым сердцем и умом.[1]

  Василий Жуковский, «К доктору Фору», 1814
  •  

Мои мечты ― что лес дремучий,
Вне климатических преград,
В нём ― пальмы, ели, тёрн колючий,
Исландский мох и виноград.[8]

  Константин Случевский, «Песни из уголка», 1897
  •  

Но, если чудным цветам орхидеи
Тропики; север ― исландскому мху,
Можно ль, поистине, только за это
В тех, или в этом, цветов не признать?[8]

  Константин Случевский, «Загробные песни-3» (В том мире. Мысли. Воспоминания. Надежды), 1903 (?)

Комментарии

[править]
  1. Своё название «исландский мох» цетрария получила за внешнее сходство с мохообразными растениями, это — просторечное имя. На самом деле, как уже сказано выше, исландский мох относится к ортодоскальным видам лишайника.
  2. «Моя исконная природа ― серый губчатый исландский мох и высокоствольные мачтовые сосны» — Евгения Книпович пишет «серый губчатый исландский мох», но имеет в виду, отчасти, «ягель» (или олений мох), это растение имеет значительно более серый вид, нежели чем цетрария.

Примечания

[править]
  1. 1 2 Жуковский В. А. Полное собрание сочинений и писем. — М.: Языки славянской культуры, 2000 г.
  2. 1 2 Путешествие по северным берегам Сибири и по Ледовитому морю совершенное в 1820, 1821, 1822, 1823, и 1824 г.г. экспедицией под начальством флота лейтенанта Ф. П. Врангеля. Под общей редакцией Контр-адмирала Е. Шведе. — М.: издательство Главсевморпути, 1948 г.
  3. 1 2 Петербургские очерки Ф.В. Булгарина. — СПб: «Петрополис», 2010 г.
  4. 1 2 Елена Ган в сборнике: Русская романтическая повесть. — М.: Советская Россия, 1980 г.
  5. 1 2 В.И.Даль (Казак Луганский), Повести. Рассказы. Очерки. Сказки. — М.-Л.: Государственное издательство художественной литературы, 1961 г.
  6. 1 2 Одоевский В. Ф. Кухня: Лекции господина Пуфа, доктора энциклопедии и других наук о кухонном искусстве. Подгот. текста и вступит. статья С. А. Денисенко, коммент. И. И. Лазерсона. — СПб; Изд-во Ивана Лимбаха; 2007 г.
  7. 1 2 П.Л.Яковлев, Ф.В.Булгарин, В.И.Даль, Е.И.Расторгуев, «Чувствительные путешествия и прогулки по Невскому проспекту». — СПб: «Петрополис», 2009 г.
  8. 1 2 3 Случевский К. К.. Стихотворения и поэмы. Новая библиотека поэта. Большая серия. — Спб.: Академический проект, 2004 г.
  9. 1 2 Фигнер В. Н. Запечатленный труд. Том 3. После Шлиссельбурга. — Москва: Издательство социально-экономической литературы «Мысль» 1964 г.
  10. 1 2 Б. А. Садовской, «Пшеница и плевелы». — «Новый Мир», № 11, 1993 г.
  11. 1 2 3 Смирнов А.В., «Мир растений», М: Молодая гвардия, 1982 г., стр.311
  12. 1 2 Лихачев Д.С., «Заметки о русском». (Лихачев Д. С. Избранные работы в трёх томах). Том 2. — Л.: Художественная литература, 1987 г.
  13. 1 2 Книпович Е. Ф. Воспоминания. Дневники. Комментарии — М. Советский писатель 1987 г. 144 с.
  14. Н. И. Анненковъ. Ботаническій словарь. — СПб.: Имп. Академія наукъ, 1878. — С. 93
  15. 1 2 Ефремов А. П. Дикорастущие лекарственные растения средней полосы России: карманный справочник. — Москва : Фитон XXI, cop. 2017 г. — 303 с.
  16. Немирович-Данченко В. И. в книге: «По родному краю. Сборник статей по отечествоведению». Составитель В. Львов. — СПб.: 1902 г.
  17. Мариэтта Шагинян. «Месс-менд». — М.: Правда, 1988 г.

См. также

[править]