Селеницереус

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску

Селенице́реус крупноцветко́вый (лат. Selenicereus grandiflorus) или Цари́ца но́чи — таковы два названия ползающего по деревьям эпифитных кактусов из рода Селеницереус: первое — ботаническое, а второе — тривиальное (просторечное или литературное).

Благодаря своим очень крупным цветам, распускающимся всего на одну ночь и словно бы светящимся в темноте, этот невзрачный плетевидный кактус (наряду с гигантской кувшинкой викторией регия и цветущей «раз в сто лет» агавой) стал едва ли не самым знаменитым оранжерейным растением. Кроме «царицы ночи», среди селеницереусов сепаратно существует также и «принцесса ночи» (лат. Selenicereus pteranthus (Link & Otto) Britton & Rose или, по-старому, лат. Cereus nycticalus Link ex A. Dietr.)[комм. 1] — близкий вид с менее крупными бокаловидными цветами, а также немалое количество близких к ним «принцесс», «княгинь» и «герцогинь».[комм. 2]

Селеницереус в книгах о кактусах[править]

  •  

Род селеницереус (луносвечевик). Преимущественно лесные кактусы с тонкими ползучими длинными стеблями, образующими воздушные корни. Колючки развиты слабо. <...> Цветки очень крупные, белые, снаружи золотисто-жёлтые, раскрываются вечером и к утру увядают. Наиболее известным из них является Селеницереус крупноцветный или так называемая «Царица ночи». Немолодые экземпляры цветут в комнатах; цветки обладают запахом шоколада.[1]:18

  — В.М.Дьяконов, Н.И.Курнаков, «Кактусы и их культура в комнатных условиях», 1953 г.
  •  

Selenicereus pteranthus — самый популярный цереус из группы «Царица ночи», прежде широко известный под названием Cereus nycticalus или «Принцесса ночи». <...> Подобно большинству селеницереусов, оснащён лишь маленькими колючками на широко расставленных ареолах и образует массу воздушных корней. Удивительно красивы цветки этого растения — чисто белые, длиной до 30 см, с узкими золотистыми, снаружи буровато-красными наружными листками околоцветника. Они раскрываются в сумерках и цветут только одну ночь...[2]:333-226

  Вальтер Хааге, «Кактусы» (Das praktische Kakteenbuch in Farben), 1960 г.
  •  

Selenicereus grandiflorus с острова Гаити, истинная «Царица ночи», в чистом виде встречается крайне редко, тем более, что она намного требовательнее других видов. Этот селеницереус можно определить по матово-зелёным побегам <...> с бурыми пучками щетинок. Ареолы с колючками также покрыты бурыми щетинками. Прекрасные цветки издают особенно сильный запах ванили.[2]:226-227

  Вальтер Хааге, «Кактусы» (Das praktische Kakteenbuch in Farben), 1960 г.
  •  

Selenicereus macdonaldiae («Царица ночи» из Аргентины) образует длинные тёмно-зелёные побеги с бугристыми рёбрами и цветками длиной до 35 см. На этот вид похож S. hamatus, у которого на каждом из четырёх рёбер есть «нос» — крючковидный вырост длиной до 1 см, помогающий ползучим растениям удерживаться на своей опоре. У этого селеницереуса цветки, самые крупные в группе селеницереусов, появляются, к сожалению, очень редко.[2]:227

  Вальтер Хааге, «Кактусы» (Das praktische Kakteenbuch in Farben), 1960 г.
  •  

Род Selenicereus (Berg.) Br. et R. Содержит вьющиеся цереусы с вест-индских островов, с наиболее крупными среди кактусов цветками. Наиболее популярна «ночная королева» S.grandiflorus (L.) Br. et R., цветущая по стенкам оранжерей сотнями огромных белых цветков. Ещё более крупными цветками цветёт S.macdonaldii (Hook.) Br. et R.: они достигают 30 см. в диаметре. Впрочем, S.nycticaulis (Link.) Br. et R. «принцесса ночи» не отстаёт от него в этом отношении.[3]:136

  — Ф. Пажоут, Я. Валничек, Р. Шубик, «Кактусы», 1963 г.
  •  

Когда в одну из июльских ночей в братиславском Ботаническом саду расцвела «царица ночи», любители кактусов дисциплинированно стояли в длинной очереди, чтобы взглянуть на это великолепие. Дело в том, что цветки ползучего кактуса Selenicereus grandiflorus представляют собой, пожалуй, максимум того, что способна создать живая природа по красоте.
Селеницереусы распространены в тропиках и во влажных субтропических областях американского континента, больше всего в Мексике и на Антильских островах. Они представляют собой полегающие или ползучие, кустисто ветвящиеся длинные плети примерно в палец толщиной. Отдельные виды отличаются прежде всего числом рёбер, граней плетей и опушением, которое большей частью лишь щетинковидное и редкое. Наконец, и цветами, которые у всех видов необычайно крупные и даже огромные, великолепные, но, в сущности, довольно похожие. Внутренние околоцветные лепестки белоснежные, окраска внешних варьирует от оранжевой до лимонно-жёлтой и даже красно-коричневой.[4]

  — Александр Урбан, «Колючее чудо», 1972 г.
  •  

От греческого названия луныselena произошло название ползучего, цветущего ночью цереуса. Существует около 25 разновидностей селеницереуса. В просторечии его часто называют царицей ночи, ночной красавицей или ночной принцессой за необычайно красивые и крупные цветки чисто белого цвета с золотыми тычинками.[5]:21

  — Ирина Залетаева, «Почему мне понадобилось познакомиться с систематикой», 1974 г.
  •  

...ползучие стебли селеницереусов, по немногочисленным рёбрам которых сидят крепкие, хотя и короткие колючки, покрыты сизым восковым налётом. Если его стереть, откроется плотная толстая кожица тёмно-зелёного или сероватого цвета. Под такой неживой на вид оболочкой скрывается сочная мякоть стебля.[5]:27

  — Ирина Залетаева, из главы «Лесные цереусы», 1974 г.
  •  

Селеницереусы цветут в тёплые ночи в разгар лета. Расцветают быстро перед заходом солнца. За час до этого начинают сильно и приятно пахнуть. Утром после восхода солнца быстро вянут.[6]:60

  — З.Флейшер, В.Шютц, «Выращивание кактусов», 1976 г.
  •  

С давних времён кактусы использовали в качестве лекарственных растений. <...> Сок стебля селеницереуса употребляли наружно при ревматизме, а спиртовый или водный экстракт лепестков и стеблей S.grandiflorus и в настоящее время используют в медицине как средство при сердечно-сосудистых заболеваниях.[7]:13

  — Раиса Удалова, Надежда Вьюгина, «В мире кактусов», 1977 г.
  •  

О селеницереусах слышал, наверное, каждый. Легендарные «царицы ночи» — змееподобные колючие растения, которые по ночам распускают чудесные, огромные и душистые цветки, привлекающие ночных бабочек и нектароядных летучих мышей. О цветении «царицы ночи» иногда сообщают в теленовостях, а в оранжереях устраивают ночные экскурсии специально для желающих своими глазами увидеть это чудо. «Чудо», действительно, сто́ит того. Но можно и не ходить на ночную экскурсию — «царица» может распуститься и в вашем доме. Лианоподобные селеницереусы — очень нетребовательные растения. Они вполне могут расти и в комнате...[8]

  — Дмитрий Семёнов, «Кактусы и другие суккуленты», 2000 г.
  •  

«Впечатляют змеевидные кактусы, которые растут, извиваясь на жёлтом песке, точно колючие змеи. Но цветок этого урода — один из самых красивейших в мире. Его называют «принцесса ночи».
Впечатляет, прежде всего, художественное воображение автора, создавшего такой «пейзаж» и растиражировавшего его.
К сожалению, это всего лишь неудачная компиляция в целом правильных слов. Коротко поясним, почему.
В пустынях и полупустынях Америки крайне мало чисто песчаных почв — преобладают каменистые и различных типов смешанные. <...> Но там не растут селеницереусы, один из видов которых (а не цветок!) действительно называют «принцессой ночи». Селеницереусы просто не приспособлены к обитанию в пустынях и неминуемо погибнут там, это растения-эпифиты тропических лесов Ямайки, Кубы, Гаити и юга Мексики. Что же касается «урода» — комментарии излишни.[9]

  — Наталья Щелкунова, Виктор Гапон, «Кактусы», 2001 г.

Селеницереус в беллетристике[править]

Царица ночи (с гравюры Роберта Торнтона, 1799)
  •  

Ещё утром, проходя чрез биллиардную, я заметил, что единственный бутон белого кактуса (cactus grandiflora), цветущего раз в год, готовится к расцвету.[комм. 3]
— Сегодня в шесть часов вечера, — сказал я домашним, — наш кактус начнёт распускаться.[комм. 4] Если мы хотим наблюдать за его расцветом, кончающимся увяданием пополуночи, то надо его снести в столовую.[комм. 5]
При конце обеда часы стали звонко выбивать шесть, и, словно вторя дрожанию колокольчика, золотистые концы наружных лепестков бутона начали тоже вздрагивать, привлекая наше внимание.[комм. 6]
— Как вы хорошо сделали, — умеряя свой голос, словно боясь запугать распускающийся цветок, сказал Иванов, — что послушались меня и убрали бедного индийца подальше от рук садовника.[комм. 7] Он бы и его залил, как залил его старого отца. Он не может помириться с мыслию, чтобы растение могло жить без усердной поливки.[комм. 8]
Пока пили кофе, золотистые лепестки настолько раздвинулись, что позволяли видеть посреди своего венца нижние края белоснежной туники, словно сотканной руками фей для своей царицы.[10]

  Афанасий Фет, из рассказа «Кактус», 1860
  •  

Внимание всех было обращено на кактус. Его золотистые лепестки, вздрагивая то там, то сям, начинали принимать вид лучей, в центре которых белая туника всё шире раздвигала свои складки. В комнате послышался запах ванили.[комм. 9] Кактус завладевал нашим вниманием, словно вынуждая нас участвовать в своём безмолвном торжестве; а цыганские песни капризными вздохами врывались в нашу тишину.[10]

  Афанасий Фет, из рассказа «Кактус», 1860
  •  

— Софья Петровна, — позвал Иванов молодую девушку, — вы кончили как раз вовремя. Кактус в своем апофеозе. Идите, это вы нескоро увидите.
Девушка подошла и стала рядом с Ивановым, присевшим против кактуса на стул, чтобы лучше разглядеть красоту цветка.
— Посмотрите, какая роскошь тканей! Какая девственная чистота и свежесть! А эти тычинки? Это папское кропило, концы которого напоены золотым раствором. Теперь загляните туда, в глубину таинственного фиала. Глаз не различает конца этого не то светло-голубого, не то светло-зелёного грота. Ведь это волшебный водяной грот острова Капри. Поневоле веришь средневековым феям. Эта волшебная пещера создана для них![комм. 10]
— Очень похоже на подсолнух, — сказала девушка и отошла к нашему столу.
— Что вы говорите, Софья Петровна! — с ужасом воскликнул Иванов;[комм. 11] — в чём же вы находите сходство? Разве в том только, что и то и другое — растение, да что и то и другое окаймлено жёлтыми лепестками. Но и между последними кричащее несходство. У подсолнуха они короткие, эллиптические и мягкие, а здесь, видите ли, какая лучистая звезда, словно кованная из золота. Да сам-то цветок? Ведь это храм любви![10]

  Афанасий Фет, из рассказа «Кактус», 1860
  •  

Когда стали расходиться, кактус и при лампе всё ещё сиял во всей красе, распространяя сладостный запах ванили.
Иванов ещё раз подсел к нему полюбоваться, надышаться, и вдруг, обращаясь ко мне, сказал:
— Знаете, не сре́зать ли его теперь в этом виде и не поставить ли в воду? Может быть, тогда он проживёт до утра?
— Не поможет, — сказал я.
— Ведь всё равно ему умирать. Так ли, сяк ли.[комм. 12]
— Действительно.
Цветок был срезан и поставлен в стакан с водой. Мы распрощались. Когда утром мы собрались к кофею, на краю стакана лежал бездушный труп вчерашнего красавца кактуса.[10]

  Афанасий Фет, из рассказа «Кактус», 1860
  •  

Смеркалось, близилась ночь, и вдруг в тёмном углу, где до сих пор виднелся только силуэт причудливо переплетённых, колючих ветвей, появилось маленькое пятнышко. Увеличиваясь в размерах, оно излучало нежный, прозрачно-зеленоватый, таинственный свет. Все цветы повернулись в его сторону. Перед ними медленно раскрывался цветок неописуемой красоты. Это была симфония света и красок. В немом восхищении застыли они, когда розетка цветка развернулась полностью и стала величиной с большую тарелку. До самого рассвета, молча, словно зачарованные, созерцали цветы эту чудо-красоту.
Но вот забрезжил рассвет, и там, где только что был прекрасный цветок, луч солнца осветил худощавое тело безмолвно и скромно приютившегося в углу кактуса. Гул пробежал по рядам цветов. Откуда могло явиться виденное ими чудо? Кактус? Нет, конечно, не он был тому причиной.
— И всё-таки — это он! — воскликнула очарованная роза. Сконфуженный стоял кактус перед изумлёнными взорами цветов. <...>
Вот и кончилась сказка. Но кактус, о котором шла речь, существует на самом деле. На всех языках мира его называют царицей ночи. Есть у него научное латинское название — Selenicereus grandiflorus (L.) Br. et R.[11]:6-7

  — С.Турдиев и др., «Начнём со сказки», 1970 г.
Тинктура
«Cactus Grandiflorus»

Селеницереус в поэзии[править]

  •  

Которая тут «царица ночи»?
А ну-ка, шаг вперёд!
Теперь с царицей обняться хочет
Весь наш народ.[12]

  Михаил Савояров, «Революция на Аптекарском», февраль 1918

Комментарии[править]

  1. Раньше (со времён Линнея-Миллера) «царица ночи» входила в старый (сборный) род цереус, включавший в себя все кактусы с длинными или продолговатыми стеблями.
  2. Порядок и границы видов внутри рода селеницереус не отличается особенной внятностью. Неопределённое множество близких видов, региональных форм, культиваров и разновидностей осложняют разграничение ещё и большим количеством гибридов: природных, искусственных, культурных и одичавших. Некоторые черты такой излишне пёстрой картины можно увидеть и в этой статье.
  3. Можно только теряться в догадках, по какой причине Фет называет селеницереус «белым кактусом». Видимо, это «чистая» фантазия. Такого названия у «царицы ночи» не было замечено: ни прежде, ни после фетовского рассказа «Кактус».
  4. От шести вечера до полночи... Фет указывает более чем странное время цветения кактуса (лат.  cactus grandiflora ). «Увядание пополуночи» это очевидная ошибка (или «художественная» выдумка) Фета. Для растений, цветущих днём, шесть часов вечера — слишком позднее время для расцвета. И напротив, ночные кактусы не увядают «пополуночи», а примерно в это время (или чуть раньше) только распускаются. Не является исключением и селеницереус, типичный ночецвет.
  5. «Надо снести его в столовую» — тоже довольно странное замечание. Цветущий (крупный) селеницереус, с его длинными лианоподобными побегами — не слишком удобное растение для переноски туда-сюда, тем более — с риском обломить бутоны. А в ряде случаев, например, если поисковые побеги уцепились за случайные опоры или укоренились в разных местах, его и вовсе невозможно таскать из столовой в спальню и обратно.
  6. Довольно странная особенность рассказа «Кактус». Даже указав абсолютно «точное» ботаническое название (по латыни) и самым подробным образом описывая все стадии распускания цветка, тем не менее, Фет ни единого разу не описывает само растение: ка́к и́менно оно выглядит. Это шаровидный кактус, столбовидный, или всё-таки лианоподобный, как селеницереус? Тем более странным это представляется, что описание контраста между «безобразным» растением и «прекрасным» цветком, как правило, даёт массу выразительных поводов для романтического сюжета (тем более, с цыганами). По всей видимости, поручик Фет попросту не видел цветущей «царицы ночи», составив свой рассказ по рисунку или словесному описанию.
  7. «Бедный индиец» — это ещё один казус военного автора. Вслед за первыми конкистадорами, которые приняли Америку за Индию и всех, кто там жил, назвали «индейцами», Афанасий Фет тоже называет кактус «индийцем», хотя ни «царица ночи», ни прочие кактусы не происходят из Индии.
  8. Довольно точное и остроумное замечание. В самом деле, громадное число кактусов было загублено «сердобольными» садовниками и старушками, считавшими, что растение неизбежно засохнет или завянет, если его как следует» не полить.
  9. В рассказе Афанасия Фета «Кактус» цветение царицы ночи, называемой тогда лат. «Cactus grandiflora» или «Кактус крупноцветковый» (ныне лат. Selenicereus grandiflora) описывается с точки зрения обывателя или мещанина, но не знатока, и даже не любителя растений. Тем не менее, описание размеров и формы цветка достаточно точное и подробное, чтобы по нему определить вид.
  10. И по-прежнему детали расцветки и внутреннего строения цветов селеницереуса описываются достаточно точно и тонко.
  11. Под поэтической фамилией «Иванов» в рассказе «Кактус» Афанасий Фет вывел своего друга, Аполлона Григорьева, вскоре скончавшегося.
  12. «Ведь всё равно ему умирать»... Достаточно странное замечание, согласно которому увядание цветка приравнивается к смерти. На самом деле, цветок не является отдельным организмом, чтобы «умирать». То же относится и к окончанию рассказа, достаточно нелепому, когда «на краю стакана лежал бездушный труп вчерашнего красавца кактуса».

Источники[править]

  1. В.М.Дьяконов, Н.И Курнаков, «Кактусы и их культура в комнатных условиях», — Л., Издательство Ленинградского Государственного Ордена Ленина Университета имени А.А.Жданова, 1953 г.
  2. 2,0 2,1 2,2 Вальтер Хааге, «Кактусы» (Das praktische Kakteenbuch in Farben). — М.: «Колос», 1992. — 368 с. — 25 000 экз.
  3. Ф.Пажоут, Я.Валничек, Р.Шубик «Кактусы». — издание второе. — Прага: «Праце», 1963. — 208 с. — 5 000 экз.
  4. Александр Урбан, «Колючее чудо» (книга о кактусах) / под рецензией доктора Пажоута. — издание третье, стереотипное, перевод со словацкого оригинала 1972 г.. — Братислава: «Веда», издательство Словацкой академии наук, 1983. — С. 299. — 336 с. — 50 000 экз.
  5. 5,0 5,1 И.А.Залетаева, «Книга о кактусах», — Москва, «Колос», 1974 год, 192 стр., тираж 600 000
  6. З.Флейшер, В.Шютц «Выращивание кактусов». — Воронеж: «Координационный совет КК», 1976. — 140 с. — 500 экз.
  7. Р.А.Удалова, Н.Г.Вьюгина, «В мире кактусов». — Академия наук СССР, научно-популярная серия. — Л.: Наука, Ленинградское отделение, 1977 год, 136 стр.
  8. Д.В.Семёнов. «Кактусы и другие суккуленты в доме и в саду», М., Фитон +, 2000 г., стр.176
  9. Щелкунова Н.В., Гапон В.Н., «Кактусы». — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2001. — 96 стр. (Цветы дома и в саду). стр.13
  10. 10,0 10,1 10,2 10,3 А. Фет. Проза поэта. — М.: «Вагриус», 2001 г.
  11. С.Турдиев, Р.Седых, В.Эрихман, «Кактусы», — Алма-Ата, издательство «Кайнар», 1974 год, 272 стр, издание второе, переработанное и дополненное, тираж 150 000.
  12. М.Н.Савояров, Семнадцатый сборник сочинений: самые свежие тексты песен, куплетов и декламаций. — Петроград, 1918 г., Гороховая 12

См. также[править]