Пустыня

Материал из Викицитатника
Перейти к: навигация, поиск
Ливийская пустыня
Сахара
Логотип Википедии
В Википедии есть статья

Пусты́ня — природная зона, характеризующаяся равнинной поверхностью, разреженностью или отсутствием флоры и специфической фауной. Различают песчаные, каменистые, глинистые, солончаковые пустыни.
Отдельно выделяют снежные пустыни (в Антарктиде и Арктике — арктическая пустыня).

Пустыня в прозе[править]

  •  

Возвеселится пустыня и сухая земля, и возрадуется страна необитаемая и расцветет как нарцисс;
великолепно будет цвести и радоваться, будет торжествовать и ликовать; слава Ливана дастся ей, великолепие Кармила и Сарона; они увидят славу Господа, величие Бога нашего.

  Библия, Книга пророка Исаии, 35:1-2
  •  

Бесспорно, что в сказочные долины Эквадора или горные плато боливийского Антиплана так же, как и величественные склоны чилийских Анд, в заклятые овраги Колорадо и Аризоны или в бескрайние аргентинские пампы жизнь вдыхают именно они, кактусы. <...>
Холодное спокойствие мёртвых монгольских пустынь, адский зной Сахары или убийственное однообразие двух третей Австралии в тысячу раз хуже. Они не дышат даже бедностью и печалью, там веет лишь смертью.
Кактусы там не растут.[1]:43

  — Александр Урбан, «Кактусы в природе»
  •  

Да что же мне, всю жизнь по этой пустыне мотаться?!

  — Федор Сухов («Белое солнце пустыни»)
  •  

— Знаешь, отчего хороша пустыня? — сказал он Маленький принц. — Где-то в ней скрываются родники...

 

'Français': — Ce qui embellit le désert, dit le petit prince, c'est qu'il cache un puits quelque part...

  Антуан де Сент-Экзюпери, «Маленький принц», XXIV. Пер. с фр. Норы Галь
  •  

Мгла ползла по дну колодца… Туман свёртывался неопределёнными складками вверху. Ни луча света, ни блеска зари… ни звука. Та же мёртвая пустыня, те же влажные, чёрные камни с серебристыми пятнами лишайника, то же самое подавляющее мысль и чувство однообразие.

  Василий Немирович-Данченко, «Случайная встреча», 1902
  •  

— О моя тёплая, цветущая родина, — пела канарейка, — я буду петь о твоих тёмно-зелёных деревьях, чьи ветви целуют прозрачные воды тихих заливов, о светлой радости моих братьев и сестёр, о вечнозелёных хранителях влаги в пустыне — кактусах.

  Ганс Христиан Андерсен, из сказки «Калоши счастья», глава 5: Превращения полицейского писаря
  •  

Там, где начинаются кактусы, эти живые цистерны, которые совершают чудо из Ничего – из росистого дыхания ночи и его последних следов в почве копят влагу – там смерть от жажды осталась позади. Я проходил другими пустынями, которые белели скелетами. Там нет «баррель-кэктай» и потому – нет спасения.[2]:66

  — Курт Бакеберг
  •  

Тут мне очень мутно бывает, искренно считаю себя конченным, тогда предаюсь кактусам и в этой обширной пустыне пребываю до восстановления рассудка. Тогда, бывало, приходил к И<лье> С<емёновичу>, садился, наливал рюмку-две (не больше) водки, ему и себе, и этак просиживал вечер с ним, молча.[3]:256

  — из письма Леонида Леонова — Максиму Горькому, Москва. 21 октября 1930 г.
Copiapoa cinerea
Кактус в пустыне
Национальный Парк Азукар, Чили
  •  

Уже рано утром я пошёл вглубь континента. Сначала я шёл по неглубокой долине, окаймлённой по обеим сторонам скалистыми гребнями. При дневном освещении на фоне красноватых камней чрезвычайно отчётливо выделялись бело-серые растения copiapoa cinerea. В этой стерильной, каменистой пустыне, куда ни глянь, это были, пожалуй, единственные растения. На некоторых местах мне повстречались иссохшие, крупные колючие метёлки эулихнии, достигающие даже трёх метров в высоту. Бо́льшая часть этих скромных цереусов представляла собой высохшие трупы. Этому нельзя удивляться, если представить себе, что на северочилийском побережье практически никогда не бывает дождей. Единственную влагу дают иногда туманы, ночная влажность близкого моря или же поднимающаяся влажность из глубины земли, которая конденсируется на охлаждённой поверхности почвы.[1]:159

  — Г.Франк, «…в северном Чили»
  •  

Через сутки с небольшим, ранним утром, пароход подходил к Тобольску, единственному сколько-нибудь населённому городу на всём громадном расстоянии между Тюменью и Томском. За Тобольском вскоре начинается безлюдный, пустынный приобский край, теряющийся в тундрах Ледовитого океана; деревни и юрты будут попадаться всё реже, а два попутные городка, Сургут и Нарым, брошенные в этой неприветной и мрачной пустыне, — захолустные сибирские дыры, называемые городами единственно потому, что в них живут исправники.

  Константин Станюкович, «В далёкие края», 1886

Пустыня в стихах[править]

  •  

Пустыня, грусть в степных просторах.
Синеют тучи. Скоро снег.
Леса на дальних косогорах
Как жёлто-красный лисий мех.

  Иван Бунин, «Пустыня, грусть в степных просторах…», 1888
  •  

Взвойте вы к змеям, и пусть разнесут вашу ярость по свету.
Брошены вы средь пустыни, на камнях её раскалённых;
Вкруг — нагота мировая в безмолвном проклятии Бога.
Род отлученный от персей земли, вы их запах забыли,
Вид позабыли травы, благовонье цветков после ливня,
Мощь многолетних лесов, ликование водного плеска,
Свежесть и влажную тень вечно-юного дерева жизни.

  Хаим Нахман Бялик, «Взвойте вы к змеям…», 1906
  •  

Где пылят пустыни,
В небо с высоты́,
Где травы́ не косят,
Молоко приносят ―
Дойные деревья и кусты...[4]

  Михаил Савояров, «Молочай» (из сборника «Не в растения»), 1912
  •  

Так долго с пророческим мёдом
Мешал я земную полынь,
Что верю деревьям и водам
В отчаяньи рдяных пустынь...

  Вячеслав Ива́нов, «Fata morgana»
  •  

Пустыня спит, и мысль растёт...
И тихо всё во всей Пустыне,
Широкий звёздный небосвод
Да аромат степной полыни...

  Максимилиан Волошин, «Монмартр... Внизу ревёт Париж»
  •  

Как я любил этот кактус Европы
На окоёме Азийских пустынь –
Эту кипящую магму народов
Под неустойчивой скорлупой,

  Максимилиан Волошин, из стихотворения «Четверть века»
  •  

Костёр мой догорал на берегу пустыни.
Шуршали шелесты струистого стекла.
И горькая душа тоскующей полыни
В истомной мгле качалась и текла.

  Максимилиан Волошин, «Полынь»
  •  

Ты не пой по горам, вода!
Опалённый ветер, остынь!
Будь безмолвнее, чем всегда,
Серебристая ночь пустынь!
Не качай опереньем, тис,
Белый дым костра, опустись!
Не шурши, не свисти, змея,
Чтобы слышалась песнь моя![5]

  Илья Сельвинский, «Военная песня Бабека», 1940

Источники[править]

  1. 1,0 1,1 Александр Урбан Колючее чудо (книга о кактусах) / под рецензией доктора Пажоута. — издание третье, стереотипное, перевод со словацкого оригинала 1972 г.. — Братислава: «Веда», издательство Словацкой академии наук, 1983. — 336 с. — 50 000 экз.
  2. С.Турдиев, Р.Седых, В.Эрихман, «Кактусы», издательство «Кайнар», Алма-Ата, 1974 год, 272 стр, издание второе, тираж 150 000.
  3. Переписка Леонова и Горького
  4. Михаил Савояров. «Слова», стихи из сборника «Не в растения»: «Молочай»
  5. И. Сельвинский. «Из пепла, из поэм, из сновидений». Сборник стихотворений М.: Время, 2004 г.