Не тронь меня (растение)

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску

Не тронь меня́ или Недотро́га — тривиальное (бытовое, разговорное) название нескольких широко известных растений, листья, плоды или цветы которых реагируют на прикосновение или касание. Чаще всего под именем «не тронь меня» имеют в виду мимозу стыдливую (лат. Mimosa pudica), легендарное южно-американское растение, листья которого быстро складываются даже от лёгкого движения рукой. Несколько реже так называют несколько лесных видов бальзамина или недотроги (лат. Impátiens), латинское имя которого («Impatiens noli me tangere») включает в себя определение «не тронь меня». Ещё реже под названием «не тронь меня» могут иметь в виду хищное растение венерина мухоловка (лат. Dionaea muscipula), которое захлопывает свои листья при попадании в них насекомого. В зависимости от контекста чаще всего нетрудно определить, какое именно растение скрывается под общим названием «не тронь меня».

Эта словесная формула происходит от евангельской легенды noli me tangere (лат.), описывающtй первое после Воскресения явление Христа Марии Магдалине. Он же сказал ей: «не прикасайся ко Мне, ибо Я ещё не восшёл к Отцу Моему; а иди к братьям Моим и скажи им: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему» (Ин. 20:11—17).

В переносном метафорическом смысле «не тронь меня» или «недотрогами» иногда называют и некоторых животных, а также людей излишне стыдливых или чувствительных (чаще девушек), которые не позволяют прикасаться к себе.

Не тронь меня в мемуарах и публицистике[править]

  •  

Мы велели ему вести себя на холм, к губернаторскому дому. Дорога идет по великолепной аллее, между мускатными деревьями и померанцевыми, розовыми кустами. Трава вся состояла из mimosa pudica (не-тронь-меня). От прикосновения зонтиком к траве она мгновенно сжималась по нашим следам. Не было возможности дойти до вершины холма, где стоял губернаторский дом: жарко, пот струился по лицам.[1]

  Иван Гончаров, Фрегат «Паллада», 1855
  •  

Какая-то нега праздности охватила нас, отталкивала не только-что от дела, но даже от серьезных интересов. Мы целые дни гуляли, ели, отдыхали, упивались в оранжерее запахом жасмина и гардений, забавлялись, как «не-тронь-меня» трепетно сжимается и быстро опускает ветки от прикосновения к ней руки, как «мухоловка» удерживает опускавшихся на нее насекомых, и читали романы.[2]

  Татьяна Пассек, «Из дальних лет», 1889
  •  

Если вы любите растения и хотите, чтобы они хорошо росли, не касайтесь их руками. Исследователи из Медицинского центра Станфордского университета открыли особые «гены касания», которые приостанавливают рост растений при воздействии на них ветра, дождя, а иногда и рук человека. Ученые полагают, что реакция растений на прикосновение может зависеть от содержания кальция в их клетках. «Растения не могут вскочить и убежать от какого-то стресса, ― говорит биохимик Станфордского университета Джанет Браам. ― Они вынуждены действовать соответственно обстоятельствам, в которых находятся, но единственное, что они могут при этом сделать, это изменить темп роста».[3]

  — Ирина Ярославцева, «Не тронь меня!», сентябрь 2005 г.

Не тронь меня в беллетристике и художественной прозе[править]

  •  

Сперва она от всей души желала сдружиться с мужем, найти в нем собеседника и от голосок своих чувствований; но он смеялся, зевал, прерывал ее восторженные мечтания просьбою заказать к завтрашнему обеду побольше ветчины или, соскучившись слушать непонятные для него звуки, заигрывал на свой лад песенку, которая возмущала все существование бедной Ольги. Чувства в этом случае ― как травка не тронь меня: они от неприятного прикосновения сжимаются и увядают; и хотя, отдохнув, приходят в прежнее состояние, однако отпечаток неосторожной руки остается на них неизгладимо.[4]

  Елена Ган, «Идеал», 1837
  •  

Этого времени уже не воротишь, этот медовый месяц девственного сердца бывает только раз в жизни, один раз и в единственную жизнь! Как это мало! Как эта трава, которой имя не останавливает любопытного дотрагиваться до нее, ― как не-тронь-меня, которая свёртывается от одного прикосновения иногда нежной руки, ― твое сердце уже сжалось навсегда для первых светлых впечатлений! Оно может гореть пожаром страсти, но в нем не будет уже тихого огня первой любви, подобие которого в древности стерегли, как ты же, чистые девы! Не будешь ты более смотреть на жизнь из-под солнца и вместо светлой радуги увидишь только мелкие капли дождя![5]

  Михаил Авдеев, «Тамарин», 1851
  •  

Петя, глядевший во все глаза на мужика и думавший, что его тотчас начнут сечь, увидел, что Антон Антонович, подходя к нему, сделал из ладони правой руки своей какое-то подобие чашечки, а подойдя еще ближе, принялся тыкать этой чашечкой мужика в ногу; от внимания мальчика не ускользнула большая монета, тотчас же упавшая в чашечку, которая быстро закрылась, как лист не-тронь-меня, когда в него попадает муха.
― Уж сделайте милость, Антон Антоныч, ― проговорил в то же время мужик с подбитым глазом, подавая письмоводителю красивенькую записочку, запечатанную голубой облаткой с готическим вензелем, ― ослобоните, пожалуйста; мы будем в надежде[6]

  Дмитрий Григорович, «Переселенцы», 1856
  •  

Какая-то нега праздности охватила нас, отталкивала не только-что от дела, но даже от серьезных интересов. Мы целые дни гуляли, ели, отдыхали, упивались в оранжерее запахом жасмина и гардений, забавлялись, как «не-тронь-меня» трепетно сжимается и быстро опускает ветки от прикосновения к ней руки, как «мухоловка» удерживает опускавшихся на нее насекомых, и читали романы.[7]

  Татьяна Пассек, «Из дальних лет», 1889
  •  

Но Саша была воплощенная доброта. Несправедливости или то, что казалось ей несправедливостями, только угнетали ее, щемили ей сердце, вызывали в ней недоумение или отчаяние. Она походила на цветок «Не тронь меня»: неправда, несправедливость, грубость заставляли ее не бороться, не протестовать, не сердиться, а сжиматься, уходить в себя. Мне, всегда казалось, что ей делается холодно и жутко, когда совершалось нечто злое и бесчестное. Он невольно встал и прошелся по комнате, видимо, взволновавшись при воспоминаниях об образе этой когда-то любимой им женщины.[8]

  Александр Шеллер-Михайлов, «Вешние грозы», 1892
  •  

Он скрежещет кривою улыбкой; лицо очень бледное, старообразное; жёлтая пара; как камень шершавый, с которого жёлтенький лютик растёт; так конфузлив, как листья растения «не-тронь-меня»; чуть что ― ёжится: нет головы; лицом ― в плечи; лишь лысинка!
«Что вы?» ― «Я ― так себе. Гм-гм-гм… Молодой человек из Голландии ― гм-гм ― рисунки прислал».[9]

  Андрей Белый, «Начало века», 1930

Не тронь меня в стихах[править]

  •  

Цветут камелия и роза.
Но их не видит мотылёк:
Ты жизнь и смерть его, ты ― грёза
Певца цветов, моя мимоза,
Мой целомудренный цветок ―
Затем, что в звучном строе лета
Нет и не будет больше дня
Звучней и ярче для поэта,
Как тот, когда сложилась эта
Простая песнь: «Не тронь меня».[10]

  Лев Мей, «Мимоза» (С...), 1859
  •  

Не тронь моих цветов! — Они священны!
Провидя темный путь их жертвенной судьбы!
Великие жрецы и кроткие рабы
Служили им, коленопреклоненны.[11]

  Надежда Тэффи, «Не тронь моих цветов!», 1930-е
  •  

Мир создан был из смешенья грязи, воды, огня,
воздуха с вкрапленным в оный криком «Не тронь меня!»,
рвущимся из растенья, впоследствии ― изо рта,
чтоб ты не решил, что в мире не было ни черта.[12]

  Иосиф Бродский, «Мир создан был из смешенья грязи, воды, огня...», 1989

Поговорки, пословицы и загадки[править]

  •  

Не тронь меня, — завяну я!

  — Загадка (акация, мимоза)

Источники[править]

  1. И.А. Гончаров. Фрегат «Паллада». — Л.: «Наука», 1986 г.
  2. Т. П. Пассек. «Из дальних лет», воспоминания. — М.-Л.: Academia, 1931 г.
  3. Ирина Ярославцева. Во всём мире. — М.: Знание-сила, № 9, 2005 г.
  4. Русская романтическая повесть. — М.: Советская Россия, 1980 г.
  5. М.В.Авдеев. «Тамарин». Роман. — Москва: «Книгописная палата, 2001 г.
  6. Д.В. Григорович. Избранные сочинения. — М.: «Государственное издательство художественной литературы», 1954 г.
  7. Т. П. Пассек. «Из дальних лет», воспоминания. — М.-Л.: Academia, 1931 г.
  8. Шеллер-Михайлов А.К. Господа Обносковы. Над обрывом. — М.: «Правда», 1987 г.
  9. Андрей Белый. «Начало века». Москва, «Художественная литература», 1990 г.
  10. Мей Л. А., Стихотворения. — М.: «Советский писатель», 1985 г.
  11. Надежда Тэффи. Юмористические рассказы. — Москва: Художественная литература, 1990 г.
  12. Иосиф Бродский. Собрание сочинений: В 7 томах. — СПб.: Пушкинский фонд, 2001 г. Том 1

См. также[править]