Перейти к содержанию

Обои

Материал из Викицитатника
Комната, обои

Обо́и — традиционный вид отделочных материалов для облицовки стен и потолков внутри помещений, в первую очередь — жилых. Представляют собой полотно, свёрнутое в рулон. Основные размеры полотна: ширина — 0,53, 0,70, 1,06 м, длина — 10 и 25 м. Основные виды обоев: бумажные, а также виниловые на бумажной и флизелиновой основах.

До XVIII века в Европе обои делали из ткани, а не из бумаги, и стены и потолки ими обивали, а не оклеивали, откуда и пошло их название. Слово обои образовано от слова обить, обивать. В эпоху барокко широкой популярностью пользовались кожаные обои, традиция изготовления которых пришла в Европу из арабского мира через Испанию. Бумажные обои с давних пор традиционно используются в странах Восточной Азии (Китай, Япония).

Обои в афоризмах и кратких высказываниях

[править]
  •  

Обоев тогда не полагалось, и стены прямо по штукатурке окрашивали охрой или медным купоросом.[1]

  Дмитрий Мамин-Сибиряк, «Отрезанный ломоть», 1899
  •  

Осенний крупный дождь стучится у окна,
Обои движутся под неподвижным взглядом.[2]

  Георгий Адамович, «Осенним вечером, в гостинице, вдвоем...», 1928
  •  

В квартире у Зои
Цветные обои...[3]

  Игорь Холин, «В квартире у Зои...», 1970-е
  •  

— Что значит «сорвать обои»? Да вы понимаете, что в этой квартире жил сам Иван Фёдорович! Он записывал стихи на этих обоях! Это же память!

  Владимир Вардунас, из фильма «Фонтан», 1988
  •  

...их внимание привлекли… старые обои, которыми были оклеены стены. Довольно красивый рисунок на неестественном ярко-зеленом фоне, в отдельных местах краска, покрывавшая бумагу толстым слоем, осыпалась, обнажая жёлтые пятна. <...>
Да, всё дело оказалось в этих обоях. В прежние годы выпускались обои, окрашенные так называемой парижской зеленью, а она содержит ядовитый мышьяк. В доме Селезневых, как видно, были обои, покрытые этой зеленью с избытком. Мышьяк, годами накапливаясь в организме здесь живущих, и был их «злым роком»…[4]

  Владимир Мезенцев, «Чудеса: Популярная энциклопедия», 1991
  •  

Более 30 лет назад в руках английского физикохимика Дэвида Джонса оказался кусок обоев из спальни Наполеона. Анализ показал, что на 1 м2 площади этих обоев приходилось 0,12 г мышьяка.[5]

  Елена Стрельникова, «Мышь, мышьяк и Калле-сыщик», 2011
  •  

...при содержании 0,015 г мышьяка на 1 м2 обоев жильцы помещения испытывают недомогания, в частности страдают желудочно-кишечными заболеваниями, которые прекращались после смены обоев. Обои с острова Святой Елены содержали мышьяка на порядок больше![5]

  Елена Стрельникова, «Мышь, мышьяк и Калле-сыщик», 2011

Обои в публицистике и документальной прозе

[править]
  •  

Автор рассказа и его коллега, инспектор облздравотдела, решили проверить всё на месте. Приехали в Приозёрный поздно ночью. На следующий день попытались навести справки в местной участковой больнице. Участковый врач был человеком в селе новым и на наш вопрос ответил: «Слышал, что в этой семье люди умирают от какого-то особого заболевания, но думал, все это бабушкины сказки. Вера Васильевна Селезнева, мать Петра, обращалась за помощью дважды, но оба раза ничего серьезного у нее я не нашел».
Пошли в дом Селезнёвых. И там их внимание привлекли… старые обои, которыми были оклеены стены. Довольно красивый рисунок на неестественном ярко-зеленом фоне, в отдельных местах краска, покрывавшая бумагу толстым слоем, осыпалась, обнажая жёлтые пятна.
― Вера Васильевна, почему вы не обновите обои?
― Что вы, это память об отце моем, Силантии Петровиче. Он эти обои, как дом купил, сам наклеил и очень любил их. Все время жил в этой комнате.
― И мать ваша жила в этой комнате?
― И она.
Да, все дело оказалось в этих обоях. В прежние годы выпускались обои, окрашенные так называемой парижской зеленью, а она содержит ядовитый мышьяк. В доме Селезневых, как видно, были обои, покрытые этой зеленью с избытком. Мышьяк, годами накапливаясь в организме здесь живущих, и был их «злым роком»…[4]

  Владимир Мезенцев, «Чудеса: Популярная энциклопедия», 1991
  •  

Более 30 лет назад в руках английского физикохимика Дэвида Джонса оказался кусок обоев из спальни Наполеона. Анализ показал, что на 1 м2 площади этих обоев приходилось 0,12 г мышьяка. Но ещё в конце XIX века были проведены исследования, доказавшие, что при содержании 0,015 г мышьяка на 1 м2 обоев жильцы помещения испытывают недомогания, в частности страдают желудочно-кишечными заболеваниями, которые прекращались после смены обоев. Обои с острова Святой Елены содержали мышьяка на порядок больше! Из обоев он мог поступать в воздух, оттуда в лёгкие… К этому процессу, скорее всего, причастна плесень Scopulariopsis bevicaulis, бытующая на острове. Известно, что эта плесень способна перерабатывать ядовитые для нее соединения мышьяка в газообразный триметиларсин, еще более ядовитый, но уже для людей. Недаром свита Наполеона постоянно жаловалась на желудочные хвори, приступы озноба и опухание конечностей — симптомы хронического отравления мышьяком. А тот факт, что обои в резиденции экс-императора страдали от плесени, подтвержден документально.[5]

  Елена Стрельникова, «Мышь, мышьяк и Калле-сыщик», 2011

Обои в мемуарах, письмах и документальной прозе

[править]
  •  

Дом княжны Анны Борисовны, уцелевший каким-то чудом во время пожара 1812, не был поправлен лет пятьдесят; штофные обои, вылинялые и почерневшие, покрывали стены; хрустальные люстры, как-то загорелые и сделавшиеся дымчатыми топазами от времени, дрожали и позванивали, мерцая и тускло блестя, когда кто-нибудь шел по комнате...[6]

  Александр Герцен, «Былое и думы» (часть третья), 1856
  •  

Тогда доктор Шед сел на свой четырехколесный шарабан и поехал вслед бегущему народу. Хотя что может сделать один человек? Айсоры шли горами. В этих горах нет дорог, а вся земля покрыта камнями, как будто прошел каменный дождь. Лошадь на этих камнях за сто верст истирает подковы. Когда в 1918-м, голодом меченном году зимой умирали люди среди обоев, покрытых ледяными кристаллами, то труп брали и хоронили с великим трудом.[7]

  Виктор Шкловский, «Сентиментальное путешествие», 1923
  •  

А когда пересекли площадь и подошли к дому Шиллера, выглянуло солнце и все преобразилось. На стене лютня. На кровати, где умер поэт, венок. У кровати столик, на нем изящная маленькая чашечка ― синяя с розовыми цветами. Из нее в последний раз пил воду умирающий. Солнце, золотистые обои, лютня, венок, много воздуха и мало вещей.[8]

  Виктор Розов, «Удивление перед жизнью», 2000

Обои в беллетристике и художественной прозе

[править]
  •  

Рост у нее был для девушки порядочный; она казалась гораздо ниже от пышности бюста и круглых щек. С балкона дверь вела прямо в залу, служившую и столовой, отделанную кое-как, ― точно в доме жили только по летам, а не круглый год. Стены стояли голые, с потусклыми обоями; ни одной картинки, окна без гардин, вдоль стен венские стулья и в углу буфет ― неуклюжий, рыночной работы.[9]

  Пётр Боборыкин, «Василий Тёркин», 1892
  •  

Мне больше всего нравились полати, устроенные по-деревенски, где я любил спать. Обоев тогда не полагалось, и стены прямо по штукатурке окрашивали охрой или медным купоросом. Кухня содержалась в величайшей чистоте, и я не помню, чтобы в ней где-нибудь стояло неизбежное поганое ведро, лохань или что-нибудь подобное, что придает кухням такой непривлекательный вид.[1]

  Дмитрий Мамин-Сибиряк, «Отрезанный ломоть», 1899
  •  

Нехлюдов вернулся в горницу, разделся и лег в постель не без опасения о клопах, присутствие которых заставляли подозревать оторванные грязные бумажки стен.
«Да, чувствовать себя не хозяином, а слугой», — думал он и радовался этой мысли.

  Лев Толстой, «Воскресение», 1899
  •  

«Вот, посмотри, ― показал старик своему сыну и как будто вместе с ним обвел глазами паб, ― видишь, как уютно. А ты сказал в свой прошлый приезд, что нет у нас современного комфорта… Но это ведь только твой какой-то комфорт, а по-моему, комфорт ― это чтобы было как всегда. Ты сказал, что это «в бабушкином смысле». Ну да, что ж тут плохого? Кресло, например, может быть новое, но лучше, если оно будет сделано в бабушкином стиле: старое, уютное. Хорошо, когда такие же обои, с таким же рисунком, смотри, они и здесь на стенах тоже.».[10]

  Марина Бонч-Осмоловская, «День из жизни старика на Бёркендейл, 42», 2002
  •  

Тетерин хотел сказать, что на такое жилье денег не хватит в любом случае, но за последние несколько лет он впервые видел свою жену в таком искреннем и окончательном состоянии счастья. Любуясь ею, он рассудил, что сам факт покупки не столь важен. Важно, что они могли позволить себе просто прийти сюда. «Пусть не эта будет квартира, ― думал он. ― Пусть поменьше. Главное, что мы делаем шаг. Мы уже не стоим на месте. Нас уже что-то ждет».
Мария порхала из комнаты в комнату, гладила стены, звонко смеялась и подмигивала Тетерину. В какой-то момент ему показалось, что она вот-вот расцелует его, но она поцеловала обои.[11]

  Андрей Геласимов, «Дом на Озёрной», 2009
  •  

От духоты, стоявшей в комнате, Марк проснулся, не дождавшись рассвета. Он лениво протер глаза и повернул голову направо. Фосфоресцирующие стрелки часов показывали три ночи. На улице бил обломный дождь, и темнота в комнате десятикратно усиливала его шум. Марк лежал на боку и смотрел на стену. Сперва просто лежал, а затем в его сознании родилась первая мысль.
«Какие же паршивые обои».
Обои, и в самом деле паршивые, изображали маковое поле, от вида которого его уже тошнило. За первой мыслью последовала вторая.[12]

  — Эдвард Шулус. «Автомат, стрелявший в лица», 2019

Обои в поэзии

[править]
Комната, кровать, обои (Эрик Равилье, 1930-е)
  •  

Небрежностью людей иль прихотью судьбы
В один и тот же час, и рядом,
От свечки вспыхнули обои здесь; там на дом
Выкидывало из трубы!
– Чего же было ждать? ― сказал советник зрелый,
Взирая на пожар. ― Вам нужен был урок;
Я от такой беды свой домик уберег.[13]

  Пётр Вяземский, «Пожар», 1820
  •  

Всё было тихо в доме. Облака
Нескромный месяц дымкою одели,
И только раздавались изредка
Сверчка ночного жалобные трели;
И мышь в тени родного уголка
Скреблась в обои старые прилежно.[14]

  Михаил Лермонтов, «Сашка: Нравственная поэма», 1839
  •  

Согласясь, я улыбнулась,
А процессья потянулась
По саду. Ле бель-этаж
Осмотрели мы. Как паж,
Ле кустод ходил за мною.
Богатейшею рукою
Точно убран се пале:
Рококо, си ву вуле,
Но вся мебель золотая,
Бархатная, и какая
Редкостей коллекцья здесь!
Люкс старинный точно весь,
Прероскошные покои,
Штофные везде обои,
И парадная кровать,
А при ней, как бы сказать,
Бенитье с святой водою,[15]

  Иван Мятлев, «Борромейские острова и Комо» (Сенсации и замечания госпожи Курдюковой за границею, дан л'этранже), 1840
  •  

Я комнату взглядом окинул
И, будто узором прельщен,
«Мне нравятся очень… обои!»
Сказал им и выбежал вон.
Понять моего каламбура
Из них ни единый не мог,
И долго стояли в раздумье
Студьозусы Вагнер и Кох.[16]

  Козьма Прутков, «Доблестные студиозусы», 1854
  •  

Осенний крупный дождь стучится у окна,
Обои движутся под неподвижным взглядом.
Кто эта женщина? Зачем молчит она?
Зачем лежит она с тобою рядом?
Безлунным вечером, Бог знает где, вдвоем,
В удушии духов, над облаками дыма
О том, что мы умрем. О том, что мы живем.
О том, как страшно все. И как непоправимо.[2]

  Георгий Адамович, «Осенним вечером, в гостинице, вдвоем...», 1928
  •  

Каждый вечер я скитаюсь в ней,
Повторяя в мыслях жесты, взоры…
На обоях прежние узоры,
Сумрак льётся из окна сине́й;
Те же люстры, полукруг дивана,
(Только жаль, что люстры не горят!)
Филодендронов унылый ряд,
По углам расставленных без плана.[17]

  Марина Цветаева, «По тебе тоскует наша зала…», 1910-е
  •  

Гляжу, прищурившись от лени,
Уже часы перед собой:
Идут лиловые олени
Тропинкою на водопой.
И бесконечными рядами.
Все так же скучившись в толпу,
Несут ветвистыми рогами
Опять такую же тропу.
И, видно, много раз считая
Хвосты, копыта и рога,
Каких-то птиц стремится стая
Слететь на эти берега. <...>
И так близки, близки обои,
Где на стене дрожит давно
Разорванное, неживое
Закатное веретено.
Пускай прорезанное в стену
Окно сереет пустотой
Я крылья белые надену
За расцветающей чертой.[18]

  Алла Головина, «Обои», 1929
  •  

В квартире у Зои
Цветные обои,
На койке перина,
На окнах гардины,
Халатик на Зое
Из ситца в полоску…
Она продавщица
Пивного киоска.[3]

  Игорь Холин, «В квартире у Зои...», 1970-е
  •  

Очень долго ― о комнате: в комнате нет травы
И цветов полевых и садовых, но есть обои,
На которых разбросаны тени цветов, увы,
И ужасны, конечно, сознания перебои,
О бумаге, просунутой пленнику под живот ―
Глянцевитая плоскость и страшное шелестенье,
О таинственной тени: казалось, сейчас прибьет,
И чудесном своем сверхъестественном избавленье.[19]

  Александр Кушнер, «Шмель», 2004

Источники

[править]
  1. 1 2 Мамин-Сибиряк Д.Н. Собрание сочинений в 10 томах. Том 9. Хлеб. Разбойники. Рассказы. — М.: Правда, 1958 г. — стр.425
  2. 1 2 Г.В.Адамович. Полное собрание стихотворений. Новая библиотека поэта. Малая серия. — СПб.: Академический проект, 2005 г.
  3. 1 2 И.С.Холин. Избранное. — М.: Новое литературное обозрение, 1999 г.
  4. 1 2 В.А.Мезенцев, К. С. Абильханов. «Чудеса: Популярная энциклопедия». Том 2, книга 4. — Алма-Ата: Главная редакция Казахской советской энциклопедии, 1991 г.
  5. 1 2 3 Е. Стрельникова. Мышь, мышьяк и Калле-сыщик. — М.: «Химия и жизнь», № 2, 2011 г.
  6. А.И. Герцен, «Былое и думы» (часть третья). Вольная русская типография и журнал «Колокол» (1866)
  7. Виктор Шкловский, «Ещё ничего не кончилось». — Москва: изд. Вагриус, 2003 г.
  8. Виктор Розов. «Удивление перед жизнью». — М.: Вагриус, 2000 г.
  9. Боборыкин П.Д. Сочинения. В 3 т. Том 3. — М.: Художественная литература, 1993 г.
  10. Марина Бонч-Осмоловская «День из жизни старика на Бёркендейл, 42». — М.: журнал «Звезда», №2, 2002 г.
  11. Андрей Геласимов, «Дом на Озерной». — М.: Эксмо, 2009 г.
  12. Эдвард Шулус. Апостолы. — ЛитРес: Самиздат, 2019 г.
  13. Вяземский П.А. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. — Ленинград, Советский писатель, 1986 г.
  14. М. Ю. Лермонтов. Полное собрание сочинений: В 5 т. — М. Л.: Academia, 1935-1937 г.
  15. Мятлев И.П. Стихотворения. Библиотека поэта. — Ленинград, «Советский писатель», 1969 г.
  16. «Сочинения Козьмы Пруткова», Москва, «Художественная литература», 1976, 384 стр.
  17. М.И. Цветаева. Собрание сочинений: в 7 томах. — М.: Эллис Лак, 1994-1995 гг.
  18. Головина А. С. Вилла «Надежда»: Стихи. Рассказы. Сост. Л. Г. Баранова-Гонченко. — М.: Современник, 1992 г.
  19. Александр Кушнер. Холодный май. — СПб: Геликон + Амфора, 2005. — 96 с.

См. также

[править]