Петров крест

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску

Петро́в крест, или чешу́йник, или потаённица, или царь-трава́ (лат. Lathraéa) — род паразитических травянистых многолетних растений, относящиеся к малочисленному роду петров крест семейства зарази́ховых (лат. Orobanchaceae).[комм. 1] Рода Петров крест включает в себя следующие виды: Петров крест скрытый, японский, пурпурный, балканский и самый известный вид, петров крест обыкновенный, который чаще всего и разумеется в виду в русской литературе под именем «петров крест».[комм. 2]

Петро́в крест чешу́йчатый, или обыкнове́нный, или земляно́й виногра́д (лат. Lathraéa squamária) — самый известный и распространённый вид паразитических растений из рода петров крест. Растение ядовито.

Петров крест в прозе[править]

  •  

― Вот сильная трава… Ростом она с локоть, растёт кусточком, цветок у ней, вишь, какой багровый, а корень-от, гляди, крест-накрест… Железом этот корень копать не годится, руками надо брать… Это Петров крест,[комм. 3] охраняет он от нечистой силы… Возьми. Таня взяла корешок. Знахарка продолжала сбор трав и рытьё кореньев… Тихо и плавно нагибала она стройный стан свой, наклоняясь к земле…[1]

  Павел Мельников-Печерский, «В лесах» (книга вторая), 1874
  •  

А вот и седьмая трава нам надобная ― это царь-трава.[комм. 4] Как громовые стрелы небесные гонят тёмных бесов в преисподнюю, так и царь-трава могучей своей силою далеко прогоняет силу нечистую… Вот и все семь трав, что пригодны к утолению скорби Марьи Гавриловны… Отломи от каждой по кусочку ― да не забудь ― с молитвой и, перекрестясь, зашей, как я сказывала… [1]

  Павел Мельников-Печерский, «В лесах» (книга вторая), 1874
  •  

А с восточной стороны, с моря-океана, с острова Буяна, со того ли со камня со Алатыря, тихими стопами, земли не касаясь, идёт-выступает Пётр-Золотые-Ключи… Теми ключами небесные двери он отмыкает, теми дверями угодных людей в небо пущает… Идет Пётр-Павел, в одной руке ключи золотые, в другой трава Петров крест, что гонит нечистую силу в тартарары.[1]

  Павел Мельников-Печерский, «В лесах» (книга вторая), 1874
  •  

Тоже, нарочно для Зиночки, принёс я разных чудесных трав по листику, по корешку, по цветочку кукушкины слёзки, валерьянка, петров крест, заячья капуста. И как раз под заячьей капустой лежал у меня кусок чёрного хлеба: со мной это постоянно бывает, что, когда не возьму хлеба в лес — голодно, а возьму — забуду съесть и назад принесу. А Зиночка, когда увидала у меня под заячьей капустой чёрный хлеб, так и обомлела:
— Откуда же это в лесу взялся хлеб?[2]

  Михаил Пришвин, «Лисичкин хлеб», 1939
  •  

Когда спустилась ночь, Ерофей Кузьмич три раза, не отдыхая, обошёл вокруг своего двора. Придерживаясь за изгородь, оступаясь в темноте в ямки, пробираясь сквозь повядшие, но ещё крепкие лопухи, он то про себя, то вслух шептал, горячо дыша: ― … От ворога, конного и пешего… а також от мора и глада… от огня и порухи… и чёрного глаза… Отчитав заговор, он с лампешкой отыскал в кладовке припасённый с лета бледный, мясистый, выросший в земле стебель с редкой чешуйкой недоразвитых листочков ― петров крест. Завязав его в тряпицу, повесил над наружной входной дверью: на счастье всего дома.[3]

  Михаил Бубеннов, «Белая берёза», 1952
  •  

― О, шнапс! ― сказал Квейс и шагнул в калитку.
Поднимаясь на крыльцо, Ерофей Кузьмич увидел над дверью узелок, в котором был завязан стебель петрова креста. Он вздохнул, торопливо прочитал про себя случайный отрывок какой-то молитвы и переступил порог в сенцы. <...>
На лбу Ерофея Кузьмича выступила испарина. Случайно заметив над дверью мешочек с петровым крестом, Ерофей Кузьмич яростно сорвал его с гвоздя и забросил в дальний угол двора. С этого дня Ерофей Кузьмич неожиданно стал ласков с женой и Васяткой. Он не шумел на них, как прежде, но придирался к ним по пустякам, не вмешивался в их дела. Он чаще всего сидел у стола, дымил цигаркой, мирно следил за всем, что происходило в доме, и о чём-то всё думал и думал, ― и жалко было видеть его стареющим на глазах от своих дум…[3]

  Михаил Бубеннов, «Белая берёза», 1952
  •  

Двигались молча, но на привале возник жаркий спор о самой технике розысков. Как известно, заколдованные места на Енге опознаются по бледным росткам чешуйчатого петрова креста, а так как для отвода глаз уйма его растёт в енежских борах ― и нужно выбирать лишь тот, что голубовато светится в темноте, и сразу заломить ему верхушку, а то провалится на полверсты! ― возникала естественная тревога насчет обороны от нечистой силы, приставленной на охрану древних кладов; на всякий случай дали взаимную клятву не бежать, не реветь при виде самой рогатой опасности.[4]

  Леонид Леонов, «Русский лес», 1953
  •  

Листаешь такой травник, и кажется, будто низкий, шелестящий голос шепчет: … «А ещё есть трава петров крест, цветом багряна, растёт кусточками, все коренья сплелись крестом. Малым детям давать ту траву в молоке, никакая хворь не привяжется, а если женщина мается месячными, ту траву отварить и давать хлебать. Поедешь на праздник, с собой бери её, убережет от врагов и случайной смерти… А траву каждую рви с приговором: небо ― отец, земля ― мать, а ты, трава, позволь себя рвать!..»[5]

  — Д. Орлова, «В гостях 400 лет назад», 1991
  •  

Петров день ― наш праздник жары и не убывающего солнца. Праздник, несмотря на страду. До Петрова вспахать, до Ильина заборонить, до Спаса посеять. Крестьянин ищет цветущий петров крест, дёргает, достаёт непонятный корень. Корень помогает при напастях, а также при поиске клада. Петров день, разговины, конец поста. Принято ходить в гости и принимать оных.[6]

  Андрей Балдин, «Московские праздные дни», 1997
  •  

В лесу под орешником пробиваются из земли толстые, бледные, чуть розоватые чешуйчатые стебли с кистью розоватых цветков на верхушке. Это цветёт петров крест. Растение лишено хлорофилла, подземные части его представляют собой бледные чешуйчатые побеги, чешуйчатое корневище с округлым утолщением на конце и множеством присосок. Петров крест ― растение-паразит, оно паразитирует на многих деревьях, но чаще ― на корнях орешника. После смыкания крон деревьев под пологом леса появляются белые или бледно окрашенные цветы...[7]

  — Е. Лапина, «И начало всё расти и распускаться», 2007
  •  

В средней полосе России аналогом заразихи можно считать растение петров крест. Все заразиховые ― корневые паразиты, причём паразитируют они на самых разных растениях: на полынях, ферулах, различных губоцветных, саксауле, тамариксе, кандыме. Надземные побеги этих растений серовато-бурые, желтоватые, розоватые или сиреневатые с чешуевидными листочками.[8]

  — Е. Лапина, «Пустыня в цвету», 2007
  •  

Не менее коварен петров крест (Lathraea) ― род многолетних длиннокорневищных растений семейства норичниковых.[комм. 5] В мире известно 5-7 видов этого растения, распространённых преимущественно в умеренном поясе Евразии. В нашей стране встречается лишь один вид ― петров крест чешуйчатый, или обыкновенный (Lathraea squamaria). Подобно заразихе, петров крест не содержит в тканях хлорофилла, поэтому получает питательные вещества от растения-хозяина. В роли хозяина чаще всего выступает орешник, но петров крест может паразитировать и на корнях других широколиственных деревьев ― липы, ясеня, ольхи, тополя. Поэтому и встретить его легче всего в тенистых широколиственных и елово-широколиственных лесах и кустарниках в европейской части и на Кавказе. Но даже зная места обитания, найти петров крест нелегко. Большую часть года растение ведёт скрытый образ жизни, и обнаружить его можно лишь при перекапывании почвы.[9]

  — Наталья Василенко, «Нахлебники, приспособленцы и просто красавцы», 2009

Петров крест в поэзии[править]

  •  

Бог сказал ему: ползи!
Под землёй, в тиши, в грязи,
Потаённо и коварно,
В одиночку и попарно, <...>
Там, среди корней убогих,
Глупых, сирых, одноногих,
Не зевай, у темноты ―
Ты выращивай кресты.[10]

  Михаил Савояров, «Петров крестик» (из сборника «Вариации Диабелли»), 1913

Комментарии[править]

  1. Вплоть до недавнего времени род петров крест (в первую очередь, из-за строения цветка) относили к семейству нори́чниковых, тому же семейству, что и известное садовое растение — львиный зев. К этому семейству также причисляли и большинство других растений из семейства зарази́ховых: мытник, погремок, марьянник и даже саму заразиху.
  2. Род петров крест олиготипный, он включает в себя от пяти до семи видов, распространённых в умеренном климатическом поясе Европы и Азии. Все виды петрова креста — ортодоксальные растения-паразиты, живущие на корнях деревьев и кустарников. В них полностью отсутствует хлорофилл и, как следствие, зелёный цвет.
  3. «Петров крест ― Lathraea Squammaria» (примечание от автора: Павла Мельникова-Печерского).
  4. В данном случае не вполне ясно, о какой царь-траве идёт речь. Таким эпитетом пользуется не только петров крест, но и другие растения, к примеру аконит, очень ядовитое растение, резко выделяющееся своим внешним видом.
  5. Наталья Василенко в своей статье (посвящённой многим зарази́ховым) по-прежнему относит петров крест к нори́чниковым, хотя к 2009 году нововведение было уже хорошо известно.

Источники[править]

  1. 1,0 1,1 1,2 П. И. Мельников-Печерский. Собрание сочинений. — М.: «Правда», 1976
  2. М. Пришвин. «Зелёный шум». Сборник. — М., «Правда», 1983 г.
  3. 3,0 3,1 Бубеннов М.С. Собрание сочинений в четырёх томах. — Том 2. — М.: Современник, 1981 г.
  4. Леонов Л.М., «Русский лес». — М.: Советский писатель, 1970 г.
  5. Д. Орлова. «В гостях 400 лет назад». — М.: журнал «Здоровье», №8 за 1991 г.
  6. А.Н.Балдин. «Московские праздные дни». — М.: «Астрель», 2010 г.
  7. Е. Лапина, «И начало всё расти и распускаться», — М., «Наука и жизнь». № 4, 2007 г.
  8. Е. Лапина, «Пустыня в цвету», — М., «Наука и жизнь». № 5, 2007 г.
  9. Наталья Василенко, «Нахлебники, приспособленцы и просто красавцы», — М., «Наука и жизнь». № 8, 2009 г.
  10. Михаил Савояров. «Слова», стихи из сборника «Вариации Диабелли»: «Петров крестик»

См. также[править]