Кнут

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску
Всадники с кнутами

Кнут (бато́г, пу́га) — одна из разновидностей плётки, главным элементом которой является длинный плетёный ремень из сыромятной кожи, изначально — с узлом на конце для усиления эффекта. Применяется для понукания животных, наказания людей, в ряде случаев может служить гибким ударным оружием.

Название происходит от скандинавского «кнутр» (knútr) — узел, нарост. Чаще всего кнут имеет твёрдую рукоять (к примеру, из дерева). Кнуты без ручки иногда называются «змеёй» (англ. Snake), в начало которых иногда добавляют мешочек с дробью для утяжеления. Плетёный кожаный ремень кнута, как правило, круглый в сечении, его условно можно разделить разделяется на собственно плетёную часть (или тело кнута), фол и крекер. Тело сплетается из длинных полос кожи и постепенно утончается к концу, на котором крепится узкий ремень — фол; к фолу крепится крекер, состоящий из конского волоса либо синтетических материалов. При нанесении удара с замахом по мере утоньшения конец кнута и в особенности фол может развивать сверхзвуковую скорость, из-за чего крекер производит характерный громкий звук, напоминающий щелчок или хлопок. Этот щелчок пугает рогатый скот, что и используют пастухи.

Кнут в афоризмах кратких цитатах[править]

  •  

Сей кнут, что вор украл, ему же пригодился:
Он пытан тем кнутом...[1]

  Василий Майков, «Вор», 1767
  •  

Народ, который может быть спасен лишь одним-единственным человеком, заслуживает кнута.

  Иоганн Готтфрид Зойме, 1800
  •  

За ложный донос ― доносчику первый кнут...[2]

  Всеволод Крестовский, «Петербургские трущобы» (Часть 4), 1867
  •  

Те, кто надел на глаза шоры, должны помнить, что в комплект входят ещё узда и кнут.

  Станислав Ежи Лец, 1950-е
  •  
  Вадим Шефнер, «Размышления о стихах», 1976
  •  

Когда Бог вручает тебе дар, Он вручает ещё и кнут, исключительно для самобичевания.

  Труман Капоте, «Музыка для хамелеонов» (пер. В. Голышева), 1980
  •  

Стоит только один раз подать повод, и вас обязательно попросят подать кнут.

  Владимир Туровский, 1990-е
  •  

...самая эластичная кожа ― у гиппопотамов, несмотря на ее толщину в два сантиметра, во времена работорговли из неё делали кнуты...[4]

  Александр Чудаков, «Ложится мгла на старые ступени», 2000
  •  

Пряник зачерствел, зато уж кнут размочен!

  Виктор Шендерович, 2000-е

Кнут в публицистике и документальной прозе[править]

  •  

И что же! выискался профессор, который не только не проглотил этого слова, не только не подавился им в виду десятков юношей, внимавших ему, не только не выразился хоть так, что как, дескать, ни печально такое орудие, но при известных формах общежития представляется затруднительным обойти его, а прямо и внятно повествовал, что кнут есть одна из форм, в которых высшая идея правды и справедливости находит себе наиболее приличное осуществление. Мало того: он утверждал, что сама злая воля преступника требует себе воздаяния в виде кнута и что, не будь этого воздаяния, она могла бы счесть себя неудовлетворенною. Но прошло немного времени, курс уголовщины не был еще закончен, как вдруг, перед самыми экзаменами, кнут отрешили и заменили треххвостною плетью с соответствующим угобжением с точки зрения числа ударов. Я помню, что нас, молодых школяров, чрезвычайно интересовало, как-то вывернется старый буквоед из этой неожиданности. Прольет ли он слезу на могиле кнута или надругается над этой могилой и воткнет в нее осиновый кол.[5]

  Михаил Салтыков-Щедрин, «За рубежом», 1881
  •  

У таких обученных «мастерству» ямщиков весь процесс езды идет самым шаблонным образом; кнут, покрикивание, посвистывание, все это делается только по обычаю. Но есть действительно сибирские ямщики, ямщики-артисты, и даже не ямщики, а дирижёры, причем кнут, это ― жезл капельмейстера, а тройка ― оркестр. Этот артист-художник, видимо, заинтересован талантами своего оркестра, любит в одном исполнителе одно, в другом ― другое, принимает их особенности к сердцу и ставит своей задачей ― развить в своих любимцах все их дарования.[6]

  Глеб Успенский, «Поездки к переселенцам», 1889
  •  

А в немецких буршах я многое понял, одного не понимаю: молодость ― это крылья; юность ― это боевой конь! Зачем же этому естественному скакуну эта презренная плеть, этот рабский кнут, это проклятое вино?[7]

  Борис Шергин, «Слово о Ломоносове», 1950-е
  •  

Гейзенберг явился перед Бором на мартовской дороге, точно вытащенный из лесной чащи притяжением его мысли. От неожиданности они доверчиво улыбнулись друг другу. И в продолжение улыбки Бора раздались слова восторженной оценки Соотношения неопределенностей. И те слова были как протянутый пряник. А затем взметнулся кнут: монолог об ошибках в аргументации Гейзенберга. ...Пряник и кнут? Да нет, этот расхожий образ не вяжется с Бором. Кнут и пряник ― обдуманность тактики. А Бору она была чужда. Он обдумывал ход идей, но не обдумывал поведения. Оно складывалось непреднамеренно ― из велений вечно его одолевавшей жажды ясности.[8]

  Даниил Данин. «Нильс Бор», 1975
  •  

«Западноукровское» быдло понимает только один язык — язык кнута. Не оружия, а именно кнута. Сучьи холопы, внуки и правнуки холопов… Разговаривать с этими уродами бесполезно. Вся история «Западэнщины» — это история рабства, прислужничества[9].

  Григорий Кваснюк, 2010

Кнут в мемуарах и беллетристике[править]

  •  

Часто шляпа калеки вдруг просовывалась в окно на ходу дилижанса, а сам он в это время цеплялся свободной рукой за подножку, и колеса обдавали его грязью. Голос его, вначале слабый и лепечущий, становился пронзительным. Он тянулся в ночи, как непонятная жалоба какого-то отчаяния; прорезая звон бубенцов, шелест деревьев и стук пустого кузова кареты, он нес в себе что-то отдаленное, отчего Эмма приходила в волнение. Оно врывалось ей в душу, как вихрь в пропасть, уносило ее в просторы беспредельной меланхолии. Но Ивер, замечая, что дилижанс накренился, прогонял слепого кнутом. Плетёный кнут стегал прямо по ранам, и нищий с воем падал в грязь.

  Гюстав Флобер, «Госпожа Бовари» (пер. А.И.Ромм), 1856
  •  

Он перестал плакать, озверел опять, вышел в сени и молча стал бить жену и таскать по полу за волосы, чувствуя жгучее желание сделать ей как можно больнее. Матрена не плакала и не кричала даже тогда, когда Егор нашел старую мокрую веревку и начал этой веревкой хлестать ее по чему попало. Она думала, что так и должно быть, и только, задыхаясь от ужаса и боли, боялась, что не выдержит, пока муж отведет над ней душу, и он ее забьет до смерти. А еще больше она боялась, чтобы Егор не вывел ее на улицу голую, привязанную к телеге, и не сек ее кнутом при народе, как это было в обычае делать с изменившими женами.[10]

  Михаил Арцыбашев, «Куприян», 1902
  •  

Идеи ― это вывески на магазинах скопленных чувств. У большинства людей их идеи ― только вывески на пустых магазинах. <...> Как слепые не видят света, глухие не слышат музыки, так слепы и глухи бесчисленные люди к высшему закону бытия: их доля ― мышиная беготня в вечном страхе перед чем-то, чего они не понимают, они живут, как рабы под кнутом. Но кто же Совершенный из людей, управляющий жизнью? Нет его! И свобода есть лишь сознание необходимости идти по пути высшего закона.[11]

  Михаил Пришвин, «Дневники», 1921
  •  

― Скажите, кому мешали цветы? Я согласен с вами, ротмистр, лишь кнут и петля, как во времена Пугачева и Разина, способны унять разыгравшиеся страсти черни. Пусть с этим кнутом придут немцы, зуавы, кто угодно… Да-с, кто угодно.
― О нет, ― подскочил Сагайдаров, заливаясь румянцем, ― русский народ выстрадал свою свободу и никому ее не отдаст. На позоре военных неудач России не возродить.[12]

  Артем Весёлый, «Россия, кровью умытая», 1932

Кнут в поэзии[править]

  •  

Хоть крадет с гряд чужих капусту тунеядец,
Хоть обнажает храм безбожный святотатец.
Пристойно завсегда умеренность в том знать,
Чтоб по достоинству преступников карать,
И чтоб не сечь кнутом, кто заслужил батоги.[13]

  Иван Барков, «Обычный тот порок певцы в себе имеют...» (Сатиры Горация, Книга первая), 1763
  •  

Мужик был плут,
Украл у палача
Ременный кнут. <...>
Сей кнут, что вор украл, ему же пригодился:
Он пытан тем кнутом,
Потом
И жизни вор лишился.[1]

  Василий Майков, «Вор», 1767
  •  

Все вот о них что утверждают
И вот чем пуще нападают,
Ссылаясь на указы в том,
И все хотят, чтоб их кнутом.[14]

  Иван Хемницер, «Ода на подьячих», 1782
  •  

Вчерашний день, часу в шестом,
Зашел я на Сенную;
Там били женщину кнутом,
Крестьянку молодую.[15]

  Николай Некрасов, «Вчерашний день, часу в шестом...», 1848
  •  

Не плачь! завиден жребий наш,
Не наругаются над нами:
Меж мной и честными сердцами
Порваться долго ты не дашь
Живому, кровному союзу!
Не русский ― взглянет без любви
На эту бледную, в крови,
Кнутом иссеченную музу[15]

  Николай Некрасов, «О муза! я у двери гроба!..», 1877
  •  

В закатном лаке Алконост
Нам вести приносил из рая,
В уху ершовую ныряя,
В палитру, кипяток, лазори,
Чтоб молодость на косогоре
Не повстречала сорок пугал
Мои года, что гонит вьюга
На полюс ледяным кнутом…[16]

  Николай Клюев, Письмо художнику Анатолию Яру, 1932
  •  

Пауль кнутиком взмахнул,
Плюха кнутиком стегнул.
Петер крикнул:
«Ты чего
Обижаешь моего?
Чем собака виновата?»
И кнутом ударил брата.[17]

  Даниил Хармс, «Снова в будке Плюх и Плих...», 1936
  •  

Стихи — не пряник и не кнут,
И не учебное пособие;
Они не сеют и не жнут —
У них задание особое.[3]

  Вадим Шефнер, «Размышления о стихах», 1976
  •  

Не утешает пряник, не действует кнут, не веселят мужчины, горчит вино.
Едешь в метро какие-то двадцать минут, входишь — светло, выходишь — уже темно.
Это отхлынула жизнь, обнажая дно, скоро созреет в тучах медлительный снег.
Время закутаться в плед и смотреть кино: веку назло — с изнанки собственных век.[18]

  Марина Бородицкая, «Не утешает пряник, не действует кнут...», 2003

Пословицы и поговорки[править]

  •  

Кнут не дьявол, а правду сыщет.[19]

  Русская пословица
  •  

Была бы спина, а кнут найдётся

  Русская пословица
  •  

Коня нет, зато кнут есть.

  Бенгальская пословица

Источники[править]

  1. 1 2 Майков В.И. Избранные произведения. Библиотека поэта. Большая серия. Москва-Ленинград, «Советский писатель», 1966 г.
  2. Крестовский В.В. «Петербургские трущобы. Книга о сытых и голодных». Роман в шести частях. Общ. ред. И.В.Скачкова. Москва, «Правда», 1990 г. ISBN 5-253-00029-1
  3. 1 2 В. С. Шефнер. «Сказки для умных». — М.: Азбука-Аттикус, 2018 г.
  4. Александр Чудаков. «Ложится мгла на старые ступени». — М.: «Знамя», №10-11, 2000 г.
  5. М.Е.Салтыков-Щедрин, Собрание сочинений в 20 т. — М.: Художественная литература, 1966 г. Том 7.
  6. Успенский Г.И. Собрание сочинений в девяти томах. Том 8. — Москва, ГИХЛ, 1957 г.
  7. Борис Шергин. Повести и рассказы. — Л.: Лениздат, 1987 г.
  8. Даниил Данин. «Нильс Бор». — М.: «Молодая гвардия», 1978 г.
  9. Григорий Кваснюк, видеоматериалы.
  10. М. П. Арцыбашев. Собрание сочинений в трёх томах. Том 1. — М., Терра, 1994 г.
  11. Пришвин М.М. «Дневники. 1920-1922». ― Москва: Московский рабочий, 1995 г.
  12. Артем Весёлый. Избранные произведения, — М., Гослитиздат, 1958 г.
  13. Барков И.С. Полное собрание стихотворений. Библиотека поэта. Большая серия. — Санкт-Петербург, «Академический проект», 2004 г.
  14. И.И. Хемницер. Полное собрание стихотворений. Библиотека поэта. Большая серия. — М.-Л.: Советский писатель, 1963 г.
  15. 1 2 Н. А. Некрасов. Полное собрание стихотворений: В 3 тт. Библиотека поэта. Большая серия. — Л.: Советский писатель, 1967 г.
  16. Н. Клюев. «Сердце единорога». СПб.: РХГИ, 1999 г.
  17. Д. Хармс. Собрание сочинений: В трёх томах. СПб.: Азбука, 2011 г.
  18. Бородицкая М. Я. «Оказывается, можно». Серия: Поэтическая библиотека. — М.: Время, 2005 г.
  19. Диавол // В. И. Даль. Толковый словарь живого великорусского языка. — 1863—1866.

См. также[править]