Подмаренник

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску
Подмаренник настоящий

Подмаре́нник, под которым чаще всего имеется в виду жёлтоцветковый подмаре́нник настоя́щий (лат. Galium verum) или белоцветущие виды Подмаренник мягкий, северный, душистый или мягкий — широко распространённое травянистое растение с обильными жёлтыми цветами, известный сорняк из рода подмаренник семейства Мареновые. Растёт на сухих лугах, полянах, вдоль дорог, на межах. Другие названия: подмаренник весенний, сывороточная трава, медовая трава, медовник, жёлтая или белая кашка, червишник, грудник и другие.

Раньше сено из подмаренника использовалось для набивки матрасов, так как запах кумарина, содержащегося в растении, препятствовал распространению блох, а также для окрашивания, подобно марене красильной, в красный и жёлтый цвета. Пчеловоды ценят подмаренник за нектароносность.

Разные виды подмаренника растут почти повсеместно, это обычный луговой цветок, составляющий часть северного пейзажа. А потому далеко не всегда из контекста удаётся установить, какой именно вид подмаренника имеет в виду автор.

Подмаренник в научно-популярной литературе, публицистике и мемуарах[править]

  •  

Травяной покров всей этой степи являет чрезвычайное разнообразие, совершенно противоположное однообразию той растительности, которая покрывает болотистые равнины по Сунгаче и Уссури. <...> Несколько позднее, т.е. в конце июня и в июле, здесь цветут: ломонос (Clematis manshurica, С. fusca), подмаренник (Gallium verum), <марьянник розовый> Melampyrum roseum, Calystegia dahurica, Vincetoxicum amplexicaule, Piatanthera hologlottis, Gymnadenia conopsea и др., а по мокрым местам великолепный розовый мытник (Pedicularis grandiflora).[1]

  Николай Пржевальский, «От Кульджи за Тянь-Шань и на Лоб-Нор», 1870
  •  

По берегам речки густо растут ивняк и ольха. Открытые места заросли леспедецей, таволожником, шиповником и калиной. Внизу, по низинам, царство тростника, подмаренника и полыни. Местами эти травы положительно глушат все другие растения. Только полевой горошек, пользуясь способностью цепляться за них, мог ещё оспаривать своё право на существование.[2]

  Владимир Арсеньев, «Дерсу Узала», 1923
  •  

Повернулись спиной к ветру ― «ничего в волнах не видно». А сегодня надо гладить без морщинки: Недилько сказал, что приедет на нас посмотреть. Подмаренник переплел пшеницу, и валок тянется издали, метров за десять. Вообще хлеб сорный. В окошечко справа мне видно, сколько кисточек осота, головок молочая, черных зернышек повилики скатывается к борту.[3]

  Юрий Черниченко, «Комбайн косит и молотит», 1982
  •  

Прилистники могут быть очень похожими по форме на листовую пластинку. Например, у подмаренника (Gallium, сем. Мареновые ― Rubiaceae) прилистники трудно отличить от листовых пластинок. Но вы-то знакомы с морфологией, и поэтому легко сообразите, где здесь листья, а где ― прилистники.
Вопрос. Как вы считаете, у подмаренника супротивное, очередное или мутовчатое листорасположение? Свой ответ обоснуйте.[4]

  — Владимир Чуб, «Что изучает наука ботаника?», 1998

Подмаренник в беллетристике и художественной прозе[править]

Подмаренник северный
  •  

На покосе крепкий и клейкий запах ― дыханье колосящихся и цветущих трав (пырейный ― хлебный, душицы ― девичий нежный, подмаренника ― грубоватый мужской) ― клейкий и влажный, касается ласковыми взмывами разгоряченных щек и медленно целует глаза, закрывающиеся в истоме: от тяжелой работы, летнего тепла и отравленного вчерашним тела. Днем, когда косила, часто застилало глаза. Что это?[5]

  — Владимир Ветров, «Кедровый дух», 1923
  •  

Казалось бы, Варя была ей родней сестры, однако же свой подарок Поля раскутывала с опаской заслужить пусть хоть необидный смешок. Но Варя всё сразу поняла и благодарно прижала к груди скромный Полин дар. То был снопик простеньких полевых цветов, перевязанный ленточкой с конфетной коробки. Всего там нашлось понемногу: и полевая геранька, раньше прочих поникающий журавельник, и ― с розовыми вялыми лепестками ― дрёмка луговая, и простая кашка, обычно лишь в виде прессованного сена достигающая Москвы, и жёсткий, скупой зверобой, и жёлтый, с почти созревшими семенами погремок ярутки, и цепкий, нитчатый подмаренник, и ещё десятки таких же милых и неярких созданий русской природы, собранных по стебельку, по два с самых заветных , вместе исхоженных лугов. Это походило на кроткое благословение родины, залог её верной, по гроб жизни, любви.[6]

  Леонид Леонов, «Русский лес», 1953
  •  

Мальчику, видимо, понравилась эта игра. Он, посапывая, добросовестно повторял за Клавой названия цветов. А она так ими и сыпала:
— Вот, глянь, это подмаренник. А это купава. Вот та, с белыми колокольцами. А это кукушкины слёзки.
Я слушал и только удивлялся. Девочка знала множество цветов. Она называла дрёму, ночную красавицу, гвоздику, пастушью сумку, копытень, мыльный корень, шпажник, валерьяну, чебрец, зверобой, чистотел и много других цветов и трав.[7]

  Константин Паустовский, «Золотая роза», 1955
  •  

Вверху холмы и солончаки, а под обрывом беспокойная желтая река в воронках и водоворотах. Мечом к мечу стоит над ней осока ― и сизый камыш. По влажному песку стелятся хваткие белые подмаренники[8] и крошечные, как божьи коровки, цветы незабудок. Григорий соскакивает и скатывается на песок. Желтые трясогузки, завидев его, отскакивают в стороны и начинают бегать около самой воды.[9]

  Юрий Домбровский, «Рождение мыши», 1956
  •  

У мужиков тем временем свое: собирают валежины, хламье всякое, кромсают лопатами на куски натасканные половодьем осочные пласты, наваливают на подводу и отвозят прочь. После того стоит луг зелен до самой осени, лишь цветы переменяет: то зажелтеет одуваном, то сине пропрянет геранькой, а то закипит, разволнуется подмаренниками. А уже к предлетью, когда выровняются деньки, на лугу наметятся первые тропки. Глядеть с деревенской высоты, так вон сколь их протянется к Остомле.[10]

  Евгений Носов, «Усвятские шлемоносцы», 1977
  •  

В русле речки местами еще холодел грязный лёд, и ниже упавшая вода горготала под замытым навесом, капли сыпались вниз, было грязно по заплескам, тяжелые медвежьи дудки, подмаренники, чемерица, всякие разные дедюльники только еще выпрастывались из мокрети, только еще только начинали жить, по отлогам тихо и пышно цвели прострелы, дремным цветом налитая, темнела зелень стародубов, было пестро от хохлаток, мелких снеговых ветрениц и робкой завязи купальниц, как бы притормозивших ход и дающих открасоваться цвету скорому, весеннему, чтоб потом, после первоцвета, занять свое место под надежным солнцем.[11]

  Виктор Астафьев, «Последний поклон», до 1991

Подмаренник в поэзии[править]

Подмаренник мягкий
  •  

И день и ночь там плещет море,
Обрыв над отмелью крутой,
И верх, и скаты, и предгорье
Цветов одеты пестротой.
Там подмаренник желто-белый
Цветет по склонам меж травой,
И пьет блаженство и день целый
Струит душистый запах свой.[12]

  Николай Холодковский, «Меррекюль», 1907
  •  

В седом подмареннике берег.
Заречные тропы круты.
Я посохом жизни измерил
Угрюмые эти хребты.[13]

  Анатолий Горбунов, «Родная земля», 1985
  •  

Подмаренник обликом
сходен с белым облаком.

  Юрий Насимович, «Стихи о травах», 2007

Источники[править]

  1. Н.М. Пржевальский. «Путешествие в Уссурийском крае». 1867-1869 гг. — М.: ОГИЗ, 1947 г.
  2. В.К. Арсеньев. «По Уссурийскому краю». «Дерсу Узала». — М.: Правда, 1983 г.
  3. Ю. Д. Черниченко. Хлеб: Очерки. Повесть. — М.: Художественная литература, 1988 г.
  4. Малеева Ю., Чуб В. «Биология. Флора». Экспериментальный учебник для учащихся VII классов. — М.: МИРОС. 1994 г.
  5. «Перевал»: Сборник №1 (Под редакцией А.Весёлого, А.Воронского, М.Голодного, В.Казина). Москва, «Гиз», 1923 г. — Владимир Ветров, «Кедровый дух» (1920-1929)
  6. Леонов Л.М., «Русский лес». — М.: Советский писатель, 1970 г.
  7. Константин Паустовский. Избранные произведения в 2 т., том 2. М.: Художественная литература, 1977 г.
  8. Вероятно, здесь Юрий Домбровский имеет в виду Подмаренник цепкий.
  9. Домбровский Ю. О. «Рождение мыши». — М.: ПРОЗАиК, 2010 г.
  10. Евгений Носов, Избранные произведения в 2-х т. — Том второй. М.: Советская Россия, 1983 г.
  11. Виктор Астафьев Собрание сочинений в пятнадцати томах. Том 5. — Красноярск, «Офсет», 1997 г.
  12. Холодковский Н.А. проф. «Гербарий моей дочери». – Петроград: Московское издательство П.П. Сойкина и И.Ф. Афанасьева, 1922 год.
  13. А. К. Горбунов «Перекаты». — М.: «Молодая гвардия», 1988 г.

См. также[править]